Дело о Короле оборотней (СИ) - Петровский Александр Владимирович "Алекс" - Страница 40

В какой-то момент Нина и Виктор вдруг перекинулись в волчью форму и куда-то ушли, по словам Вики, в спальню, а сама она осталась с нами, продолжая безостановочно жаловаться на нелёгкую жизнь подростка. Тётя недавно случалась под душем, мама прямо сейчас случается в спальне, одна она, прекрасная, но несчастная Виктория, уже несколько дней подряд лишена всех радостей жизни. Неужели она чем-то прогневала великого Фенрира? Попытки Томы её заткнуть успеха не имели.

Слушать это бесконечное нытьё было противно, а Тома особым терпением не отличалась. После очередной жалобы она вскочила с жутким выражением на лице. Я гадал, что она сделает — отлупит Вику или уйдёт со мной в гостевую комнату. Я бы предпочёл уйти, тем более, вовсе не помешало бы глянуть, что там у меня внутри сумки, много ли вещей пострадало от нечаянно раздавленных мной же помидоров.

Тома ледяным тоном изложила, что её самое заветное желание сейчас — жестоко избить племянницу, но она пообещала сестре этого не делать, поэтому Вика останется без заслуженных тумаков. Но и в комнату мы не пошли, а отправились погулять на свежем воздухе. Я устал и гулять совершенно не хотел, но Тома так на меня взглянула, что молча пошёл за ней. Впрочем, оказалось, что это вовсе и не прогулка — мы сели в первое же попавшееся нам такси и куда-то поехали. Адрес, что назвала Тома, мне ни о чём не говорил.

— Мы едем к вождю Францу, — пояснила мне она.

— Будем бить ему морду? — спросил я.

— Франц старый, ты легко с ним справишься. Даже озабоченная Вика легко с ним справится. Но у него сильные телохранители, примерно как Жорж, так что ты его и пальцем не тронешь.

— Значит, просто поговорим с ним?

— Да. Я с ним поговорю. А ты слушай и молчи, что бы там ни прозвучало. Даже угрозы в наш адрес. Но если нападут — будем защищаться.

— Когда нападают, защищаться уже поздно, — предсказал я.

— Я не думаю, что будет нападение. Вождь Франц с самого начала на нашей стороне, с чего бы вдруг он переметнулся к врагам? Я ему полностью доверяю. Тут какое-то недоразумение, нужно разобраться, и всё.

А я от этих разборок ничего хорошего не ждал. Был Франц раньше на нашей стороне или нет, не имело значения. Сейчас она натравил на нас семейку её сестры, и у них всё почти получилось, мне просто повезло, что я смог с ними справиться. Действуй они чуть поумнее — я бы сейчас валялся связанный в подвале их гостеприимного дома. А здесь будут не бухгалтер с домохозяйкой, а телохранители, которых Тома считает равными Жоржу. Не думаю, что удастся хотя бы от них сбежать.

— Приехали, — сказал таксист, точнее, таксистка, остановив лошадь. — Пусть платит мужчина.

— Он — эльф, — напомнила Тома.

— Да хоть кентавр, мне какая разница. Он — сын короля. Выписывайте чек, — она протянула мне листок бумаги и карандаш.

— Я не помню номера счёта, — признался я.

— Он не нужен. Название банка, сумма, имя, подпись — этого достаточно.

Я начал выписывать чек, но она меня остановила — готические буквы получались у меня слишком большими, и название банка не поместилось даже в три строчки.

— Пишите имперским шрифтом, — раздражённо попросила таксистка. — У нас курортный город, все, кому надо, его поймут. Тратим времени больше, чем на поездку!

Едва такси умчалось, к нам подошли два охранника, женщина и волк. Волк был огромным, да и женщина в рукопашной запросто завязала бы меня в узел, причём ей бы для этого хватило одной руки. Но они нас даже не спросили ни о чём, только обнюхали и исчезли.

— Мы имеем право посещать вождя в любое время, — пояснила мне Тома, и мы вошли во двор.

Особняк выглядел роскошным, да и неудивительно, не в собачьей же будке жить вождю. По двору разгуливала ещё одна парочка охранников, но эти на нас и не взглянули. Зато к нам вышел дворецкий, пожилой оборотень с торжественным выражением лица. Жестом он показал нам следовать за ним, и повёл куда-то внутрь дома. На стенах коридора висело оружие, и мне даже показалось, что некоторые мечи и алебарды с серебром на лезвиях. Но спрашивать об этом никого не стал. А дворецкий распахнул какую-то дверь и провозгласил в комнату, что за ней скрывалась:

— Шеф, к вам пришла Нина или Тамара, я их не различаю, и при ней эльфийский телохранитель.

