Миллстоун и старые загадки новых территорий (СИ) - Заклинский Анатолий Владимирович - Страница 97

— Предоставьте его мне. Боюсь, ваша собака не догонит его, если он сиганёт в реку.

Миллстоун не смог бы попасть в беглеца с таким сбитым дыханием и с такого расстояния, но Фелмор оказался хорошим стрелком, и всадил пулю точно в правую ягодицу убегающему. Остальное доделал Везунчик. Он подскочил к неизвестному и, оскалив зубы, стал лаять, то и дело делая рывки в попытке его ухватить. Тому удавалось отскакивать, но цель всё равно была достигнута — он и не думал пытаться бежать, а уже через минуту Миллстоун защёлкнул на его руках наручники.

— Жить будет? — спросил он, осматривая рану, из которой шла кровь.

— Фирма гарантирует, — усмехнулся Фелмор, — но только жизнь, а сроки и условия зависят от господина.

Он не сказал ни слова, только злобно рыкнул. Он был одет в куртку с капюшоном, штаны из грубой чёрной ткани и тяжёлые прочные ботинки. Голова его была обрита, а черты лица остры. Наверное, так должен выглядеть гахнур? Но Миллстоун сомневался, что они смогли поймать столь крупную рыбу.

На то, чтобы доставить пойманного злоумышленника в участок, ушло приличное время, хотя расстояние было не очень большим. Он изо всех сил упирался, отчего его рана только больше кровоточила. К тому моменту, как над ним начал работу врач, он изрядно побледнел, что вызывало озабоченность его состоянием.

— Я ваш должник, — сказал инспектор Пинч, закуривая и вставая к окну своего кабинета.

— Не мой. Купите моему другу небольшой кусок мяса на косточке.

Джон погладил Везунчика, а тот, лизнув его руку, продолжил излучать жизнерадостность с присущим ему рвением.

— А вы, я думаю, не откажетесь от виски? И вы тоже, — он посмотрел на Фелмора.

— Не откажемся. Так ведь? — ответил за них обоих Миллстоун.

— Совсем нет. Но мне только одну, а то я вас знаю, — усмехнулся Фелмор.

Пинч достал бутылку уже знакомого Джону вида, разлил, а потом вручил всем стаканы. Они чокнулись и выпили. Миллстоун занюхал рукавом, а инспектор не сделал даже этого. Он как будто выпил лекарство, немного горьковатое, но не больше, о чём можно было судить по тому, что он лишь немного поморщился.

— Как думаете, наградят за гахнура? — спросил он.

— Если это гахнур, то возможно.

Миллстоун не хотел показаться пессимистом, но такое стечение обстоятельств не исключал. По его мнению, они точно исключили из гонки за сокровищем одну из сторон, и это тоже неплохо. Больше того, потянув за эту нить, они смогут приблизиться к разгадке, и это, пожалуй, ещё ценнее. Но, как казалось Джону, Пинч не будет довольствоваться малым.

— Да он это. Вот увидите! Эксперты показали бензин на месте поджога. Вот первое заключение. Я бы был там, и уже бы сам во всём убедился, но я хочу допросить этого пенька, когда он будет готов.

Не успел Джон выкурить сигарету, как вернулись и остальные члены его команды.

— Уже всё? — спросил он.

— Там стало слишком много местных, — сказал Дуглас, — их же офицер, и все волками на нас смотрят. Тот красномордый тоже был, но вида не подал, что знает меня.

— Наверное, боялся, что ты ему тут же руку заломаешь и по затылку надаёшь.

— А я думаю, это потому, что они в полной заднице теперь, — сказала Шейла, садясь рядом с Джоном, — он никуда от нас не денется, и в самом лучшем для него случае ему придётся серьёзно объясниться.

— Я думаю, будет лучше и правильнее, если это организует господин Пинч, — заметил Джон.

— Само собой, — кивнул инспектор, — я уже даже знаю, как к нему подкатить.

— Это хорошо, потому что он может оказаться нашей единственной зацепкой. Юноша не говорит, и пойманный сегодня недогражданин тоже вряд ли протянет язык.

— У нас, по крайней мере есть, кого предъявить, — сказала Диана, — а развязать язык смогут.

— Да, — кивнул Джон, — но проблема, разумеется, не в этом. Она в том, что они, как и мы — котята, которые рыщут в темноте. Они делали что-то, но так ничего и не нашли.

