Принцы демонов. Умирающая Земля. Хроники Кадвола. Планета приключений. Книги 1 - 16 (СИ) - Вэнс Джек Холбрук - Страница 608

Его окружало светлое предрассветное небо. Он выглянул из окна, чтобы увидеть под собой поросшие лесом холмы — как говорила карта, здесь должен был быть Синдик со своей замечательной вершиной Пам Памейджер, поднимавшейся где-то далеко на юге.

В полдень Глауен пересек западное побережье Деукаса: линию невысоких скал, которые облизывали ленивые синие волны, завивавшиеся у самого подножья в белые барашки. Западнее промелькнул мыс Тирни Тус, внизу расстилался океан. Глауен снизил высоту, и Скайри полетел на юго-запад в пятидесяти ярдах над волнами Западного Океана. Это направление должно было привести его на восточное побережье Эссе, туда, где в океан впадает великая река Верте.

Миновал и полдень. На горизонте появилась и пропала Серена, оставив управлять западным небом нежную белую Лорку и торжествующе-красную Песню. Через два часа исчезли и они, и снова наступила ночь.

Глауен сверил показания приборов, выверил курс, приготовил инструменты и снова попытался заснуть.

Назавтра за час до появления луны он вдруг заметил облака, собиравшиеся далеко на западном небе, а спустя еще час на горизонте показалась низколежащая темная линия. Это был берег Эссе.

Глауен еще раз сверился с картой и убедился, что прямо по курсу лежит действительно устье Верте, которая в этом месте достигала ширины приблизительно в десять миль.

Более точные измерения были невозможны из-за того, что определить границы воды и болота не представлялось возможным вообще.

Когда Глауен приблизился, вода под ним сменила свой цвет, став маслянистой оливково-зеленой жижей. Стал очень хорошо виден и весь эстуарий реки. Глауен свернул немного к северу так, чтобы иметь возможность рассмотреть ее северный берег. По течению несло в беспорядке деревья, поленья, спутанные водоросли, вырванные с корнем кусты. Наконец, стали видны и джунгли — он прибыл на континент Эссе.

Река текла через испарявшие миазмы болота, полные какой-то водной растительности уныло-синего, зеленого и печеночного цвета. Случайно встречавшиеся островки и пустоши сплошь заросли стелющимися деревьями, тянущими вверх к небу свои разнообразные листья. Воздух кишел сотнями разных организмов, жужжащих, вертящихся, ныряющих из грязи и в грязь, порой кусающих и убивающих друг друга. По реке плыло мертвое дерево и на одной из его ветвей притаился грязегуляльщик — мадуокер — существо типа полуобезьяны в восемь футов ростом, костлявыми руками и ногами и длинной узкой мордой. Нечесаная белая шерсть окружала его оскаленную морду с рогами и белыми очками, а также хоботом на тощей груди. Какое-то время речная вода около дерева волновалась и пенилась, и вот, вдруг снизу появилась чья-то тяжелая голова на длинной массивной шее. Гуляльщик завизжал от ужаса, из хобота на эту страшную голову полилась какая-то жидкость, но все напрасно. Голова раскрыла ужасную желтую пасть, рванулась вперед, и поглотила гуляльщика, после чего снова скрылась под водой. Глауен благоразумно поднял Скайри повыше.

Вскоре началась та пора дня, когда жара достигала своего изнуряющего максимума, и все обитатели Эссе становились апатичными и бездействовали. Глауену и самому стало неуютно, жара накаляла кабину, и система охлаждения, которую поставил Чилк, работала на пределе. Глауен постарался не обращать внимания на происходящее и полностью сосредоточиться на предстоящем. Шаттторак все еще оставался в тысяче миль к западу, и добраться туда до темноты было делом безнадежным. А ночное время — не лучшая пора для прогулок в подобных местах. Он сбавил скорость до ста миль в час и стал медленно дрейфовать над рекой, с любопытством рассматривая расстилающийся внизу пейзаж.

Какое-то время окружающий ландшафт состоял из зеленой реки слева и бескрайних болот справа. По ним периодически скользили на шести ногах какие-то стада серых гладких животных. Они носились по болотам, убегая от каких-то подземных своих врагов на приводящей Глауена в удивление скорости.

