Принцы демонов. Умирающая Земля. Хроники Кадвола. Планета приключений. Книги 1 - 16 (СИ) - Вэнс Джек Холбрук - Страница 720

— Выбирайте выражения, командир Чилк.

Йип принял деньги с важным и ленивым видом.

— Итак, что же произошло этим утром?

— Сел корабль. Оттуда вышло несколько человек. Один был капитан. Другая женщина, очень тощая, на мой взгляд. Капитан и женщина подошли поговорить со мной. Им очень понравился дом, а особенно крыша. Я сказал, что поскольку моя женщина не может спать, когда идет дождь, то пришлось сделать прочную крышу. Она сказала мне, что самым хорошим материалом будет камень, и в доме будет сухо. Я согласился, поскольку моя женщина человек разумный, а на других домах уже несколько раз крыши сносило ветром. Теперь после меня все стали крыть камнем. Один из команды произнес какие-то слова о «социальной эволюции», но я не знаю, что это такое.

— Они говорили об изменении в вашем стиле жизни, — пояснил Чилк.

— И этому можно удивляться? Разве бывает иначе? На Кадволе мы жили, как рыбы в садке. Намур взял нас оттуда, но Намур великий обманщик, и никогда не получается так, как он говорит. Можете поверить? Он увез нас из дома, мы затосковали, а они все равно хотели заставить нас работать.

— Если бы вы работали как следует в Тенвае, то вам и заплатили бы как следует, и теперь вы жили бы не в этих сараях, а в одном из городских домов, — не выдержав, вмешался Номини.

Йип задумчиво посмотрел на луг.

— Когда йипы работают, надсмотрщик смеется. Поэтому мы скоро прекратили работать — и надсмотрщик прекратил смеяться. А здесь я работаю на себя. Таскаю камни с гор — и они мои.

— Это действительно социальная эволюция, — подтвердил Чилк. — Когда вы говорили с Бардузом, ну, с капитаном, он сказал вам, куда направляется дальше?

— Бардуз нам ничего не сказал.

Но Чилк уже уловил нюанс в тоне йипа.

— А женщина? — уточнил он.

— Бардуз спросил, давно ли мы видели Намура, — бесстрастно ответил йип. Я сказал — нет. И женщина сказала Бардузу: «Он, наверное, на Розалии, там мы его и найдем».

Больше узнавать было нечего, но уже перед самым отлетом Глауен все же поинтересовался у йипа:

— Вы знаете Каттерлайна или Селиоса?

— Есть такой умп по имени Каттерлайн. А Селиоса никакого не знаю, хотя имя такое слышал. Он тоже умп.

— А где они сейчас?

— Понятия не имею.

Глава пятая

Ежегодное издание «Справочника планет» сообщило Глауену не только физические характеристики Розалии с ее сложными географическими условиями, но и многое другое. Среди путаницы морей, заливов, каналов и болот, называемых в целом «океан», имелись еще и восемь континентов с мириадами островов. Сама планета с ее диаметром в семьдесят шесть сотен миль имела поверхность суши, превышающую таковую на Старой Земле в целых два раза!

Флора и фауна Розалии считались весьма разнообразными, но не очень дружелюбными к человеку. Например, такие, как древесные бродяжки, жившие в листве, водяные бродяжки, пребывавшие в реках, болотах и сырых местностях далекого севера, а также ветровые бродяжки, обитавшие в пустынях. Все они были известны странными и таинственными привычками. В их поведении неизбежно прочитывался каприз в сочетании со своеобразной логикой, так что эти существа постоянно служили источником грозной опасности, хотя и не были лишены очарования.

