Принцы демонов. Умирающая Земля. Хроники Кадвола. Планета приключений. Книги 1 - 16 (СИ) - Вэнс Джек Холбрук - Страница 685

Прошло еще некоторое время, и Глауен от нетерпения уже неприлично заерзал в кресле.

— Вот теперь мы над Равниной, — сообщил Ринч. — Видишь эти огни слева? Это лагеря Восточной трибы. А через минуту появится и Лунный Путь. Там, кстати, есть гостиницы. Иди лучше прямо в «Лунный Путь», она поприличней. У тебя бронь?

— Нет.

— «Путь», естественно заполняется в первую очередь, но ты все же попробуй. Ну, видишь огни?

— Послушай, а ты сам? Ты-то где остановишься?

— Мне расписание не позволяет. Надо еще слетать в Цветок, а потом немедленно дуть обратно.

— Может, увидимся еще в Танджери?

— Надеюсь. Теперь ты знаешь, как меня найти.

Самолет медленно снижался к Лунному Пути, и Ринч показал Глауену гостиницу.

— Вот это большое здание в центре. А цветные огни — это повозки бродячих артистов, тут всегда ошивается три-четыре труппы. Скачут, совершают смертельные трюки и удивляют туристов. Вполне, кстати, интересно.

Судно совершило посадку. Ринч поднял люк, и Глауен с вещами спрыгнул на землю.

— Спасибо тебе, дружище, и до встречи!

— Пока. Удачи тебе, старина.

Глауен со всех ног бросился в гостиницу, представлявшую собой массивное здание из стекла и бетона, более или менее выдержанное в архитектурных канонах Найона, отрицавших ровные поверхности и острые углы и предписывавших растягивать здания как можно больше, словно размазывая их по плоскости. Слева и справа располагались жилые блоки с номерами, а посередине, окруженная садовой террасой с буйной растительностью находилась центральная часть. Там посетители отеля обычно обедали, освещенные притушенными зеленовато-синими огнями. Недалеко от входа в отель стояли вагончики бродяг, такие же неуклюжие и размалеванные как и тот, что Глауен видел в Танджери. Рядом с ними в живописных позах сидели и сами бродяги, потягивая из непонятных и каких-то бесформенных кружек польдовое пиво. Перед ними в железных горшках, подвешенных на треножниках, варилась какая-то незамысловатая еда. Едва только Глауен попался им на глаза, как к нему подбежала стайка подростков, вероятно, по ошибке решив, что он тут занимается спортом.

— Эй! Подкинь монет! Мы побегаем с тобой взапуски!

— Нет уж, спасибо. Мне сегодня не до гонок.

— Что, боишься проиграть? Ты что, плохо бегаешь что ли?

— Да, не блестяще. Так что лучше посоревнуйтесь со своими бабушками.

— Ха-ха. Да ведь если мы у них выиграем, они нас побьют за это.

— В таком случае ваше дело дрянь, — согласился Глауен.

— Ты лучше нам выдай монет на приз, и мы будем соревноваться между собой! Или мы можем поднести твои вещи, — с этими словами один из более крупных мальчишек попытался взять у Глауена из рук чемодан.

— Не нужна мне ваша помощь, катитесь-ка лучше подальше, — и Глауен поднял чемодан над головой.

Тем не менее подростки не обратили никакого внимания на его слова. Наоборот, они окружили его еще плотнее, стали скакать вокруг него, дергать за рукава.

— А, трус! Боишься бегать с нами наперегонки!

— Небось бегает, как беременная корова!

— Да у него не ноги, а грабли!

— Ребя, да это и вообще какой-то придурок!

От одного из костров поднялся крупный усатый мужчина и подошел к подросткам.

— Ну-ка прочь отсюда, щенки. Разве не видите, господину не до вас. — Затем мужчина обратился к Глауену. — Простите за беспокойство. Дети никогда меры не знают. Правда, их не так уж и трудно успокоить, киньте им пару монет, и они никогда больше не будут обзывать вас ни придурком, ни беременной коровой.

— Не думаю, — огрызнулся Глауен. — И вообще, простите, я спешу.

Глауен направился к отелю. Бродяга пожал плечами, пнул ближайшего пацана под зад и вернулся к своей компании.

