Боевая птица (СИ) - Кейс Сия - Страница 67

Тогда она с легкостью победила, ни на капельку не сомневаясь в себе.

Правда, и в тот день, когда Вайн занял ее место, она тоже не сомневалась. Данга до сих пор удивлялась той мысли, что ее смог победить этот тощий мальчик из грязной подворотни. И теперь она не столько желала вернуть свой трон, сколько отомстить ему за то унижение.

— Я должна что-то противопоставить Тарварре. — Сказала Данга, впиваясь в Эндина взглядом.

— И мы обязательно найдем, что. — Кивнул Эндин.

Данга была все не себя от злости на генерала. Ей казалось, что он собрался бездействовать, заливая ей в уши сладкую ложь ей о своих «успехах» в ее возвращении на трон. Девушка понимала, что все надо брать в свои руки, но пока она была под надзором Тарварры, такой возможности не предоставлялось.

— Скоро ты организуешь мой побег. — Выпалила Данга, ненавидя себя за то, что язык опередил мысли.

— Простите, не понял…? — Переспросил генерал.

— Мне нужны люди. — Потребовала Данга, — И хоть какой-нибудь ничтожный штаб.

— Моя королева…?

— Что!? — Перебила Данга, готовая разорвать своего генерала и шпиона.

— Вам стоило бы рассказать свой план.

Данга расхохоталась:

— Я хочу расколоть эту страну. Пусть одни присягают Вайну, пусть другие преклоняют колени перед магией Тарварры, про меня все равно вспомнят. Я заставлю.

— Это не самый надежный план… — Подметил Эндин.

— Я была кровавой королевой. — Глаза девушки хищно сверкнули, — А стану королевой хаоса.

Она уже давно поняла, что своими «традициями» Лоури заслужило репутацию дикарей во всем остальном мире. В соседних королевствах власть передавалась по наследству, но никак не через убийство предыдущего правителя. Данга хотела изменить это, стать началом первой правящей династии.

— Амбиции — это хорошо, но нельзя ничего изменить одним только ярым желанием. — Заверил Эндин, — Традиции не рушатся за день. Неужели вы не понимаете, насколько это сложно?

Данга старалась не смотреть на генерала, чтобы он не заметил, что огонек злости, вспыхнувший в ее глазах, уже потух. Девушка иногда ненавидела саму себя за импульсивность. И все же она уже произнесла эти слова, и отказываться от них не собиралась:

— Но попытаться в любом случае стоит.

Эндин приблизился к Данге и пронзил ее угрожающим взглядом. Девушке хотелось сжаться в комок под натиском этих глаз, но она уже много лет не позволяла себе этой слабости. Она с вызовом вздернула подбородок и улыбнулась.

— Вы затеваете опасную игру, моя королева. — Спокойным тоном произнес генерал.

— Как и все остальные.

По другую сторону амбара послышался шорох чьих-то шагов. Данга замерла, но быстро сориентировалась. Она приказала Эндину вместе с его конем спрятаться за дощатым забором среди больших бочек с водой. Сама же девушка, пристально наблюдая за генералом, прижалась к стене амбара и прислушалась.

Судя по звуку шагов, на полигоне было человека два, не больше. Они не разговаривали между собой, поэтому Данга так и не смогла определить, кто это был — стражники или слуги. Пока что она решила не высовываться и послушать чуть подольше.

— Если ты хотела тренировать меня, почему не попросила кого-то из стражи? — Раздался женский голос.

Данга не сразу узнала Эралайн. В ее присутствии девушка всегда говорила очень мало и почти шепотом, отводила взгляд, будто опасаясь на нее смотреть. Отчасти Данга понимала, почему — возможно, Эралайн считала ее неким неестественным подобием призрака — но все же она старалась сторониться младшей сестры Тарварры. Кто знал, насколько они могут оказаться похожи?

Девушка мало что знала об Эралайн, они почти не встречались в замке, а Тарварра держала в секрете почти все, и это неимоверно злило Дангу. Возможно, даже из-за злости она так хотела унизить Многоликую, взойдя на трон. Только для этого нужно было знать замысел Тарварры хотя бы в общих чертах, но Данге известно было лишь то, что Эралайн была в нем ключевой фигурой. В каком качестве сестра хотела ее использовать, оставалось только догадываться. Подсказкой для Данги было то, что Эралайн явно участвует в этом не по своей воле.

