Очищение (ЛП) - Ковингтон Харольд А. - Страница 223

— Слушай, Крис, разве ты не должна носить теперь листья дуба как майор? — удивился Хэтфилд. — И ты не в форме.

— Спроси у интенданта, — кивнула она на своего отца. — У него их нет.

— Какие новые разведданные по ситуации в Портленде, сэр? — поинтересовался майор Тони Кампизи.

— Я говорил с мистером Чипсом по закрытому радиоканалу перед тем, как прийти сюда, — доложил Хэтфилд. — Надеюсь, что жиды не смогут разгадать шифр, потому что переговоры вот-вот могут прерваться. Генерал Армии обороны Северо-Запада Барроу сообщил Совету Армии, что конференция в Лонгвью в любом случае подошла к критической точке, и вероятно наши люди уйдут с переговоров, потому что американцы продолжают их срывать. Всё это похоже на тактику проволочек, хотя никто не понимает, зачем они тянут. Если соглашение фактически достигнуто, этот пещерный морпех Партмен определённо намерен взбунтоваться против Зануды и Ведьмы и отказаться сдать нам город.

— Я никогда не считал, что у этой морпеховской обезьяны хватит смелости или мозгов для этого, — заметил капитан Джерри Лундгаард.

— Да, мы уверены, что кто-то в Вашингтоне его подзуживает, — сказал Хэтфилд. — Никакой нормальный морпех не посмел бы отмочить такую вещь, как вызов своему главнокомандующему, без самой мощной политической поддержки, какую только можно вообразить. Спорю, что это жидовская крыса — Говард Вайнбаум. Он действует на конференции как глава непримиримых с их стороны. Оказывается, этот Вайнбаум несколько месяцев назад пробивал один небольшой проект, пытаясь организовать эскадроны смерти из евангелистов для ведения партизанской войны против Республики, но генерал разведки Картер Уингфилд пресёк это дерьмо в корне.

— Как плохо, по-твоему, всё может обернуться, если Партмен поднимет такой мятеж? — спросила Кристина.

Хэтфилд нахмурился.

— Довольно плохо. У Партмена почти две дивизии морпехов в городе, плюс ФАТПО и разношёрстное ополчение юнионистов, полиция. Да ещё какая-то вооружённая шпана в духе сомалийских бандитов, которую он использует для терроризирования остатков запуганного белого населения. Не меньше тридцати пяти тысяч голов.

Ряды Армии обороны Северо-Запада растут с каждым днём, так как в неё вступают тысячи молодых белых мужчин и женщин, часть которых прибывает со всего мира. Многие из них служили в армии, но большинство — неопытные новобранцы, поэтому наши курсы начальной подготовки в Кэмп Рили расширяются, но мы всё ещё не на высоте с нашим оружием и техникой. Мы стремимся беспокоить врага и перерезать линии снабжения, но в городе размера Портленда есть все виды запасов почти всего, что они могли бы запросить, конфисковать или украсть.

Партмен намерен начать наступление всеми своими силами и средствами, скорее всего через реку против генерала Уингфилда в Ванкувере, но возможно и ниже, против нас. Партмена поддерживают многие влиятельные политики в Вашингтоне, Нью-Йорке и Хьюстоне, которые не хотели, чтобы эта конференция вообще состоялась. Когда он поднимет свой мятеж, все СМИ будут размахивать американским флагом, восхваляя этого патриота-морпеха как символ верности старым добрым Соединённым Штатам Америки, ля-ля-ля, ну, вы понимаете. Они будут грозить Челси импичментом, если она не даст задний ход, не откажется от переговоров в Лонгвью и не возобновит войну.

— Чёрт, и её отца и мать обвиняли в измене, но безуспешно, и, кажется, это никогда их не беспокоило, — заметил Кампизи.

— На этот раз импичмент был бы полностью поддержан всем просионистским лобби, которое в прошлом поддерживало других Клинтонов, — пояснил Хэтфилд. — Конечно, Хиллари всё ещё заправляет делами, но может быть она решила, что разногласия не нужны, и пришло время уступить.

Проблемой, с нашей точки зрения, является то, что почти наверняка генерал Партмен проведёт воздушный налёт на два главных моста через реку Колумбия, здесь в Астории и на мост в Лонгвью. Он сохранил мосты в Портленде, потому что они ему понадобятся для собственного наступления на Ванкувер, но он же — не полный идиот. Он понимает, что должен в любом случае прекратить получение Добрармией подкреплений через реку. Партмен не может оставить эти мосты на своём левом фланге. Мы считаем, что он так и объявит о своём мятеже, открыто нарушив прекращение огня и взорвав оба моста через Колумбию, а вдобавок, возможно, и мосты через залив Янгс. И, честно говоря, ребята, я не вижу никакой возможности остановить его. Мы можем только горохом стрелять, образно выражаясь.

