Принцы демонов. Умирающая Земля. Хроники Кадвола. Планета приключений. Книги 1 - 16 (СИ) - Вэнс Джек Холбрук - Страница 281

Конь занервничал. Незнакомцы приблизились, оглядели оценивающе Гвила и взяли под уздцы его коня. Это были высокие, прекрасно сложенные люди, одетые в плотно облегающие костюмы из черной кожи, их шапки походили на мятые каштаны, поля закрывали уши. У всех – продолговатые лица, кожа цвета слоновой кости, золотистые глаза и блестящие черные волосы.

Главный из них выступил вперед. Его лицо было непроницаемо.

– Привет тебе, чужеземец!

– Здравствуйте, – осторожно сказал Гвил, – вы из Сапониса?

– Да, наш народ живет в Сапонисе. – Предводитель с любопытством оглядел Гвила: – Судя по твоему виду, ты с юга?

– Я Гвил из Сферы, что на реке Скаум в Асколайсе.

– Долог же был твой путь! – заметил сапонид. – Опасное путешествие. У тебя, должно быть, накопилась уйма впечатлений.

– Путь кажется короче, когда ясно видишь цель, – ответил Гвил.

Сапонид вежливо предположил:

– Ты пересек Фер Аквилу?

– Конечно, проходил через какие-то камни. – Гвил посмотрел на молчавших людей: – Только вчера я был в ущелье, где встретил привидение, но думаю, оно мной не заинтересовалось.

Его слова вызвали неожиданно бурную реакцию у сапонидов. Лица у всех троих вытянулись, губы сжались. Предводитель попытался разрядить обстановку, но тоже посмотрел на небо с плохо скрываемым страхом.

– Привидение? В белых одеждах? Растаяло в воздухе?

– Ну да. Вы о нем слышали?

Снова наступила тишина.

– Пожалуй, да, – проговорил сапонид. – А ты продолжай, продолжай!

– Немного уже осталось. Я укрылся и уснул. А утром спустился в прерию.

– Больше тебя никто не беспокоил? Не видел ли ты Кильбао – Ходячего Змея, который спускается с неба, предвещая беду?

– Никого я больше не видел: ни змей, ни других гадов; меня защищало благословение отца.

– Очень интересно…

– Но, – прервал Гвил, – раз я здесь, не скажете ли вы мне, что это у вас за привидение и что ему надо?

– Этого я не знаю, – осторожно ответил сапонид. – О привидении лучше помалкивать, чтобы не навлечь на себя беду.

– Хорошо, – сказал Гвил, – вы больше ничего не скажете… – и умолк.

Он решил, что до того, как попасть в Музей Человека, неплохо бы понаблюдать за сапонидами и, если надо, помочь им.

– Ну так что? – поинтересовался сапонид.

Гвил посмотрел на пустырь за оградой из бревен и камней.

– Кто все это выжег?

Сапонид кинул взгляд туда же и пожал плечами.

– Это очень древнее место. Смерть поселилась там, злой дух, который все уничтожает. Впрочем, хватит об этом. Ты, наверное, хотел бы отдохнуть. Мы тебя проводим.

Они двинулись по тропинке в город. Гвил, ни слова не говоря, поехал за ними. Приблизившись к холму, заросшему деревьями и кустами, тропа перешла в широкую дорогу. Справа раскинулось озеро, на берегах которого рос багряный камыш. За его зарослями был виден причал из черных брусьев, рядом на воде покачивались лодки. Причал был построен в виде серпа и высоко поднимался над водой.

Поднялись в город. Богато украшенные резьбой трехэтажные бревенчатые дома золотисто-коричневого цвета казались построенными на века. Гвил с любопытством разглядывал резные узоры: спирали, цветы, листья, ящериц и всякую всячину. Наличники окон также были украшены орнаментом: листьями, животными, звездами.

Было ясно, что эти дома принадлежат богатым людям. Узкая улочка поднималась все выше и выше. Дома утопали в пышной листве деревьев. Сапониды шли впереди, тихо переговариваясь. Они выглядели элегантно, чего Гвил никак уж не ожидал увидеть на севере.

Внезапно все остановились. Главный обернулся и сказал:

– Подожди меня здесь, я должен предупредить Воеводу, чтобы тот приготовился к встрече.

Гвилу и в голову не пришло, что это подвох. Он кивнул головой. Сапонид ушел, а Гвил задумался. Он думал о гостеприимном городе, высоко поднявшемся над холодной равниной.

