Университет для фейри (СИ) - Савенко Валентина - Страница 34

Куратор пожал плечами.

— В-четвертых, ты сам его выпил! Самоуверенный баран — вот кто ты!

— Закончил? Забирай девушку и уходи. Α вас, Аста, я жду вечером на занятие по вводному курсу, — отчеканил Гиллиан. — Наденьте форму, — саркастическая улыбка скривила тонкие губы, — элегантность вам не понадобится. После лекции мы займёмся вашей физической подготовкой.

Тут меня порвало.

— Слушайте вы… господин куратор! Я не хoтела вас привораживать! Я отговаривала вас! Вы сами выпили зелье! Сами на меня напали! Зачем вы водили меня в пещеру к духам? Зачем успокаивали в лазарете?! — Я перевела дух. — Вечером на занятия? Будет сделано, господин куратор!

И я повернула колёсико на часах.

Злая, как стая оборотней, отправилась к баньши. Быть мне фейри, если я отсюда сегодня же не вылечу! В медный котел жениха вместе с ифритом!

— Асточка! — обрадовалась Ингара.

— Почему мы должны остаться? — прямо спросила я.

— Потому что мне нельзя уходить далеко от тебя и источника подпитки. — Баньши радостно заулыбалась. — Асточка, я так рада, что у тебя сила Жизни!

— Сила чего? — Я шлёпнулась на диван.

— Жизни… а ты не поняла? — удивилась компаньонка. — Мы думали у тебя сила Растений, но у тебя сила Жизни! Как же я рада!

Следя за тем, как счастливая баньши, раскинув руки, кружится посреди комнаты, я прикидывала: утопиться в пруду или сброситься с башни. Был ещё третий вариант: взять любовное зелье, которое баньши конфисковала у ректора, — пузатый чайник стоял на столике — и отправиться к Гиллиану. Тяпнуть вместе с джинном и умереть счастливой.

Накрылось медным котлом моё обучение на ведьму! Не носить мне островерхую шапку, не быть мне частью династии ведьм!

— Я уже не надеялась! — Ингара, сияющая, как натёртая сковорода, умостилась рядом со мной. — Шестьсот лет! Шестьсот, Αстка, я спала!

— Сколькo? — с ужасом глядя на баньши, переспросила я.

Я знала, что Ингара старше мамы, но не на столько! Моей бабке, Кувшинке, шестьсот пятьдесят!

— Шестьсот! — подтвердила cтарушка. — Я племянница Алой Кувшинки.

— Родная?

— Нет, приёмная! Конечно, родная! — съехидничала баньши. — Мне шестьсот двадцать лет!

— Точно шестьсот? — усомнилась я.

Вела себя баньши как моя ровесница, а не как умудрённая жизнью фейри!

— Если не считать анабиоза… то мне двадцать!

— Анабиоза?

У меня сегодня день сюрпризов, не иначе! Из университета не выгнали, в намерениях приворожить куратора заподозрили, фейри Жизни неизвестно почему посчитали. Компаньонка почти ровесницей бабки оказалась! В анабиозе была.

— Да, — Ингара погрустнела, — шестьсот лет я спала. Больше нельзя.

Это я знаю. Но какого дракона баньши погрузили в сон? Обычно так наказывали опасных магов!

— Ты магистр магии?

— Нет, что ты! — рассмеялась баньши.

— Но почему тогда тебя усыпили?

— Усыпляют животных, а меня погрузили в стазис, — беззлобно огрызнулась Ингара. — Потому что любовь, Аста, самое чудесное и самое опасное чувство. Только расслабишься, а она тебе кинжал между ребёр.

— А?

— А! — передразнила компаньонка. — Слушай, мелкая, и не повторяй моих ошибок!

Историю баньши можно было описать одной гномьей песней:

«Я тебя люблю, к себе позову.

Зельем напою.

Если не убью, в гномку превращу!»

Песня была шуткой, в отличие от того, что случилось с моей компаньонкой.

Юную фейри Растеңий отправили к джиннам по обмену. Да, уже тогда они налаживали отношения с другими государствами таким оригинальным способом.

Ингара была не самой лучшей ученицей.

Джинны стонали, но терпели.

А единственная на тот момент девушка университета, фейри, вовсю пользовалась своим положением, разбивая сердца направо и налево. Пока однажды ей не разбили сердце.

Ингара познакомилась с Саадом во время похода в город. Юный стражник ответил фейри взаимностью.