Вскоре река начала петлять, сначала далеко на юг, потом в равной степени на север. Сверяясь с картой, Глауен продолжал лететь напрямую над пространствами суши. В основном, это были непроходимые джунгли. Иногда, и каждый раз совершенно неожиданно, из джунглей вздымалась гора высотной не меньше пятидесяти футов; порой на этих холмах напрочь отсутствовала растительность, но тогда их непременно населяли какие-то тяжкоголовые звери с кожистыми серыми телами — существа, похожие на бардикантов Деукаса. Когда Скайри как-то пролетел пониже над одним из таких холмов, Глауен заметил, что вся растительность на нем не просто отсутствует, но вычищена бандой красноватых грызунов, ловко работающих своими короткими тяжелыми челюстями. Мимо них важно прошагал каменный тигр и скрылся, явно не воспылав аппетитом к этим мерзким существам.

Это явилось для Глауена сюрпризом — на Деукасе бардиканты хватали все, что проходило мимо их пасти, и хватали с удивительным проворством.

С запада наползали тяжелые клубы серых туч, из которых тянулась сетка дождя. Неожиданный шквал потряс Скайри и затем начал методично его раскачивать. В следующую минуту обрушился дождь, закрывший для Глауена всю панораму.

Дождь шел около часа, потом убежал на восток, оставив над головой чистое прозрачное небо. Серена низко плавала в кольце сердитых черных облаков, Лорка и Песня продолжали свой бесконечный танец. На западе уже отчетливо виднелся силуэт Шатторака — некая угрожающая тень на горизонте. Глауен повел Скайри почти вплотную к реке, стараясь держаться правого берега, чтобы сделать машину как можно более невидимой для детекторов, которые уже вполне могли действовать в этом радиусе.

Скоро Скайри попал в пелену облаков; река в этом месте была не более двух миль в ширину, и по ее берегам густо росли какие-то черные кусты с губчатыми огромными черными же листьями. По поверхности воды бегали многоножки в поисках других насекомых и грязевых червей. Под водой таился еще кто-то, поскольку то и дело над поверхностью появлялся перископический глаз и вода волновалась. Когда поблизости оказывалась неосторожная многоножка, следовал быстрый всплеск, и жертва утягивалась в глубину. Жаркие часы миновали, обитатели Эссе набирали полную силу для того, чтобы жрать, охотиться, атаковать, летать, убивать и заниматься прочими привычными делами.

По деревьям лазали целые полчища гуляльщиков, другие бродили по топям, тыча палками в грязь в надежде добыть червей или другого лакомства. Такие существа с более или менее андроморфическими генами существовали на Кадволе практически повсюду. Эти же, местные, семи футов ростом, ходили на тонких ногах, их длинные узкие головы окружал разноцветный мех: черный на загривке и от лавандового до золотисто-коричневого на пузе. Несмотря на явное презрение к дисциплине, двигались он весьма организованно, тщательно исследуя каждую территорию, прежде чем податься туда. Как только они замечали перископический глаз, то начинали испуганно щебетать, наставляли свои хоботы и поливали этот глаз какими-то репеллентными жидкостями до тех пор, пока тот снова не скрывался в грязи. Встретившись же с явными наземными хищниками, они поначалу выказывали чудеса храбрости — бросались в него ветками, тыкали палками, но потом все же быстренько упрыгивали прочь на своих длинных ногах. Бывало и так, что они одолевали, то есть прогоняли хищника, и тогда эти тщедушные существа начинали верещать и щебетать от восторга до тех пор, пока хищник окончательно не скрывался в болоте, реке или джунглях.

Так шли дела на Эссе, пока Глауен летел в темно-желтом свете заходящего дня. Серена зашла; Лорка и Песня устроили над рекой дивную розовую иллюминацию, а когда они подошли совсем близко к горизонту, Глауен был уже почти у Шатторака.

За рекой виднелся голый низкий холм, оказавшийся при ближайшем рассмотрении совершенно свободным и от гуляльщиков, и от грызунов, и от каменных тигров. Глауен осторожно посадил Скайри и немедленно занял электрическую круговую оборону, по мощности вполне способную убить и каменного тигра, и кого-нибудь покрупнее.