Подошла стайка девушек и стала рассматривать юношу, пересмеиваясь. На них были красивые полосатые шерстяные платья. Они нравились Гвилу, гибкие, стройные и очень кокетливые.

Вернулся сапонид:

– Ну что же, сэр Гвил, пойдем дальше?

Но у Гвила возникло какое-то странное предчувствие, и он сказал:

– Благодаря отцовскому благословению я проделал этот путь, и я готов отправиться по любой дороге, которая приведет меня к цели.

Сапонид сделал вид, что не понял.

– Конечно, ты отправишься куда хочешь. Но разреши проводить тебя к Воеводе, которому очень хочется увидеть путешественника с юга.

Гвил поклонился, и они пошли дальше, а через сотню шагов очутились на плантации, где росли кусты с маленькими листиками в виде сердечек. Листья были красные, зеленые, черные.

Сапонид повернулся к Гвилу:

– Я должен предупредить тебя, чужеземец. Это одно из наших священных мест, и обычай требует строго наказать любого, кто наступит на эти листья.

– Я учту. Постараюсь не нарушать ваших законов.

Они очутились в густых зарослях. Откуда-то с ужасными криками выпрыгнули страшилища с горящими глазами. Конь Гвила шарахнулся в сторону и наступил на священные листья.

Откуда ни возьмись налетели сапониды, схватили коня под уздцы и стащили с седла Гвила.

– Стойте! – закричал он. – Что все это значит? Объясните мне!

Но его проводник укоризненно покачал головой:

– Ведь я только что объяснил тебе все!

– Но чудища напугали коня! – пытался возражать Гвил. – Я не вижу в этом особого греха. Оставьте нас в покое, и мы отправимся дальше.

– Боюсь, что за осквернение священного места тебя ждет наказание. Протесты не помогут. Впереди суровое испытание.

Существа, которых вы напугали, – безвредные домашние животные. Ты сам ехал верхом на животном, которое дернулось, хотя ты его и удерживал. Даже, если ты извинишься, то все равно будешь виноват в преступной неосторожности.

Твои действия непредсказуемы, и нам придется заново освятить оскверненную землю. Ты говоришь о случайности и сейчас, когда не сидишь на своем скакуне, а ведешь его под уздцы.

Итак, сэр Гвил, я вынужден признать твою вину и охарактеризовать ее как дерзость и неуважение.

Я как сенешаль и сержант-распорядитель Литэна вынужден арестовать тебя как правонарушителя. Пока не исправишься, мы подержим тебя в тюрьме.

– Вы что, издеваетесь? – взорвался Гвил. – Так жестоко обращаться с путником!..

– Ничего не могу поделать, – ответил сенешаль. – Мы гуманны: наши обычаи завещаны предками. Мы чтим прошлое больше, чем настоящее. Таковы наши законы!

Гвил внезапно успокоился.

– И какое же наказание ждет меня?

Сенешаль заявил:

– Выучить наизусть три заповеди арестанта. Мне кажется, что это немного. Но за тобой будут следить!

Гвила поместили в темный, но хорошо проветриваемый подвал. Каменный пол был сухим, на потолке и стенах не было видно насекомых. Гвил остался в одиночестве и чувствовал себя очень неуютно. Светящийся кинжал у него отобрали.

Мысль юноши лихорадочно работала. Он лежал на камышовой подстилке, обдумывая ситуацию, и незаметно уснул.

Прошел еще один день. Пленнику исправно приносили еду и питье. Наконец его посетил сенешаль.

– Ты родился под счастливой звездой, – сказал сапонид. – Мы не нашли в твоем поступке злого умысла, а только невнимательность. Наказание могло быть очень суровым. Приказ предписывает три вида кары: первая – отрезать на ногах пальцы и вшить перец в кожу на шее; вторая – три часа бить преступника, а потом предать анафеме за осквернение святыни; третья – спустить виновного на дно озера в свинцовых башмаках и заставить найти утерянную Книгу Келлса. – Сенешаль благодушно смотрел на Гвила.

– Что же будет со мной? – сухо осведомился тот.

Сапонид пошевелил кончиками пальцев.

– Есть указ Воеводы. Ты должен поклясться, что никогда больше не будешь осквернять наши святыни и нарушать обычаи.

– Клянусь, – сказал Гвил и замолчал.

– И еще, – продолжал сенешаль с легкой усмешкой, – ты должен узнать, почему наши девушки никак не могут определить первую красавицу.