Поймай кагара за хвост (СИ) - Шторм Эрика - Страница 21

— Мне не нравится этот магазин, — категорично заявил Ник. — Выберем тебе платье у моего хорошего знакомого. — Он засунул руки в карманы светлых штанов и пошёл. Не оборачиваясь и не спрашивая, что я думаю по этому поводу.

Фыркнув и для приличия недовольно закатив глаза, последовала за ним. Всё же интересно, почему Ник думает, что лучше знает, где продаются хорошие платья.

Пока мы шли до нужного места, нас много раз останавливали знакомые Ника. Знакомые в юбках и со слащавыми улыбками на пухлых девичьих губках.

— Слышала вы женились, лэрд Таргад, — закинула удочку одна особо настойчивая особь. — Не привирают ли слухи? — И хлоп-хлоп своими черными вениками.

Ник усмехнулся.

— Леди Аранэль, помниться вы когда-то говорили, что еженедельно читаете «Эйванбергское око», едва оно попадет к вам в дом. А насколько я знаю, сегодня утром свежий выпуск как раз освятил новость о моей свадьбе. Я в чем-то ошибся, леди? — с некоей насмешкой, согревшей мне душу, осведомился он у этой кокетливой бестии. — Или у вас есть основания не доверять сведениям, печатающимся в главной газете империи?

Блондинка вспыхнула, залившись румянцем. Ей богу, словно борща ей в лицо плеснули.

— Нет, что вы, я всегда доверяю «Эйванбергскому оку»… — залепетала она оправдания. — Просто я была так огорчена, так надеялась, что… — тут дамочка умолкла, вероятно ожидая от Ника каких-то действий. И они незамедлительно последовали.

— Хочу развеять ваши сомнения — я теперь женатый человек, а эта леди и есть моя жена, — по-хозяйски притянув меня к себе за талию изрек он и поцеловал меня в макушку, как некое малое дитя. — Мы спешим. Рад был встретиться. Всего хорошего, леди Аранэль.

И мы пошли дальше, оставляя несчастную блондинку разбираться самостоятельно в своих чувствах.

— И много таких леди Аранэль мне ещё предстоит увидеть? — надувшись, как хомяк выпалила я.

Вот и она — ревность. Чистая, ничем не прикрытая. Отрава души и сердца.

— Елич, знаешь такую ассандорийскую поговорку? Не суди о пастухе по тому, сколько овцинов он в своей жизни пас. Ведь у пасшего сотни, могли ни одной не сожрать, а у пасшего десятки — половину. Улавливаешь суть, да?

Ник даже приостановился, ожидая пока я заценю его ловкое оправдание.

— Улавливаю. Ты не просто бабник, а бабник, сыплющий поговорками. На это они покупаются, да? — грешным делом, я не устояла перед возможностью съязвить.

Ник тяжело вздохнул и ответил:

— Ничего ты не понимаешь в ассандорийских поговорках, Елич. НИ-ЧЕ-ГО.

Я недовольно цыкнула, но промолчала. Вот уж правда — ассандорийское народное творчество не нашло во мне ожидаемого отклика.

Выложенное из серого камня здание выделялось на фоне остальных своей лаконичностью — никаких лишних деталей, сплошные четкие линии, дверь явно из качественного дерева и простая надпись: «Платья Лакони». По соседству с яркими магазинами на подобие «Красного шелка» оно смотрелось необычно, в чем-то даже невзрачно. Но мне его строгость импонировала больше, чем кричащий алый вперемешку с золотыми вставками.

Внутри было также просто, но красиво.

— Добрый вечер, Ник, Катарина! — радушно встретил нас хозяин, как понимаю тот самый Лакони. — Счастлив видеть вас в своем магазине. Неожиданно, если честно. Думал молодоженам полагается отдыхать в другом месте, — подколол он нас.

Ник отреагировал на его приветствие теплой улыбкой и крепким рукопожатием.

— У моей жены на этот счёт другое мнение.

Лакони бросил на меня заинтересованный взгляд.

— Давай перейдём к делу, — привлек его внимание Ник. — Полдня гонялся за этой взбалмошной женщиной, хочется шарлиса и сигару. — Он тяжело вздохнул, мечтательно закатил глаза и снова вздохнул. Вот же противный актёришка! — Нам требуется вечернее платье для праздника единения народов.