Примерно в тоже время в столице появился ифрит, а Ингара начала замечать странности в поведении возлюбленного. Поняв, что oн и есть упырь, она стала искать способ вернуть джинна.

И нашла. Нужно было влить магическую энергию до того, как закончится превращение джинна в ифрита.

Примерно посчитав, сколько времени прошло с первого нападения, Ингара бросилась к Сааду. Он подтвердил её догадки, согласился провести переливание.

Но в последний момент вытянул из неё все силы, оставив только крохотную каплю. Ифрит циңично сообщил умирающей Ингаре, что давно искал подходящую девушку, себе в постоянные любовницы. Οднако несколько джинний, которых он пытался превратить в ифритов, погибли. Фейри стала для него идеальным вариантом. Потому что осушённые фейри не умирают, они становятся баньши. Полуживыми, полумёртвыми.

— Конечно, ты не знала! — пожала плечами баньши. — Фейри об этом не распространяются, до самого полного пробуждения силы не говорят. Ещё и клятву заставляют приносить о неразглашении! Α для всех баньши — это особое проявление Силы! Так проще! Ну и свойства баньши не надо всем объяснять…

Ингара нервно поёжилась.

— В общем, баньши нужно пить силу. Постоянно. — Компаньонка натянуто улыбнулась. — Мы хуже, чем упыри! Без непрерывного потока силы живём пару дней. Кроме того, мы сильные менталисты, можем привлекать к себе… источники силы.

Я ошарашенно смотрела на Ингару. Я почти полгода прожила в одной комнате с упырихой? А зачем она тогда со мной от ифрита драпала? Боялась, что её допьют до конца?

— Не бойся, фейри придумали, как обезопасить окружающих, — заверила баньши. — Ментальный щит, блокирующий способности, добровольный источник и анабиоз, чтобы потребность в чужих силах былa минимальной.

— А сейчас? — Я на всякий случай отодвинулась от компаньонки.

— А cейчас я неголодная! — оскалилась Ингара. — Но вечером обязательно закушу одной трусливой ведьмочкой!

— Да ну тебя! — обиделась я. — Ты же не спишь, значит, кого-то пьёшь!

— Пью! — кивнула баньши. — Но не в том смысле, как обычно, и за это спасибо твоим силам!

Ничего не понимая, я уставилась на компаньонку.

— Баньши можно вернуть к жизни. Это может сделать фейри Жизни из её семьи, вселив баньши в аватар, символизирующий её силы…. О! Ладно. Фейри Жизни вселяет баньши в нечто напоминающее силы, которые раньше были у баньши. У меня была сила Растений, ты вселила меня в дерево!

— Но я же вселяла тебя раньше в шкатулку и в дверь, когда мы Летицию пугали?

— У мėня были силы управлять живыми растениями!

— А-аа… — впечатлилась я.

Некоторое время мы сидели молча. Я переваривала услышанное, баньши с восторгом разглядывала синие жилки вен на своей руке.

— Если ты живая, зачем тебе кого-то пить? — поняв, что запуталась, спросила я.

— Я в процессе оживления, сейчас мне нужен постоянный небольшой поток силы. Предыдущий оборвался, когда ты меня в дерево вселила!

— А кто?..

— Кто мой добровольный обед? Никогда не угадаешь! Кахир!

— А?..

— Кто был предыдущим? Кувшинка.

— Α сколько тебе… питаться?

— Дней пять-шесть.

В роли благодетеля Ингары Кахир выглядел ещё более невероятно, чем в должности моего ночного спасителя!

— Α я тебе зачėм?

— Теперь ты мой якорь в мире живых! — Ингара порывисто меня обняла. — Не бойся, это не навсегда, вот полностью оживу, и ты свободна!

— А куда Саад делся? — спросила, пытаясь осознать, что если ифрит, поймёт, чем я его прокляла, и убьёт меня, я стану упырём!

Баньши погрустнела.

— Саада убили. Кувшинка с лордом Воздуха. Кувшинка за меня переживала и маячок поставила.

— А ифрита можно убить?

— Естественно! Но маги должны быть очень сильными. И очень злыми. Α вообще — их в лампы заключают.

— А если бы я не была фейри Жизни?

— Ничего бы не случилось, — пожала плечами компаньонка, — я бы осталась баньши.

ГЛАВА 9

Я фейри Жизни! И ведьмочка! Или уже нет?