Университет для фейри (СИ) - Савенко Валентина - Страница 63

Зачёт по некромантии поставили просто из жалости, после пятого испорченного образца крови какого-то там чудища. На других занятиях, преподаватели, зная мои способности, сразу предпочитали не допускать контактов моих рук и образцов. Кое-кто даже советовал дяде сделать в моём дипломе приписку, дескать, обучена всем видам магии, кроме магии крови!

Раньше думала, что я от природы такая криворукая, теперь уверена: это из-за силы Жизни! Магия крови связана с нанесением вреда живому существу, пусть незначительнoго, порез, но вреда! Созидательной, целительской части моих cил это, очевидно, было не по вкусу!

— Мяф? — Чара выскочила из стены.

В зубах кошки была записка.

«Так как ваш куратор немного занят, вам нужно зайти в ректорат и написать заявление.

Пожалуйста, объясните вашей кошке, что я не ем крыс, лягушек, кузнечиков и птиц! Пусть ваша питомица радует вас своими подарками!» — подпись не было, но я узнала почерк ректора.

— Чарочка! — Напугав кара-куру, я сгребла её в охапку. — Чарочка, а ты можешь в кабинет ректора подарок отнести?

— Мя-яф? — уточнила кошка.

— Ректора, ректора! Ты не представляешь, как он обрадуется!

А я-то как обрадуюсь! На обед уже опоздала, зайти в ректорат не успеваю (кто знает, что у них там за заявление, — может, нужно подробно свою биографию написать!), значит, отправлюсь на занятие к Кахиру. Моё раннее появление джинн, конечно же, заметит и оценит в свойственной ему, ехидной манере. Мне это и нужно! Я на занятии, что там моя питомица ректору приволокла и откуда взяла — не знаю! Следы ауры? Так моя же питомица!

Достав из-под матраса лоскут с кровью ифрита, я попыталась вручить его кара-куре.

Кошка зашипела и спpяталась в стену.

— Чарочка, пожалуйста, отнеси! Ну, хорошая моя… Вылезай, крыса облезлая, если из-за тебя ифрит убьёт ребят, я тебя собственноручно упокою, ни один некромант не поднимет!

— Мяф! — презрительно фыркнула высунувшаяся из стены наглая морда.

— Ладно, не упокою! — сдалась я. — Но ребята могут пострадать! Правда!

— М? — Чара выбралась из стены.

— Понимаешь, они возьмут эту тряпку и вызовут ифрита! Сами! Одни!

— Мяф! — Кара-кура покосилась на меня, словно хотела сказать: «Кто бы говорил!»

— Я тоже собираюсь его найти. Но я, если получится, обязательно ректора вызову! Если он раньше по этому лоскутку ифрита не вычислит! Поможешь?

Фиолетовые глаза сердито блеснули, кошка громко, обречённо вздохнула, схватила лоскут и впрыгнула в стену.

Я поспешно ткнула пальцем в циферблат часов и повернула колёсико.

Вывалилась из портала эффектно: прямо на преподавательский стол, за которым сидел Кахир. Чуть не въехав каблуком по переносице джинну, пожелала доброго дня и заняла место за первой партой.

Сдаётся, не только у меня часы сбоят!

Скорпион стрелой вылетел из пола и, стукнувшись об потолок, свалился вниз.

— Интересно… — Кахир собрал бумаги, принял воздушное воплощение и замер под потолком.

Предосторожность оказалась не лишней.

Студенты с руганью выпадали из потолка, их выплевало из пола, выбрасывало из стен. Приземление выходило не всегда удачным: половина парт в аудитории была разнесена в щепки! Когда последняя жертва переноса, Ибрагим, с криком: «Разойдись!» разбила преподавательский стол, Кахир соизволил спуститься.

Сняв с руки оглушённого падением брюнета, сидящего среди обломков, часы, джинн прищурился. Смуглое лицо стало холодным, отстранённым.

— Всем снять часы и передать мне! — скомандовал он. Собрав оные, создал несколько порталов и объявил: — Вместо лекции — практика! Задание по предотвращению!

Парни зашумели.

— Так… — Кахир отыскал в нашей дружной толпе посмевших издать звук без разрешения. — Вечером на тренировочную площадку! Разбиться на тройки! Аста, Дрейн заберите этого! — Показал на Ибрагима, джинн до сих пор не пришёл в себя после фееричного приземления.

Скрипнув зубами, скорпион подал брюнету руку, и мы шагнули в портал.

Улочка между глинобитными домами была завалена всевозможным хламом. В мусоре копошились тощие собаки. С черепичных крыш за ними наблюдали коты. Внезапно живность замерла, потом ринулась со всех лап прямо на нас.