— Обоим? — ухмыльнулся Лакони. Не дожидаясь, пока Ник раздраженно выдохнет и ответит, он добавил: — Шучу. У меня на примете уже есть подходящее платье. — Ник заметно расслабился, даже засунул руки в карманы, до этого напряженно скрещенные на груди. — А ты пока присядь, выпей, выкури сигару. — Чудеснейшим образом от стены отъехало глубокое кресло и бесшумно приблизилось к Нику. Таким же манером рядом оказался столик с бокалом, бутылкой и коробочкой, вероятно сигар. — Мы с леди Таргад разберемся сами.

Углубившись в дебри сияющих и очень дорогих платьев, я едва расслышала предупреждение Ника:

— Не забудь показаться. Хочу быть уверен, что ты выберешь подходящее.

И с каких пор мужиков интересуют такие вещи? Чудеса, да и только.

Я заметила его сразу. Остановилась, будто споткнувшись о невидимую преграду. Замерла, приоткрыв рот.

Верх из серебристых блесток оставлял открытым одно плечо, при этом закрывая рукавом вторую руку до самой кисти. Юбка, отделенная от верха широким поясом, струилась и пылала алым шифоном, переворачивая все мои убеждения о вульгарности этого цвета. Две такие разные фактуры, две такие несочетаемые стихии. Лед и пламя, органично сочетающиеся в одном наряде. Безумно красиво, но слишком эффектно для такой маленькой мышки как я.

— Примерьте. Это именно то, что я хотел вам предложить, леди Таргад, — мягко подтолкнул меня к нему Лакони.

Неуверенный лепет о моей несовместимости с этим великолепием был категорично прерван. Меня буквально втолкнули в примерочную, следом появилось платье и туфли.

Кажется, настало и в моей сказке время, когда из служанки Золушка превратилась в принцессу.

— Как я и думал — идеально подходит вам, — довольно улыбнулся Лакони. — Добавим пробный макияж и прическу.

Через минут двадцать, что для таких вещей невероятно быстро, я была накрашена, приодета и причесана.

Мне было страшно показываться Нику. Вдруг засмеёт? Или ему просто не понравится? Я ведь не выдержу такого удара.

— Не бойтесь, ему понравится, — тихо шепнул Лакони, будто почуяв мою неуверенность.

Я скомкано улыбнулась. Хотелось верить, что Ник не станет закидывать меня камнями, если его что-то не устроит.

Он сидел в кресле. В руке бокал, в зубах сигара. Рубашка расстегнута на пару верхних пуговиц, волосы взъерошены. Просто дон Корлеоне местного пошива.

Мое появление не заставило его открыть рот или пролить хоть каплю шарлиса. Не вскочил он и с бурными ругательствами по поводу моего безвкусия. Однако взгляд желтых глаз выцепил каждую деталь, прошелся по всему телу, обрисовал изгибы и остановился на моей груди. Неприлично долго, волнующе-обжигающе. До странной дрожи, до замирания сердца. Такой горячий и откровенный взгляд, вынуждающий смутиться и неловко попятиться назад. Как истинный хищник, учуявший страх своей жертвы, Ник оценил моё отступление довольным оскалом.

— Я знал, что на тебя можно положиться, — удовлетворенно сказал он Лакони.

Ни на выходе, ни по прибытии в поместье Ник больше не произнес ни слова.

ГЛАВА 14

Второй раз в жизни мне предстояло войти в портал. Добровольно, без резкого толчка в спину и с полным осознанием того, что меня может расщепить на атомы или расчленить на части. По словам Ника, такая вероятность ничтожна мала, но она существует. Чего мне, особе довольно впечатлительной, хватает, чтобы бояться. Но скрывать не буду — страх завладел мной лишь наполовину. Всё остальное — любопытство в чистейшем виде. Оно-то и толкнуло меня прямо в дыру, заштрихованную серыми помехами.

Ощущение невесомости и нереальности происходящего длилось не больше десяти секунд. Вскоре меня вытолкнуло на зелёный газон. Когда я обернулась, окно портала уже захлопнулось.

Дамрагос встретил нас моросящим дождиком, пасмурным небом и туманом, густо стелющимся по земле. Сразу стало как-то зябко и неуютно. В такую погоду хочется сидеть дома под одеялом, а не ходить на праздники мирового масштаба.

— Похоже Ивельгам первый поругался с женой, — морщась от холодных капель, сказал Ник. — Погода совсем паршивая.

Если бы мы были героями комиксов, над моей головой засияли бы три вопроса, ибо понять какое отношение имеет благополучие королевской семьи к погоде я не смогла.