Принцы демонов. Умирающая Земля. Хроники Кадвола. Планета приключений. Книги 1 - 16 (СИ) - Вэнс Джек Холбрук - Страница 676

— Хм, в таком случае, поставим вопрос иначе, — озадаченно пробурчал Глауен. — Которая из них вызывает меньше всего нареканий?

Розовая и голубая ленточки зашушукались.

— Может быть, «Кансаспара», — осторожно предложила разовая.

— Мне тоже так кажется, — поддержала ее голубая. — Но к несчастью за последние три дня прибыло уже три судна, и ни одно из них пока еще не отправилось обратно. Поэтому «Кансаспара» вся занята.

— Вот какое несчастье, — вздохнула розовая. — В результате можем предложить вам только «Аркаду».

— Это вполне неплохая гостиница, — согласилась голубая.

Глауен перевел взгляд с одной девушки на другую и подумал, что они, конечно же, обе хороши, но обе как-то странно исполняют свои обязанности.

— У меня здесь есть одно важное дело, которое мне необходимо закончить как можно скорее, так что давайте мне любой из имеющихся свободный номер.

— «Супербо» и «Воин Хацев» примерно одинаковы, — заявила на это розовая ленточка. — Или у вас есть какие-нибудь другие предпочтения?

— В общем-то, нет, однако «Супербо» звучит несколько более мирно, чем «Воин Хацев».

— Вы мудрый человек, — сразу же откликнулась голубая ленточка. — И вы явно что-то уже слышали о Хаце, я права?

— Боюсь, что нет, но на данный момент…

— О, Хацы — это почти уже совсем вымершее племя. Осталось всего несколько экземпляров, и все они в Кру Кликсе. Однако они уже более не плавают на своих лодках пустынь под парусами. В былые же дни они захватывали туристов в плен и заставляли их драться на дуэли.

— Но все это давно в прошлом, — дернула хорошим плечиком голубая ленточка. — Все минуло, и лагеря под луной, и музыка, и танцы, и необъяснимая честь Хацев.

— Все это весьма экзотично, однако, вряд ли это могло способствовать наплыву туристов.

Розовая и голубая ленточки снова рассмеялись.

— Отнюдь нет. Туристы могли и не драться на дуэли. В этих случаях воины начинали издеваться над ними, таскать их за носы, предлагали сразиться вслепую или со связанными за спиной руками. Если же несчастные и после этого противились, их клеймили позорной кличкой пса, вора и туриста. Женщины плевали им под ноги и отрезали низ брюк. Но им разрешалось вернуться в Танджери живыми и всю жизнь хранить множество необычных воспоминаний.

— Все это, конечно же, очень любопытно, — вздохнул Глауен. — И все же, между «Супербо» и «Воином Хацев»…

— Никакой разницы нет, — подхватила голубая ленточка. — В «Воине» играет музыка Хацев, и все стараются выразить свое презрение к туристам, но насилия никакого нет.

— В таком случае, я все же предпочту «Супербо». Будьте так любезны.

— Но «Супербо» и «Воин Хацев» заняты! — воскликнула розовая ленточка. — Мы лучше поместим вас в «Новиале».

— Где вам будет угодно. Только, пожалуйста, побыстрее, поскольку я ужасно спешу.

— Да, да. Немедленно, немедленно. Мы всем известны своей расторопностью, — поддержала его голубая ленточка.

— «Новиал», так «Новиал», — согласилась розовая. — Хотя их польдам очень далеко до классики.

— Меня это вполне устраивает, — ответил Глауен. — Я отнюдь не гурман. Бронируйте номер.

— Кстати, если хотите получить хороший польд, подойдите в один из киосков, — подхватила голубая ленточка. — Лучше всего, если хозяином киоска окажется джангрил.

Розовая ленточка при этих словах неожиданно высунула язык, на кончике которого оказалась черная маленькая пастилка.

— Вы видите. Я как раз наслаждаюсь тикки-тикки, изготовленной по рецепту джангрилов. Вкус острый, но нежный, и очень успокаивает.

— Тикки-тикки всегда помогает мне в работе, — торжественно провозгласила голубая ленточка.

— Зато меня все это совсем не успокаивает, — уже совсем едва не взорвался Глауен.

— Не успокаивает? — искренне удивилась розовая ленточка. — Но ведь мы разговариваем с вами уже полчаса. Какие вам нужны еще подтверждения.

