Миллстоун и старые загадки новых территорий (СИ) - Заклинский Анатолий Владимирович - Страница 40

— Он прав, чёрт бы тебя побрал!

Худому надоело быть позади, и он подошёл к остальным.

— Я вижу, здесь есть благоразумные люди, — сказал Уоллес.

— А знаете что, — подхватил Миллстоун, — пожалуй, мы устали отдавать вам в руки смягчающие обстоятельства. Вы уже повинны в нападениях, и от виселицы вас спасает только то, что никто не погиб и серьёзно не пострадал. Мы просто найдём доказательства. Детектив Филлз в вашем доме, а мы — на дереве, якобы принадлежащем пустынникам. Оно очень уж удобно стоит, перегораживая ложбину, за которой и находится ваш тайник. Отказ от сдачи это почти что первая степень сопротивления, так ведь, детектив? — спросил Миллстоун у Филлза.

— Да, — ответил тот, устало кивнув.

— Думаю, все знают, что делать, — сказал Уоллес.

Филлз и его помощники направились в сторону сарая Денсвила, а Джон вместе с остальными пошёл в конец поселения, где находилось то самое дерево.

— Постойте, — догнал их худой.

— Да? — ответил первым Дуглас.

— Вы ведь не припишите содействие всем нам? — спросил он, — да, здесь есть недовольные, но это от того, что они не понимают. Им нужно время.

— Всё будет в порядке, — успокоил его Уоллес, — если сегодня никто не окажет сопротивление, может быть, и по отношению к Денсвилу мы применим только предупреждение, которое выразится в разоружении и передаче под личный контроль вашего местного мэра или старейшины, как бы вы ни называли.

— Но он и есть наш главный.

— Тогда, боюсь, вам придётся выбрать нового, — сказал Миллстоун, — даже навскидку могу сказать, что он отстранён. Может быть, вам стоит выдвинуть свою кандидатуру?

Джон не смотрел на его худое, немного морщинистое и сильно загоревшее лицо. Он шёл вперёд, обливаясь потом в первую очередь из-за тряпки, мешавшей дышать, во вторую — из-за запахнутого наглухо ворота.

Однако цель их визита сюда, несомненно, стоила всего этого дискомфорта, равно как и эффектная развязка, которую он приготовил. Для этого пришлось немного поупражняться с огнемётом, но в целом всё выходило очень неплохо. Оружие действительно было превосходным, хоть и достаточно капризным и сложным в эксплуатации. Тем больше Джон сожалел о гибели Роба. Будь парнишка жив, наверняка сумел бы довести собственную конструкцию до ума. Что же, теперь это сделают без него.

Встав на безопасном расстоянии, Миллстоун зажёг запальник и подкрутил регулятор ширины потока. Огнемёт мог создавать приличный заслон на близком расстоянии, а также стрелять относительно тонким потоком вдаль.

— Первое, что меня насторожило, мистер Денсвил, — убедившись, что усач его слышит, Миллстоун начал свой рассказ, — это то, как вам удавалось выживать. Маленький городок, оторванный от других сообществ. До Айдена ещё нужно добраться, а все прочие территории вокруг контролируют пустынники. Причём, как вы утверждаете, вы обучались на территории республики, что уже само по себе сомнительно. И что же, во время вашего отсутствия ваше поселение едва выживало? Нет, конечно же.

Миллстоун бросил короткий взгляд на Шейлу, вместе с Дугласом стоявшую рядом с Денсвилом, Филлзом и несколькими другими местными. Джон приподнял огнемёт и нажал на спуск. Из дула вылетел приличных размеров огненный шар, сопровождаемый линией пламени. Когда он соприкоснулся с сухими ветками, дерево вспыхнуло вместе с насекомыми, облепившими его ветви.

— Вы всегда шли по тонкой нити, — наблюдая за процессом горения и за тем, чтобы насекомые не перешли в наступление, продолжал Миллстоун, — с одной стороны нужно отбиться, с другой, не стоит лишний раз светить своими средствами. Из того же Айдена могут появиться заинтересованные. Так что вещи нужно прятать, по крайней мере, пока над пустыней светит солнце. Где это лучше всего сделать? Правильно, на том самом объекте, где вы их и нашли.

Джон увидел небольшую стайку насекомых, пока ещё не летящую на них, но уже отделившуюся от горящего дерева. Тщательно прицелившись, он выстрелил по ним из огнемёта.

