Настоящие русалки не носят кольца на пальцах (ЛП) - Боудруа Хелен - Страница 12

Всплеск!

Это произошло снова. Только на этот раз сияющее мерцание чёрного появилось на секунду над водой, а затем ушло вниз, обозначив свой путь дорожкой ряби. Это направилось к шлюзовому замку, когда массивные металлические ворота заскрипели. Я оттянула мочку уха — звон начал досаждать, словно музыка из проезжающей машины, в которой полно старшеклассников. Тем временем, примерно на расстоянии двадцати футов от берега появились ещё две ленты ряби.

Форель или окунь — все дорожки ряби устремились на полном ходу к воротам шлюза.

Звон в ушах усилился на пару децибелов. Я поморщилась и продолжала следить за щелчками и всплесками, но, казалось, рыба собирается плыть под водой. Ворота захлопнулись.

А затем оглушительный звон пронзил мой мозг настолько громко, что я задохнулась.

— Джейд!

Эдди зовёт меня со своей башни? Кори пришла искать меня? Я подняла глаза, но Эдди сидел, повернувшись в другую сторону, он возился с чем-то на консоли в своей маленькой хижине. Я посмотрела сквозь береговые деревья на дорогу. Шлагбаум поднят для машин, переезжающих мост, но Кори там нет.

Я повернулась к озеру. Что-то нарушило поверхность воды. Не форель. Не окунь. Это было много большее.

Тёмные пряди волос. Бледная плоть. Я поймала край изображения. Резиновая лента обвилась вокруг моего сердца и сжалась изо всех сил.

— Мам? — я задержала дыхание так отчаянно, что почувствовала, будто копьё пронзает мою грудь.

Затем изображение исчезло. Я потрясла головой и зажала рот рукой. Это не может быть мама. Мама мертва. Что со мной не так?

Ещё один всплеск. Фигура вернулась.

— Джейд! — я увидела контуры её идеального рта, спрятанного за матовыми нитями чёрных волос. Вскоре её голова поднялась из воды.

— Мама!

Я побежала через берег по грубому гравию, пронзающему мои босые ноги. Лицо мамы ушло под воду и вынырнуло из неё. Это была она! Она не утонула! Она не умерла! Я забежала в воду, пока не оказалась на глубине по поясницу.

— Я здесь! — по воде пробежала дрожь, когда по металлической решётке прогрохотали автомобильные шины. Я потянулась к ней. — Плыви ко мне!

Сможет ли мама меня услышать? Может ли она увидеть меня? Я сделала ещё несколько шагов, пока вода не достигла груди.

— Джейд… из… воды! — мамин голос прозвучал как бульканье, она появилась над поверхностью, а затем скрылась под водой.

— Нет! Плыви! — я не выходила. Тем не менее, на меня нахлынуло знакомое чувство страха. Я стою глубже в воде, чем летом. Хотя мама и была там всего в нескольких десятках футов, меня охватил тот же парализующий ужас. Затем ещё одна страшная мысль пришла мне в голову.

Что если я снова превращусь в русалку?

Моё дыхание участилось. Почему она просто не приплыла?

— Плыви ко мне, мама! Я приведу папу! Он никогда не поверит…

Но прежде чем я смогла закончить предложение, четыре руки появились из чернильной воды вокруг маминой головы. Моё тело задрожало от ужаса, когда сверкающие белые пальцы бросились и вцепились в неё.

— Нет! — я забыла все свои страхи и нырнула.

Мама билась в воде, запутавшись в водорослях и спутанных волосах. Корявые сверкающие пальцы пытались ухватить любую её часть.

— Я иду! — заорала я между глотками воды. С каждым моим движением по ногам всё больше разливался поток тепла.

— Возвращайся! — крикнула мама и попыталась отбиться.

— Я почти на месте!

Но я даже не преодолела половину расстояния, разделявшего нас, когда одна из рук схватила горсть маминых волос. Её голова откинулась назад, а глаза расширились. Она открыла рот, чтобы закричать, но звук растворился в бульканье — руки потянули её под воду.

Затем она исчезла.

— Нет!

Я остановилась, подняв руки над поверхностью. Мой взгляд метнулся из стороны в сторону, пытаясь уловить хоть что-нибудь: рябь, всплеск, мерцание — всё что угодно, лишь бы найти ключ к разгадке, где она была. Но остались только круги волн, исходивших из того места, где только что исчезли эти три фигуры.