— Вот карта Танджери, — подхватила голубая ленточка и ткнула пальцем в лежащий на стойке лист. — Мы живем вот здесь. Если устанете, то приходите, вы попробуете настоящего польда.

— Мы можем вам также предложить и просто погулять вдоль озера, посчитать луны и подекламировать какие-нибудь подходящие случаю стихи, — подхватила розовая ленточка.

— Или посетим сераль и посмотрим, как сумасшедшие арлекины танцуют фокстрот и играют на своих концертино.

— От стольких возможностей я просто разрываюсь на части, — едва не завопил Глауен. — Однако прежде всего я должен все же заняться своими делами.

— Если хотите, я могу дать вам пастилку нгинга, — невозмутимо предложила розовая ленточка. — Она нейтрализует важность всякого серьезного дела и позволяет жить без хлопот и волнений.

Глауен с улыбкой покачал головой.

— Еще раз огромное вам спасибо, — затем посмотрел на карту и спросил. — И где же здесь находится «Новиал».

Голубая ленточка обвела кружком здание на карте.

— Вот он. Но сначала мы все же непременно должны записать, где именно вы будете жить, — заявила она.

— Да, да, это нужно сделать немедленно, пока я не забыла требований господина. Иначе я все могу забыть, — поддержала ее розовая ленточка.

И Глауену пришлось еще изрядное количество времени ждать, пока розовая ленточка с кем-то говорила по телефону.

— Ваш номер забронирован, — наконец, вновь любезно обратилась она к нему. — Но вы должны отправиться туда немедленно, иначе его может кто-нибудь занять. Видите ли, у нас тут в Танджери все происходит необычайно быстро.

— Вы прямо-таки открываете мне тайную истину, — вздохнул Глауен. — А теперь отметьте, пожалуйста, на вашей карте заодно еще и аллею Криппет, а также Компанию поддержки искусства аргонавтов.

Голубая ленточка тщательно обвела кружочками нужные посетителю места, а розовая проверила ее выбор и одобрила. Глауен еще раз выразил девушкам свою благодарность и вышел из конторы.

Длинный, дышащий на ладан эскалатор, опустил его на авениду, тянущуюся вдоль озера. Молодой Клаттук поднял голову и посмотрел на солнце, согласно которому время двигалось уже к часу по полудни. Впрочем, конечно же, Глауен мог и ошибиться, ведь день на Найоне длился более тридцати семи часов.

Молодой человек пошел прямо вдоль улицы и через несколько минут добрался до гостиницы «Новиал». Он вошел в холл и сразу же оказался в тесном, напрочь лишенном какого-либо изящества помещении. За стойкой сидел бойкий молодой чиновник, занятый оживленным телефонным разговором. Судя по всему, он был несколькими годами старше Глауена, с мощными плечами, широкой челюстью, сальными черными волосами и влажными карими глазами под необычайно широкими и густыми бровями. На нем красовались темно-зеленые брюки и желтая рубашка, украшенная двумя красно-черными вставками с каким-то непонятным орнаментом. На голове громоздилась хитроумная черная феска, явно являвшаяся последним криком местной моды. Посмотрев на Глауена краем глаза, портье принял вид полной невозмутимости и продолжал трепаться по телефону. На экране аппарата пришедшему было видно лицо такого же денди, с той лишь разницей, что феска того клерка была надета набекрень.

Прошло несколько минут, Глауен ждал, начиная потихоньку терять терпение. Портье продолжал невозмутимо болтать, то и дело посмеиваясь в кулак. Терпение Глауена стало совсем подходить к концу, и он уже начал постукивать пальцами по стойке. В его ситуации каждая секунда могла оказаться решающей!

Наконец портье приподнял бровь, нехотя глянул через плечо и с грехом пополам закончил свой важный разговор.

— Ну, сэр, что вам угодно? — наконец, соизволил поинтересоваться он.

— Разумеется, номер, — едва сдерживая гнев, произнес Глауен.

— К несчастью, у нас все номера заняты. Идите в какую-нибудь другую гостиницу.

— Что за чушь?! Всего лишь полчаса назад турбюро забронировало мне номер в вашей гостинице.

— Неужели? — удивленно покачал головой клерк. — Почему же в таком случае мне никто ничего об этом не сообщил? Они должны были на всякий случай тут же позвонить во все гостиницы города. А вы случайно не пробовали обратиться в «Бон Феличе»?