— Итак, никто не найдёт объект и ваши технические средства, если они фактически будут на территории пустынников, и, по официальной науке — в глубине. Самих пустынников, хоть они ничего и не поймут, тоже можно отвадить. Они ведь крайне суеверны. Одна лишь работающая машина, шумящая и светящая фарами по ночам, может стать для них божеством, а если место, где божество обитает ещё и закрыть священными деревьями.

— Интересная история. Жаль, я не додумался, — сказал с насмешкой Денсвил.

— Я и не утверждаю, что это были именно вы, — Миллстоун подошёл на несколько шагов ближе и ещё раз выстрелил из огнемёта, — как вы верно заметили, эти земли давно принадлежат вам. Всю теорию мог создать ваш предок, или ещё чей-то, а вам всё это просто перешло по наследству. Вы оказались достойным учеником и всё сделали как надо. Кроме одного. Глупо было пускать эти силы в ход против того, что вы не знаете. Да, федерация со временем бы очистила эти земли от пустынников, и ваша тайна перестала бы быть таковой. Вы лишились бы своего машинного бога, но только его. Сейчас же вы стоите на тонкой грани, за которой находятся куда большие лишения.

Джон осторожно подошёл к дереву. Пламя затихало, но всё равно было очень жарко. Остатки насекомых разлетелись, и можно было, хоть и с риском обжечься, но изучить пятно, которое он приметил ещё в первый приезд сюда. Он провёл по толстому стволу, ещё не поддавшемуся пламени, пальцами, закрытыми перчаткой, потом поднёс их к носу и, собрав немного перепачканной коры в небольшой пакет, направился назад. Подойдя, он просто кивнул Шейле.

— Итак, — Миллстоун наконец мог распахнуть ворот и снять с лица тряпку, — моя часть закончена.

Он отдал пакет Филлзу, после чего закурил.

— Подвело вас то, что пустынники мажут свои деревья кровью. И это — неотъемлемая часть их ритуала. То, что на этом дереве крови нет, я заметил ещё в первый раз. И теперь окончательно убедился в своей правоте. То, что вы не кровожадный мясник, мистер Денсвил, пойдёт вам в плюс. Но пока, к сожалению, только это. Мы вынуждены будем обыскать ваш дом, и я уверен, что найдём искомое вещество. Очень яркий запах. По качеству, может, далёк от крови, но внимание зловредных мушек привлекает.

— Да делайте, что хотите, — сказал усач, — можете меня повесить. Только вот все будут знать, как вы обходитесь с мирным населением.

— С мирным, — усмехнулся Джон, выдыхая дым, — мы обходимся хорошо. Однако мирное население не использует древнюю технику для нападения на федеральную армию. Это, скорее, можно назвать агрессией.

— Ладно, достаточно, — сказал Уоллес, — если вы хотите посмотреть, что там, то идёмте, Джон.

— Видите, — улыбнулся Миллстоун Денсвилу, — не все склонны всё решать разговорами, как я.

Ложбина была небольшой. Как оказалось потом, её едва хватало, чтобы по ней мог пройти вездеход. Он действительно оказался таким, как предполагал Миллстоун. Два массивных шнека по бокам, невысокая кабина, позади которой находился силовой отсек, над которым располагался небольшой кузов. Машина гражданская, но по нынешним меркам очень полезная в любых боевых действиях.

Вездеход стоял в ангаре, который состоял из отсеков, очень похожих на домики Серта, только больше размером и сросшиеся в один. Вообще, объект выглядел очень хорошо сохранившимся. Видимо, это было что-то вроде ремонтной мастерской, а может быть, даже древнее подобие какой-нибудь утилизационной станции, где отслужившие своё машины находили последний покой. В других отсеках были похожие вездеходы, но они были не на ходу. В некоторых был простой хлам.

Но куда интереснее было то, что ангар здесь был не один. Выстроившись в линию, они уходили дальше на запад, и каждый последующий выглядел лучше предыдущего. Не исключено, что именно об открытии одного из них шла речь в том ночном разговоре, который удалось подслушать Миллстоуну и Шейле. Всё это было очень интересно, и Джон не отказался бы поучаствовать в работе группы, которая скоро развернёт здесь деятельность, но это, увы, было невозможно.