— А что у него из авиации? — спросил Экстрем.

— По последним данным, два «Б-52» с полной нагрузкой и четыре «Ф-16» в аэропорту Портленда, экипажи которых по оценке Третьего отдела верны Партмену и будут подчиняться его приказам на уничтожение своих сограждан-американцев, или бывших соотечественников-американцев, — ответил ему Хэтфилд. — И вдобавок много боевых вертолётов «Апач» и «Блэкхок», которые он также может задействовать против мостов. К счастью, аэропорт Портленда недостаточно велик, чтобы принимать намного больше военных самолётов и одновременно обслуживать гражданские рейсы, к тому же взлётно-посадочные полосы нужны для снабжения. Если Партмен прикажет, эти «Б-52» смогут снести мосты и сравнять с землёй Асторию и Лонгвью с высоты 9 километров.

— Командир, нам придётся вводить план эвакуации? — с тревогой спросил Лундгаард.

— К сожалению, да, и, по-моему, мы будем вынуждены это сделать, но я не хочу отдавать приказ до последней возможности, — сказал Хэтфилд. — Лен, как у нас с бомбоубежищами?

— У нас восемь бомбоубежищ со штатным оборудованием вокруг Астории и Уоррентона, главным образом в подвалах общественных зданий, — доложил Экстрем. — Я действительно не знаю, как они выдержат совместную атаку «Б-52» и «Ф-16».

— Работу этих проклятых штуковин я видел в Ираке, — нахмурился Хэтфилд. — После налётов «Б-52» мало что остаётся. Упаси Бог проклятого Партмена с его коротко стрижеными мозгами даже подумать о том, чтобы напустить «Б-52» на здешних белых! Быстро займитесь планами эвакуации на случай, если всем нам придётся срочно смываться.

— Забудьте об этих «Б-52», генерал, — раздался голос в дверях.

Хэтфилд поднял глаза и увидел Эрика Селлерза в грязной заляпанной спецовке, входящего в комнату. За ним появилась Аннет Риджуэй, к общему удивлению в полной полевой форме армии США, включая ботинки, головной убор и знаки различия младшего лейтенанта.

Хэтфилд изумлённо посмотрел на неё.

— Товарищ Бекки, можно спросить, как, чёрт побери, ты прошла сюда в таком виде, и тебя не подстрелили?

— Нас провёл Оскар, сэр, — отдала она честь. — Боюсь, что у меня не было времени переодеться. Я использовала этот прикид, чтобы попасть в закрытую зону портлендского аэропорта. Том прав с «Б-52». Их больше нет.

— На бетоне догорают остатки, — с улыбкой подтвердил Эрик. — «Красный Барон» сжёг вчера вечером ещё два союзных самолёта. Они классно полыхали!

По залу разнеслись радостные возгласы и хлопки.

— А «Ф-16» и вертолёты? — с надеждой спросил Хэтфилд.

— Их убрали на другую часть поля, — покачал головой Эрик. — Они всё ещё в боевой готовности. Чуть позже мы узнали, что наш конспиративный дом провален, и Оскар решился на долгий отход сюда. Он о чём-то хочет поговорить с вами, потому что не доверяет нашей связи.

Внезапно в комнату вбежал полковник Уэйн Хилл, одетый в спортивную куртку, не сочетающуюся с галстуком. И закричал:

— Включите телевизор! Быстро! В Лонгвью что-то происходит!

Хэтфилд быстро включил телевизор. Появилось изображение большой толпы перед зданием на широких ухоженных лужайках отеля «Льюис энд Кларк» в Лонгвью. Звука не было, и Хэтфилд схватил пульт, думая, что звук отключён. Но тут до него дошло, что тишина стояла из-за того, что вся толпа, по меньшей мере, в десять тысяч человек, стоящая вокруг отеля на поле для гольфа, автостоянке и вдоль шоссе, действительно хранила мёртвое молчание.

Камеры были наведены на флагшток перед отелем, и потрясённые люди, собравшиеся в зале заседаний, с растущей радостью следили, как двое мужчин медленно спустили с мачты звёздно-полосатый флаг и свернули его.