Дело о Короле оборотней (СИ) - Петровский Александр Владимирович "Алекс" - Страница 51

— Стас, никакие копы сюда не придут. Или ты забыл, что их никто не вызвал? Твои письма вождь забрал, он же сам тебе их показывал!

— Вызвал, вызвал, не беспокойся.

— А я беспокоюсь. Старик-то уже не храпит!

Я и раньше не слышал никакого храпа, так что для меня ничего не изменилось. Да и не хотел я избивать незнакомого старика доской с гвоздями, заплёванными серебром. Разве что другого выхода не останется. Пусть себе остаётся за спиной и вооружённым, справимся как-нибудь, если попробует напасть. Застать врасплох Вику ему точно не удастся, слух и нюх у неё превосходные даже в человечьей форме.

Беспокоило другое — если кто-то прибьёт мерзкого Олега, я буду первым подозреваемым. И, скорее всего, последним. Дверь в карцер я, конечно, запер, отмычка может не только открывать, но где-то же есть ключ, и наверняка не один. Но тут я ничего поделать не мог — охранять дверь с моим самодельным оружием — дурацкая идея. В этот раз охранники щадить меня не будут, они запросто прикончат нас с Викой, а потом Олега палкой с гвоздями, и всё — место преступления можно безбоязненно показывать полиции. Картина очевидна, убийцы уничтожены добропорядочными гражданами, дело можно сразу же закрывать.

Поделать с этим я ничего не мог, так что мы пошли искать выходящее во двор окно. Я совершенно не ориентировался в этом лабиринте коридоров, у меня дома в подвале коридор один, и в нём двери всего в три помещения — ледник и две кладовки, для угля и для всего остального. А тут… Вроде и дом больше всего раза в два-три, а коридоров уйма, они то заворачивают, то пересекаются друг с другом. А я дорогу не запомнил — когда меня несли в карцер, я изображал бесчувственное тело, и по сторонам смотреть не мог.

Скорее всего, заблудился бы, но Вика, отдав факел мне, перекинулась в волчицу и запросто провела меня по следам. Может, и не самым коротким путём, но мы добрались до лестницы и выбрались из подвала. Он оказался заперт, но на совсем уж простой замок, я его отпер мгновенно. Вика рявкнула «Никого!», я распахнул дверь, и в тусклом свете освещающих коридор первого этажа факелов прямо перед собой увидел человеческую фигуру. Думать ни о чём не стал, сразу же пустил в ход своё оружие. Точнее, хотел пустить. Вика, уже в человечьей форме, обхватила меня руками, оторвала от пола и вместе со мной рухнула на бок. Хорошо, что не на спину — тогда бы мы полетели обратно в подвал по лестнице, пересчитывая все ступеньки.

— Идиот! — плача, произнесла она. — Только попробуй поцарапать меня гвоздями! Это же рыцарские латы!

Я встал, подобрал факел, и убедился, что действительно спутал человека с доспехами. Попутно удивился, ведь я никогда не слышал о рыцарях-оборотнях. Хотя, может, это трофей, снятый в незапамятные времена древними оборотнями с мёртвого или пленного имперского рыцаря.

— Ты цела? — спросил я, ведь она почему-то плакала.

— Хрен там! — зло ответила Вика. — Все рёбра из-за тебя сломала! Все вы, эльфы, такие! Нападаете, не разбираясь, друг перед вами, враг, или пустые латы! Больно же!

Я опустился на пол рядом с ней, понятия не имея, как ей помочь, и опять забыл, что оборотни сами отлично справляются с ранами и травмами, даже тяжёлыми. Она несколько раз перекинулась туда-обратно, и в конце позволила пощупать рёбра. Я убедился, что все они уже срослись, если это можно так назвать, а ещё — что она боится щекотки.

— Шарахнул бы по железу, звук был бы такой, что Фенрир бы услышал, — продолжила она упрекать меня. — Но мне понравилось, как ты меня облапал.

— Я просто проверил, целы ли рёбра, — смутился я.

— Ты же видел, что я перекидывалась. Как они могли быть не целыми? Но зачем врать, если я не против? Можешь ещё раз «проверить», только так, чтобы щекотно не было.

Я молча повернулся к ней спиной, обошёл пустого рыцаря, и увидел окна, в коридоре их было несколько. Чтобы не очень показываться тем, кто может смотреть на окна снаружи, я на коленях подполз к ближайшему. За стеклом царила непроглядная тьма. Я даже не мог определить, окно выходит во двор или куда-то ещё. Из освещённого помещения смотреть во тьму бесполезно. А вот если там охранники, они меня вполне могут заметить. Вика тоже посмотрела, только она ниже меня ростом, и ей не пришлось становиться на колени, достаточно было их согнуть, а самой — пригнуться.