— Мама! — снова закричала я, но мой голос затерялся в звуке грохочущих машин, которые всё ещё проезжали по мосту над головой.

Я моргнула, пытаясь удержать слёзы, чтобы увидеть маму, если она всплывёт. Мой язык ужалил знакомый вкус.

Соль!

Я обернулась. Шлюз. Солёная морская вода в озере. Что если это та соль, из-за которой я превратилась в русалку? Я потянулась к ногам и почувствовала, как начали образовываться чешуйки, но ничего не происходило.

Затем что-то коснулось моей ноги.

— Ах! — я бросилась к берегу изо всех сил.

Нечто снова и снова касалось моей ноги, пока я плыла. Это было подобно ощущению, когда тебя касаются тонкие морские водоросли. Но с каждым прикосновением пучки превращались в нечто более прочное. Как пальцы.

Они преследовали меня!

Пальцы схватили мои лодыжки.

— Нет!

Я попыталась закричать, но мой рот заполнился водой — меня потащили под воду. Моя футболка вздулась вокруг меня, пока я всё глубже и глубже погружалась в озеро. Я закрыла рот и вдохнула. Но воздуха уже не было, просто вода везде: вокруг меня и внутри меня. Небольшая доза воды залилась мне в горло и пронзила лёгкие, заставляя шипеть пузырьки во рту.

В мозгу заработала большая красная тревожная кнопка. Я тону? А что с мамой? Я должна добраться до неё. А что с папой? Потеря нас обеих уничтожит его!

Воздух! Мне нужен воздух!

Недолго думая, я вдохнула глоток воды, изо всех сил пытаясь выскользнуть из крепких тисков вокруг моих лодыжек. Я приготовилась задохнуться, но удивительно — удушающее чувство исчезло. То, что должно было стать облегчением, превратилось в тошнотворный ужас, когда я, потянувшись к ногам, почувствовала образующиеся на моей коже неровные чешуйки. Мои бёдра начали сливаться.

Только не это!

Я попыталась отбросить это чувство, но внезапно я услышала звук разрыва, и гигантский взрыв отбросил меня сквозь воду, заставив белые руки отпустить меня.

Волосы закрутились вокруг моего лица, когда я приземлилась на дно озера. Из-за поднявшегося со дна облака грязи было сложно что-либо увидеть. Я могла сказать, что на мне всё ещё есть футболка и юбка, и я уверилась, что звук рвущейся ткани исходил от знакомых белых кусочков, плывущих к поверхности озера. Естественно, когда грязь осела, мои бабулины трусики исчезли вместе с моими ногами.

Что вместо них? Отвратительный слизистый хвост!

— Нет! — звук моего голоса зазвенел вокруг меня.

Этого не может быть! Я не хочу быть русалкой! Я не знаю, как быть русалкой! Я едва ли помню, как плавать! Мне нужно найти маму и сбежать из этого чокнутого подводного мира!

Я посмотрела вокруг, пытаясь сориентироваться. Вода была окрашена в тёмно-коричневый цвет старого чая. Это звучит хуже, когда понимаешь, что она с каждым вздохом проходит через твой рот. Вода! Как такое вообще возможно?

Поверхность озера неясно вырисовывалась в вышине. Я смогла разглядеть большие металлические ворота шлюза на расстоянии нескольких десятков футов. Рыба метнулась в заросли тростника. Ржавый велосипед, частично покрытый водорослями, мирно отдыхал на дне озера.

Мамы и страшных водных уродцев, тем не менее, нигде не было видно. Куда они делись?

Моё тело качнулось в направлении озёрного потока. Я зацепилась за большой камень и пошевелила хвостом, чтобы не быть сметённой. Звон ещё звучал в ушах, но теперь это стало похоже на смесь определённых звуков, как будто большая группа людей на вечеринке, где каждый разговаривает своим тоном.

Что-то шевельнулось рядом с велосипедом. Моё зрение приспособилось к окружающей обстановке, и всё тело напряглось. Лицо. Рука. Хвост. Кусок за куском тело тритона материализовалось из мшистых скал и качающегося тростника.

Но это не мама.

В нескольких шагах, ближе к шлюзу, произошло то же самое. На этот раз русалка. Я повернулась и увидела больше их. Один за другим, подобно массовой подводной игре «Где Вальдо?», полулюди появлялись вокруг меня. Четыре… семь… может, одиннадцать? Они сбились в кучки, тайком поглядывая на меня, шептались на том же раздражающем звоне, что я слышала время от времени последние несколько дней.