Боевая птица (СИ) - Кейс Сия - Страница 42

Он чувствовал кожей, как из раны заструилась теплая кровь. На мгновение в его голове проскользнула мысль: что, если снять капюшон и попробовать напугать этих дикарей своим видом? Вряд ли из этого что-то получится — наверняка эти громилы видели в своей жизни нечто пострашнее.

В руках «защитников деревни» были дубины и насквозь проржавевшие мечи. Сами мужчины были неповоротливы и казались не слишком умелыми воинами. Кайрин мог бы противостоять им со своим оружием и магией, но силы не позволяли ему обратиться птицей, а меч бы в считанные минуты выпал из рук. Парень боялся спешиться.

— Я пришел с миром! — Заявил он, но его голос утонул в невнятных криках дикарей.

Его сознание туманилось, перед глазами все плыло. Кайрин боялся потерять сознание в любой момент и пытался сосредоточиться на чем-то конкретном, например, на тяжести кинжала в руке или на расстоянии, которое отделяло его от варваров и неумолимо уменьшалось с каждой секундой.

Внезапно он ощутил не только кровь, что стекала по его плечу, но и боль, которая теперь пульсировала и отдавалась где-то в груди. Сознание Кайрина ускользало от него, как песок сквозь раскрытые пальцы.

Он рухнул, как подкошенный, когда мужчины еще не успели до него добраться.

Где-то раздались шорохи, отдаленные голоса и ржание коней. Кайрин не чувствовал кожей ни тепла, ни холода, но с невероятным счастьем осознал, что все еще жив. Он пошевелил онемевшей от боли рукой. Чувствительность медленно возвращалась к парню — одежда на плече была насквозь пропитана кровью, ткань стала холодной и липкой. Он распахнул глаза и с ужасом осознал, что находился внутри одного из тех домишек, которые рассматривал с вершины холма.

Кайрин собрал все свои силы и с трудом сел на твердой скамейке. Он был полностью одет, а в сапоге еще остался один кинжал. Парень обшарил помещение взглядом — ножны с мечом кто-то пристроил в углу возле большого стола, занимающего едва ли не половину тесного довольно темного помещения. Сквозь прорези в стенах, затянутых чем-то полупрозрачным, лился свет, и Кайрин понял, что с момента его обморока прошло не так много времени. Возможно, у него еще был шанс сбежать.

В доме никого не было, но в печи тлели угли, а на столе были разложены странные вещи — склянки, засушенные травы, раскрытая книга. Кайрин находился в доме лекаря. Возможно, сейчас не стоило принимать поспешных решений и бежать прочь, сломя голову. Лекарь точно не захочет его убить, и возможно, подскажет, где искать травяную ведьму.

Кайрин неосознанно сжал рукой плетеную подстилку, которая лежала на скамейке под ним. Он провел рукой по свалявшимся волосам, пытаясь успокоиться. Снаружи доносились голоса, но Кайрин не мог разобрать слов. Ему нужно было узнать, что хотели от него эти люди — вдруг, он нужен им как пленник?

Парень все-таки вскочил с места и прошелся по комнате, ища глазами что-нибудь подозрительное. Он нетвердо держался на ногах и да и соображал слишком медленно, но все же пытался хоть как-то обезопасить себя. Если у него не отняли оружие, значит, ему не хотели навредить. Или же просто поняли, что боец из него так себе.

Кайрину не сразу бросилось в глаза, что у здешних домов была еще одна странность — отсутствие дверей. Вместо них в стене была прорезь, и шкура прикрывала проем, словно шторка. Посчитав это бредом, Кайрин фыркнул, глядя на то, как мех едва колыхался от ветра с улицы. И все же в доме было тепло, а остальное его волновать не должно.

На столе возле книги горела одна-единственная свеча и, судя по ее виду, горела она давно, возможно, всю ночь и весь этот день. Заглянув в страницы раскрытого фолианта, парень увидел чей-то корявый почерк и не менее неудачные рисунки. Он даже не понял, что они изображали — кусты, облака дыма, палки? Кайрин наклонился ниже, чтобы разобрать невнятные слова, но каракули не поддавались ему, как бы он не пытался.

Как раз в этот момент за его спиной зашуршала занавеска из шкур, и парень поспешно обернулся. Вид у него был напуганный, как у мелкого воришки, ведь Кайрин ожидал увидеть перед собой одного из тех громил, что неслись с дубинками в его сторону.