Войдя в гостиницу, Глауен попал в просторнейший холл с высоким потолком. За регистрационной стойкой восседал стройный и гибкий молодой человек, явно из местных. Бросив взгляд на запыленный чемодан Глауена, он поднял брови и даже приоткрыл от удивления рот. Голос его, однако, оказался безукоризненно бесстрастным.

— Простите, сэр, но если у вас нет здесь забронированного номера, то я ничего не смогу предложить вам. Отель заполнен до отказа. Могу лишь предложить вам попробовать устроиться в «Волшебном Жадеите» или в «Модли», хотя, скорее всего, мест и там нет.

— О номере я позабочусь позднее, — остановил его Глауен. — Первым делом я хотел бы узнать кое-что. — С этими словами он выложил на стойку один сол, на который чиновник как будто бы не обратил никакого внимания. — И, возможно, именно вы сможете мне в этом помочь.

— Буду рад оказаться вам полезным.

— В таком случае, скажите пожалуйста, сохраняются ли у вас записи входящих звонков? Меня интересуют поступавшие к вам звонки из Танджери за последние несколько дней.

— Подобных записей мы не делаем, в них нет никакого смысла.

Глауен раздраженно скривился.

— Вы дежурили около двадцати двух часов в это утро?

— Нет, я заступил только в десять часов дня.

— А кто был здесь до этого?

— Вероятно, Стенсель.

— Я хотел бы переговорить с ним и как можно скорее. У меня дело необычайной важности.

Чиновник поднял трубку телефона, перекинулся с кем-то несколькими словами и вновь обратился к Глауену.

— Господин Стенсель как раз заканчивает ужин. Если вы присядете вон на ту кушетку под часами, то в ближайшие несколько минут он к вам выйдет.

— Благодарю, — сказал Глауен и отправился на указанное место.

От нечего дело молодой человек принялся разглядывать холл гостиницы. Холл оказался приятным и весьма просторным, несмотря на довольно-таки грубую конструкцию стен. Пол устилали ковры в черную, белую, красную, синюю и зеленую полоску, а потолок, имевший около тридцати футов высоты, был расписан сюжетами из жизни предков людей-теней. Изображения дышали варварской экстравагантностью и страстью. Фреска, расположенная прямо над регистрационной стойкой, изображала все девятнадцать плывущих по небу лун.

Прошло три минуты. В дверях показался пухлый маленький человечек, одетый лишь слегка менее стандартно, чем человек, сидевший за стойкой.

— Я Стенсель. Как я понял, вы что-то хотели у меня спросить.

— Именно так. Прошу вас, присядьте.

— И чем я могу быть вам полезным? — спросил пришедший, устало усаживаясь рядом.

— Вы дежурили сегодня в двадцать восемь часов утра?

— Да, это мое обычное время.

— Помните ли вы телефонный звонок из Танджери, сделанный приблизительно в это время?

— Хм, — Стенсель несколько смутился. — Такие вещи обычно сразу же вылетают из головы.

Глауен дал чиновнику два сола, и на лице последнего засияла улыбка. — Надо же, как замечательно освежают память деньги. Да, я прекрасно помню этот звонок. Я даже знаю того, кто звонил, поскольку этот господин достаточно часто звонит сюда. Имя этого господина — Киблес.

— Все верно. Но с кем он говорил?

— С одним из наших давнишних постояльцев, господином Адрианом Монкурио, археологом. Вы, должно быть, о нем слышали, поскольку это очень известная личность.

— А вы слышали, о чем они говорили?

— Нет, сэр. У нас с этим строго. Кстати, час назад один молодой человек уже спрашивал меня об этом, и я ответил ему то же самое.

Сердце у Глауена так и упало.

— И этот молодой человек назвался вам?

— Нет.

— Но как он, по крайней мере, выглядел?

— Хорош собой, хорошо одет и крайне любезен.

Глауен положил в пухлую ладонь клерка еще два сола.

— Спасибо, вы очень помогли мне. Где я могу найти сейчас господина Монкурио?

— Он занимает апартаменты «А», которые выходят на переднюю веранду. Как выйдете из холла, так сверните направо, там в самом конце коридора и будут апартаменты «А». Хотя сейчас вы можете и не застать там господина Монкурио, поскольку при благоприятном расположении лун он всегда уходит работать в Камни. Он большой специалист во всем этом и может по положению лун определить все что угодно. В противном случае его уже давно не было бы на свете, — закончил Стенсель.