Я взмахнула крылышками и, схватив Дрейна за шиворот, взлетела. Ибрагим увернулся от моих когтистых пальчиков, остался гордо стоять посреди мусора.

Коты с псами его ңе тронули. Шарахнулись в сторону и понеслись дальше.

— Сколько ты весишь? — пропыхтела я, для надежности вцепляясь в рукав скорпиона. Тяжеленный, как дракон!

— Можешь взлететь чуть выше? — спросил дракон.

— Попробую! Будешь виноват, если у меня отвалятся крылья!

Крылья не отвалились, но плечи ныли и стенали, взывая к моему благоразумию. Наивные! Где благоразумие, и где я — ведьмочка с уклоном в фейри!

Подняв Дрейна над крышами, я испуганно ойкнула — с другой стороны улицы, прямо на Ибрагима, ползло серое существо, тощее, волосатое, красноглазое, смутно напоминающее человека.

— Гуль! Низший! Спускайся! — опознал его скорпион.

— Погоди! — Я присмотрелась к восточному упырю, славящемуся своим пристрастием к мертвечине.

От него исходили эманации смерти. И от дома пo правую руку от Ибрагима тоже!

— Οн не один! — выпалила я, спускаясь к брюнету.

— Кто? — уточнил Ибрагим.

— Гуль! — Дрейн принял скорпионье обличье; сверкнув алыми глазами, направился к дому. — Что-то мне подсказывает, что здесь мы встретим кого-то пострашнее низшего! Аста, слeди за низшим. Ибрагим охраняй вход. Если что, я крикну.

— Ты куда? — Брюнет поймал меня, не давая взойти на шаткое крыльцо.

— Пусти! Я тоже могу помочь! — стукнула по груди джинна кулаком, из-под рубашки послышался тихий звон. — Что у тебя там? Доспехи, что ли?

— Не доспехи! — тихо прошипел Ибрагим. — Защитный амулет!

— Это не честно! Мы же должны пользоваться только своими силами! — возмутилась я.

— Это не для задания! Это от ифрита! Не хочу следом за Кеймнвати в лазарет загреметь!

— А где ты его взял?

Мне тоже не помешает парочка таких побрякушек! Для парней и Ингары! И для Гиллиана.

— В музее, — неохотно ответил брюнет.

Вот… джинн! Хотя нет! Не джинн! Тролль, гоблин, пучеглаз болотный! Пока мы искали защитные и усиливающие амулеты для всех нас, он для себя любимого заначку сделал! Хомяк брюнетистый!

— Амулет ведь не одноразовый? — утoчнила я, мысленно перебирая заклинания, которыми можно одарить предателя.

— Ну и что? — ощерился Ибрагим. — Он там один был! Наверное, остался с тех времен, когда там все экспонаты держали!

— Угу, специально для тебя закатился!

Серая тень, подкравшаяся сзади, стала сигналом к действию. Заклинание, предназначенное джинну, полетело в низшего гуля. Упырь замерцал и развеялся!

Иллюзия в иллюзии?

— Что могут высшие гули?! — выкрикнула я, влетая в дом.

— То, что могли при жизни, они — маги! — Кажется, Ибрагим остался на крыльце.

Серое человекообразное существо встретило меня задумчивым взглядом алых глаз.

— Фейри? — ухмыльнулось оно, отступая от раненого акрабу.

— Ведьма! — Я впечатала в гуля «Сияние дня».

Вспыхнувший свет умертвию вреда не причинил, всего лишь ослепил на пару секунд.

Какая-то у них тут, на востоке, неправильная нежить! Света не боится; в университеты, где обучают борцов с ней же, влезает; ведьмочкам житья не даёт!

— Вы убиты! — Кахир явил свою чалмоносную персону.

— Ничего подобного! Я жива! Дрейн ранен! На Ибрагиме ни царапины!

— Ваша группа погибла, — тоном, не терпящим возражений, повторил преподаватель, обходя замершего гуля.

Но я была слишком зла на Ибрагима, на ифрита, на гуля, на Гиллиана с его поцелуями, чтобы проникнуться и замолчать.

— Вы уверены, что говорите о нашей группе? Может, вы сюда еще одну группу отправили? Перепутали, а?

— Нет. Я говорю о вашей группе. Ведущий без сознания, тяжело ранен, вряд ли вы сможете его исцелить, — джинн показал на Дрейна, — вас спустя пару секунд убьёт гуль, потом займётся Ибрагимом. Кстати. Ибрагим!!