Большим количеством населения Розалия не отличалась. В порте Мона, самом крупном городе, численность жителей колебалась от двадцати до сорока тысяч человек, в зависимости от приливов или отливов сезонной рабочей силы. Там был космический терминал, несколько более или менее сносных гостиниц, агентства, магазины и административные учреждения, представлявшие ее странное двойное правительство*. [78]

Первооткрывателем Розалии был легендарный Уильям Уипснейд или, как его чаще называли — «Дикий Вилли». Он разделил всю поверхность Розалии на сектора со стороной в сто миль, которые начал потом распродавать на грандиозном аукционе. Пятьдесят лет спустя, когда все более или менее утряслось, была основана Ассоциация Факторий, чье представительство ограничилось цифрой в сто шестьдесят владельцев ранчо. По уставу владельцы никогда не должны были поднимать вопрос о переделе своих владений, хотя и могли продавать их куски соседям для увеличения площадей. Поэтому со временем одни поместья неизбежно разрастались, а другие уменьшались. Например, ранчо Боггинса «Уиллоу Глен» составляло уже почти миллион квадратных миль, так же, как ранчо Айгли-Морт или Стронси; в то время как другие, типа Черной Лилии или Железного треугольника, измерялись всего лишь сотней тысяч квадратных миль, а то и меньше.

Все ранчо, из-за отсутствия должного ухода, почти не приносили доход, во всяком случае, доходов не хватало даже на поддержание нормального функционирования. Вследствие этого несколько владельцев стали использовать свои земли для обслуживания туристов, предлагая своеобразную экзотику в виде ночлегов в сараях, деревенских обедов и прочего в том же роде, деря за это втридорога. Туристам в свою очередь разрешалось наслаждаться окружающими пейзажами, включая Равнины Дикого Меда, где в изобилии росли прелестные цветы и водились опылявшие их насекомые. В туристические программы входило и посещение Леса Динтона, где росли пуховые и трубковые деревья, а так же брухасы, достигавшие семисот метров в высоту. Там также жили и весьма активные древесные бродяжки, отличавшиеся злобностью, особенно проявлявшейся, когда туристы бродили по лесу в одиночку. Допускались туристы и на Мистические Острова Залива Мьюран, и в цветные пустыни, известные как Тиф, где ветряные бродяжки устраивали настоящие иллюзионы, создавая из дыма ужасные образы, пугавшие туристов и дававшие бродяжкам возможность ловко похищать туристическое имущество.

Ранчо Тенистая Долина занимало площадь в шестьсот тысяч квадратных миль и граничило с горами Морчи, озером Паван с окружающими его многочисленными болотами, несколькими густыми лесами, и настоящей саванной, где обитало немало птиц. Владельцем ранчо считался Титус Зигони, пухленький маленький человечек с белым пушком на голове и розовыми щеками. Как-то раз в один странный день в Липвиллоу, городке на Большой Мутной реке, ему случилось познакомиться с Намуром. И это событие изменило жизнь Титуса Зигони. Намур вскоре представил его весьма активной даме по имени Симонетта Клаттук, которая поначалу казалась доброй, ласковой и невероятно все понимающей — короче говоря, именно такой особой, каковой Титус смог поведать печальные перипетии жизни — и, прежде чем сам что-либо понял, он оказался женат на этой замечательной женщине, которая, к тому же, всегда и во всем была права.

Немного погодя Намур привез ему группу йипов — красивых молодых людей и соблазнительных девушек, которые стали работать на ранчо. Но эксперимент, в общем-то, не удался: йипы ни за что не соглашались окончательно понять, зачем их вывезли с Йиптона и поселили на малопривлекательной для них Розалии. К тому же, они обнаружили, что работать их заставляют чересчур много, не однажды только что-нибудь сделать, а ковыряться день за днем — и для чего — опять неизвестно. Все это им не понравилось, а больше всего не понравилось то, что за транспортировку в это негостеприимное место их еще и вынуждали платить налоги. Короче, работа на ранчо окончательно потеряла для них всякую прелесть.

Тогда однажды Намур привез некоего пожилого человека из Кадвола, которого представил как Калайактуса, умфау йипов. Мадам Зигони немедленно усмотрела поразительное сходство между этим господином и своим мужем; что, конечно же, было вполне очевидным и для Намура. И вот однажды, после странного посещения Садов, в которые он и не собирался заходить, Дайдо Калайактус попал в «катастрофу», и так уж вышло, что пост умфау очень скоро занял Титус Зигони. Да и кто бы стал возражать? Разумеется, никто.

Так все было и объяснено Титусу. Он, правда, заявил, что у него нет никакого опыта, но Смонни заверила, что работы у него, по существу, никакой не будет, надо только быть твердым и иметь представительную наружность на людях, а на самом деле — всего лишь наблюдать за нравственностью девушек йипок. Титус согласился попробовать.