— Но Райта пришили точно они, и не просто так, — заметил Пинч, — и того полицейского тоже.

— Полицейского понятно, — заметил Фелмор, — потому что на него вышли.

— Не скажите, — ответил Пинч, — до момента убийства ему удалось относительно легко отмазаться. Если бы он просто поступил, как надо в таких случаях, и залёг на дно, у нас бы на них ничего не было.

— Но он не мог залечь на дно, — сказал Джон, — и поскакал по адресам. Кстати, а что интересного вы видели на месте убийства? А то потом туда можно не ходить. Краснолицый всё приберёт.

— Да там на самом деле немного. Отпечатки снимут, посмотрим, но в основном можно лишь повесить на них поджоги, — ответила Шейла, — притон точно, потому что мы нашли там ещё одну такую штуку, которая надевается на баллон.

— Причём в сборе, — добавил Дуглас, — с электронной схемой. Её они не смогут не отдать инспектору. А там уж пусть эксперты учат.

— Хорошо. А первые два эпизода не связать?

— Ну, там же нашли только бензин, а частей бомбы нет, — сказала Шейла, посмотрев на Пинча, — в мастерской есть бензин, но он много где есть.

— Так и быть, — сказал инспектор, — я не буду стараться пришить им первые два дела. Я постараюсь наоборот, разделить всё, хотя, как по мне, то тут всё ясно. Поймали банду, которую сколотил гахнур. Допускаю, что он жил тут и раньше, и поэтому всё успел, а в остальном я продолжаю быть несогласным с вами. Ещё виски?

Но их отвлёк осторожный стук в дверь. Это был доктор, который сообщил, что пойманный преступник будет жить, но сейчас говорить с ним нельзя. Он проспит до утра, а утром, после осмотра, врач выдаст заключение. На этом он ушёл.

— А я бы поработал со вторым, — сказал Джон, — мы ему скажем, что его товарищ убил подельника, и вот-вот скоро придёт за ним. Может, клюнет?

— А это идея, — поддержал Пинч.

— Только можно мне тоже? — попросил Фелмор.

— Думаете, это будет правильно?

— Мы ведь тоже помогли, так ведь? Так что заслужили участие на все сто.

— Хорошо.

На лице Лапана было всё то же молчаливое выражение неприязни. Он ждал, что его сейчас будут пугать, так что начинать нужно было очень осторожно и издалека.

— У меня для тебя хорошие новости, — сказал Джон, — мы нашли того, кто тебя подставил. Он убил ещё одного человека, и мы вышли на след.

— Поймали? — с неожиданной живостью поинтересовался юноша.

— Нет, — покачал головой Джон, — но поймаем рано или поздно. А ты можешь идти.

Страх. Джон распознал его с радостью для себя. Даже не пришлось прибегать к хитрости. Всё же, простой рабочий был по-настоящему простым. Жаль, ввязался в грязь, а ведь так и мог бы мастерить дальше свои изобретения. Глядишь, кому-нибудь бы пригодилось.

— Стойте, — сказал он, когда Джон для убедительности потянулся расстегнуть его наручники.

— Что такое?

Он снова замялся, как будто не зная, с чего начать.

— А если я всё скажу, вы поможете мне?

— Вот те раз, — усмехнулся Пинч, — что всё ты расскажешь?

— Да много чего, — вступил в разговор Фелмор, — интересный у вас подозреваемый, очень интересный.

До этого гость из Бонека держался позади, и юноша не обратил на него внимания, да и, наверное, не запомнил, а теперь, когда Фелмор вышел вперёд, и их глаза встретились, они узнали друг друга.

НЕРОДНЫЕ БРАТЬЯ

Чем больше Джон слушал Лапана, тем больше убеждался, что он и его сообщники не имеют никакого отношения ни к братству огня, ни даже к гахнуру, хотя молодой человек и старался этого не показывать. Впрочем, это было ясно уже по их деяниям, но не по их качеству, хотя организация, как успел убедиться Миллстоун, достаточно серьёзная. Не какая-нибудь кучка бездумных подражателей.

— Так а сам гахнур? Где он? — спросил с нетерпением Пинч, которому хотелось получить подтверждение своей версии.

— Мы его не видели, — сказал Лапан, в который уже раз покосившись на Фелмора.

— А может быть, это с ним я тебя видел у Кривза?