— Пусть войдут, — разрешил шеф, он же вождь Франц.

Мы вошли в небольшую комнату, я бы назвал её кабинетом. Из мебели тут были два дивана один напротив другого и маленький столик между ними. Это если не считать мебелью всё то же развешенное на стенах оружие. Франц тут же вскочил на ноги и подбежал к Томе. От своего дворецкого он почти не отличался, да и как отличить хозяина от слуги, если они оба не носят одежды, а обувь у них одинаковая?

— Конечно же, это Тома, — обрадовался вождь. — Рад тебя видеть. Вот только понять не могу, зачем тебе в моём доме понадобился телохранитель? Видит Фенрир, я желаю тебе только добра. Хотя этот парень если и телохранитель, то не только. Станислав, если не ошибаюсь?

— Да, — признал я и пожал протянутую руку.

— Много о вас слышал, Станислав, а вот и вижу в своём доме. Садитесь, — предложил он нам, а дворецкому приказал принести яблочный сок и печенье. — Ты, Томочка, наверно, пришла спросить, зачем я натравил на тебя сестричку?

— И это тоже, — согласилась Тома. — Но в первую очередь — узнать новости.

— А вы, Станислав?

— Я в ваших делах понимаю мало, так что просто послушаю.

— Нет, так дело не пойдёт. Это Томка сказала тебе молчать? У вас в Империи говорят «слово — серебро, молчание — золото»?

— Да, что-то такое говорят. Но не у самой границы.

— И верно. Потому что там, где много людей волчьего народа, серебро куда нужнее золота. Вы же детектив, Станислав. Должны угадывать такие вещи. Зачем я натравил на неё Нинку, а?

Угадать тут было несложно. Чего добился вождь своим идиотским, на первый взгляд, приказом? Того, что мы сразу же явились к нему в гости. Скорее всего, этого он и хотел. Он явно умеет манипулировать людьми, впрочем, как и большинство всех, кого можно назвать вождями. Видать, не сомневался, что мы с Томой отобьёмся от её родичей, и выбьем из них, кто им приказал. Хотя и выбивать особо не пришлось, сами обо всём рассказали.

Но я вовсе не спешил блеснуть остротой ума. Тома хотела в первую очередь узнать у вождя какие-то новости — о них пока ни слова сказано не было. Она просила меня молчать — Франц упорно пытается меня втянуть в разговор. Он умело ведёт к тому, чтобы всё шло не так, как хочет Тома. Уж не знаю, зачем ему это нужно, а мне — точно незачем. Так что я безразлично пожал плечами и с деланным интересом принялся рассматривать оружие на стенах.

— Дядя Франц, какие последние новости? — повторила свой вопрос Тома.

— Новости, Томочка, хреновые, причём все. Но не торопись. Пусть сперва твой дружок угадает, зачем я приказал твоей сестре запереть вас в подвале.

Я не понимал, чего он добивается. Неужели новости настолько хреновые, что он хочет сообщить их как можно позже? Или он чего-то ждёт, даже представить себе не могу, чего именно? А может, просто выделывается перед Томой, а то и передо мной? Ладно, ляпну какую-нибудь глупость, пусть почувствует себя самым умным.

— Он хотел показать Нине и Виктору, что на стороне тех, кто собирается съесть ребёнка, — уверенно заявил я. — И не только им, они наверняка и остальным разболтают. А что не вышло нас схватить — он не виноват, что они настолько тупые.

— Одну мою цель угадал, молодец, — весело признал Франц, интонация требовала улыбки, но оборотни почти никогда не улыбаются. — Видите ли, юные мои родичи, вождь королевского клана — должность политическая, и занимающий её нуждается в поддержке клана. Конечно, пока я вождь, мои приказы исполняются. Но верно и другое — едва мои приказы перестанут исполнять, у клана появится другой вождь. Или клан расколется, это ещё хуже. Поэтому старому Францу приходится всячески маневрировать, чтобы остаться вождём.

А вот и первая хреновая новость. Хотя вождь якобы не хочет, чтобы малолетнего мерзавца сожрали, он это скрывает от своего клана, всерьёз опасаясь низложения. Стало интересно, всегда ли его охраняют четверо, а то и больше, или только сейчас, в неспокойное время.