— Четыре охранника, один из них волк, — сказала она. — Стоят у ворот. И два волка бегают вокруг дома, патрулируют. Не прорваться.

— У тебя и зрение отличное, — восхитился я. — Я вообще ничего не вижу.

— Не завидуй. Когда я волчица, вижу куда хуже тебя, а цветов вообще не различаю.

— Не прорваться, говоришь? Я как-то и не собирался никуда прорываться. Ждём здесь полицию.

Я сел на пол, прислонившись спиной к стене. Вика, пригнувшись, смотрела в окно. Некоторое время ничего не происходило, но тут она обеспокоено вскинулась и стала внимательно вслушиваться. Потом перекинулась в волчицу, кивнула сама себе и снова приняла человечью форму.

— Сюда идут двое, — прошептала она. — Судя по шагам, патруль охраны. Ты их слышишь?

— Нет, — тоже шёпотом ответил я. — С какой стороны?

— Тут такое эхо, что хрен поймёшь. Но приближаются, это точно. Я хорошо знаю дом вождя, много раз тут бывала, и с родителями, и с Томкой. Тут есть подземный ход. Уйдём по нему?

— А куда он ведёт?

— Никогда в нём не была. Знаю только, как в него войти.

Лезть в какой-то тоннель, что ведёт неизвестно куда, не хотелось. Сражаться с парой вооружённых охранников не хотелось ещё сильнее.

— Веди, — предложил я.

Волчица Вика побежала по коридору, я побежал за ней, стараясь не отставать.

Мы мчались по лабиринту коридоров, беспорядочно поворачивая на пересечениях. Я уже давно потерял направление, и даже не представлял, в какую сторону мы бежим. Мне показалось, что один из факелов, с пятном розового цвета на тёмной рукоятке, я вижу не первый и даже не третий раз, но я промолчал, доверившись Вике. И я надеялся, что мои мокасины и её когти, стуча по полу, не привлекут к нам внимания шатающихся по дому охранников. Потом по какой-то лестнице мы побежали на верхний этаж. В моём представлении, подземный ход не может начинаться на верхнем этаже, но я промолчал и в этот раз.

— Алебарда, — прорычала Вика. — Бери!

Действительно, на стене висела алебарда с посеребрённым лезвием. Я видел оружие на стенах, когда приходил в этот дом прошлый раз. Тогда не понял, зачем оно тут развешено, и сейчас всё так же не понимал.

— Серебро? — на всякий случай уточнил я.

— Нет! Обман.

Но обман был не только в том, что острие только выглядело серебряным. Оружие никак не получалось сорвать со стены. Оно было туда вмуровано. Здорово! Оказывается, безоружный или обезоруженный гость вовсе не сможет легко вооружиться, схватив какой-нибудь меч со стены. На всякий случай я ещё попробовал лезвие, и ни капли не удивился тому, что оно совершенно тупое. Дальше висел двуручный меч, тоже тупой, и тоже неотделимый от стены. Даже не знаю, что бы я с ним делал, если бы он был настоящим — здесь им и размахнуться негде, да и не умею я им пользоваться. В гвардии на вооружении короткие мечи и шпаги, причём штабных крыс вроде меня обучали фехтовать только на шпагах, и то едва-едва.

Мы побежали дальше, но вскоре Вика остановилась перед какой-то дверью и произнесла «Здесь!». Дверь оказалась запертой, а я потерял отмычку — немудрено, ведь когда нет одежды, то нет и карманов. Держал гвоздик в руке, но в какой-то момент выронил, и не стал останавливаться, чтобы поискать его на полу. Выдрал гвоздь из дощечки от поломанного ящика, и согнул его, насколько мог. В карцере я запросто смастерил три отмычки, но там у меня были не такие толстые гвозди.

— Я бы легко согнула, — сказала Вика, уже снова в виде девочки-подростка. — Но на них твоя слюна с серебром, так что давай сам.

Отмычка вышла хреновой, но и замок был простым — в Вервольфе мне ни разу не попадалось на глаза сложного замка, похоже, оборотни их и не использовали. Разве что для банковских сейфов, и то не уверен. Я отдал Вике догорающий факел, она его погасила и, высоко подпрыгнув, сняла другой факел со стены. Этот мог гореть ещё несколько часов, его должно хватить для путешествия по подземному ходу, не ведёт же туннель в Империю или на Тортугу.