Данга старалась разузнать как можно больше, когда Тарварра поручила ей проследить за доставкой какого-то пленника, который, кстати, вскоре сбежал, на что Тарварра почти не обратила внимания — не отправила за ним преследователей, даже не разоралась на стражу, а лишь возмущенно глянула на Тоурса, допустившего побег узника. Поэтому Данга пришла к выводу, что этот несчастный нужен был Многоликой лишь временно, как своеобразный «рычаг» для управления сестрой.

И, насколько Данга понимала, Эралайн ничего не знала о его успешном побеге. За этим Тарварра внимательно следила — возле комнаты Эралайн постоянно дежурила стража, и разговаривать ей дозволялось лишь с самой Тарваррой. Девушка была заточена здесь, словно в тюрьме, и Данга поняла, что это был ее собственный выбор, потому что о любой попытке побега девушки она бы точно узнала от сплетниц на кухне.

Как же Тарварре удалось сломать Эралайн? Наверняка, узник был важен для девушки — возможно, был ее возлюбленным — и Многоликая пригрозила убить его, раз Эралайн согласилась на что-то, после чего ее обратили в узницу.

— Потому что все в этой жизни надо делать самой, если я хочу добиться успеха. — Ответила Тарварра.

О каких тренировках они говорили? Все еще нервно прижимаясь к стене, Данга все же осмелилась выглянуть из-за угла на полигон. Вряд ли ее заметят, да и свое любопытство она не могла просто так утолить одним только слухом.

Обе сестры были одеты в грубые штаны и туники, а их волосы — заплетены в косы. Данга впервые видела Тарварру с убранными волосами, не струящимися по спине, да еще и в штанах вместо элегантного темного платья из дорогого шелка. Многоликая даже пренебрегла своей излюбленной меховой накидкой, без которой обычно не появлялась на глаза.

В руках обе девушки сжимали мечи, и не тренировочные деревянные, а настоящие. Данга видела, что Тарварра носит при себе оружие, но она никогда не думала, что ведьма умеет им как следует пользоваться. Да и зачем, если всего можно достичь магией?

Наверное, просто нужно любить кровь, как Тарварра, чтобы понять это.

— Начнем. — Сухо произнесла Многоликая.

Эралайн бросилась в атаку, сделав перед этим ложный выпад, чтобы запутать сестру. Правда, похоже, именно Тарварра ее этому и научила, потому что ведьма не купилась на этот трюк — она преспокойно парировала удар и даже нанесла свой.

Наблюдая за их поединком, Данга напрочь позабыла о Эндине, ждущем ее возле бочек, она просто пыталась понять, кто же из сестер лучше владеет мечом. Каждая из них будто бы родилась с клинком в руках, он будто был продолжением их руки, и впервые на извечно хмуром лице Эралайн Данга заметила какое-то оживление, удовольствие от поединка, будто бы девушка скучала по звону мечей и динамике боя.

Эралайн была чуть ниже Тарварры, чуть худее, но при этом более ловкой и быстрой. Она проводила атаки так, словно вообще не думала — а просто чувствовала, что и когда сделать. Она будто знала все ходы сестры наперед, будто жила в ее голове в этот момент, не забывая и о своей.

Наверное, это должно быть в крови. Чтобы научиться искусству боя на мечах, Данге потребовалось пять лет изнурительных каждодневных тренировок, и при этом она не достигла идеала в этом — часто забывала об обороне, часто делала предсказуемые выпады и не успевала как следует думать. Она бы точно проиграла Эралайн, как сейчас проигрывала Тарварра — держась до последнего, не желая уступать и признать собственную слабость, но все же медленно сдаваясь этому невероятному натиску.

Данга не успевала следить за блеском клинка в руке Эралайн, и чем дольше она смотрела за этим виртуозным владением мечом, тем больше понимала, для чего Тарварре понадобилась младшая сестра.

Убить короля и заполучить его место.

И Данга мгновенно признала, что у Вайна нет шансов. Эралайн словно владела каким-то даром, позволяющим ей быть непобедимой в таком поединке. Возможно, она была не так умна или расчетлива, как Тарварра, но оружие явно любило ее больше.