Но на пороге стояла девушка. С невозмутимым выражением лица она окинула его взглядом и вздернула одну бровь:

— И как, интересно?

Кайрин не сразу понял, что она имела в виду. Заметив его вытаращенные от удивления глаза, девушка кивнула в сторону стола, где рука парня все еще лежала на странице книги.

— Оу, эм… прости. — Язык и разум Кайрина, обычно быстро находившие ответ, будто бы не подчинялись ему сейчас. Парень списал это на усталость и потерю крови.

Он отошел от стола, но из-за тесноты комнаты оказался совсем рядом с девушкой. Кайрин уставился в ее неестественно-зеленые глаза — для этого ему даже не приходилось опускать взгляд вниз. Эта девушка была выше всех, кого он встречал — почти с него ростом. Сейчас же они и вовсе были одинаковы — у Кайрина не было сил держать спину ровно, и он сутулился, будто бы стесняясь. Откопав свою гордость из кучки пепла, парень все-таки расправил плечи, чтобы они казались шире, и выпрямился, стремясь приобрести хоть какое-то преимущество над этой надменной девчонкой.

Та лишь одарила его презрительным взглядом в ответ и прошла мимо Кайрина к столу:

— Давай-ка без этого. Ты еле на ногах стоишь, а что-то из себя строишь! Садись уже!

Кайрин не хотел ей подчиняться, но девушка была права, поэтому он вернулся на скамейку и осторожно прислонился спиной к стене, опасаясь, что она порвется. Но шкуры были натянуты так туго, что они чувствовались так, будто были твердыми.

— Не бойся! — Усмехнулась девушка, листая книгу, — Этот дом прочнее, чем кажется.

— Сомневаюсь. — Прошипел Кайрин, пытаясь поудобнее устроиться на твердой скамейке.

Девушка наконец-то удостоила его взглядом, прожигающим насквозь. Она была надменна похлеще любой королевы, оттого-то Кайрин и чувствовал себя не в своей тарелке. С горечью потери он признался себе, что не привык к такому снисходительному отношению со стороны девушек — раньше они всегда пытались ему угодить, и Кайрин всегда знал, из-за чего. Он был молод, красив, строен, а главное — имел статус первого и единственного наследника самого Сайзанга Эфресса! Конечно, было в жизни Кайрина время, когда он сомневался в себе и даже комплексовал из-за внешности. Каких-то пару лет назад (казалось, прошла уже целая вечность) парень был нескладным тощим подростком с непропорциональными чертами лица и до жути некрасивой долговязой фигурой. По крайней мере, Кайрин так себя видел. А еще тогда он понял, насколько сильно походил на мать — можно сказать, был ее мужским вариантом — и от этой мысли Кайрин еще сильнее начинал ненавидеть отца, осмеливавшегося издеваться над этой невероятно хрупкой и слабой женщиной.

Пытаясь заглушить воспоминания, Кайрин со скучающим лицом принялся рассматривать эту самонадеянную девчонку. Она даже не смотрела в его сторону, погрузившись в кривые записи книги. На самом деле, хоть она и держалась как искушенная мужским вниманием столичная герцогиня, девушка была далеко не красавицей.

По возрасту она была, возможно, чуть младше Кайрина, где-то ровесницей Эралайн, но по сравнению с Многоликой девушка казалась старше, и не только из-за того, что была выше ростом. Незнакомка хоть и была стройной, но плечи ее были широкими, почти как у мужчины. Если такая решит ударить кулаком, то последствия будут видны больше недели. Черты ее лица тоже чем-то напоминали мужские, скулы были резкими, а подбородок — большим. При этом губы ее постоянно складывались в тонкую линию скрываемого возмущения, но в глазах это чувство не читалось. Неровно остриженные темные волосы спокойно спускались до середины спины, но были так взлохмачены, словно их потрепал неслабый порыв ветра. Некрасивая. И такая самонадеянная.

— Эй, хватит на меня пялиться! — Вырывая Кайрина из потока мыслей, рявкнула девушка.

— Больно надо было… — Отвернувшись, парировал Кайрин.

В доме повисла тишина, и даже звуки с улицы не могли скрадывать наступившее напряжение. Девушка спокойно переворачивала страницы, пока, наконец, не спросила: