Связанные восхищением (ЛП) - Мартин Меган Д. - Страница 23

Я не знала, что сказать женщине. Всё, что я могла делать, это уставиться на неё, пока она практически выдернула мою руку из сустава. Бабочки устремились в живот при мысли, что Коул потратил своё время на то, чтобы сказать секретарше обо мне, что затем я напомнила себе, что он, скорее всего, поделился с ней этими вещами до того, как решил ненавидеть меня.

— Приятно познакомится, — удалось мне выдавить из себя.

— Есть новые сообщения, что-либо, что ещё не было переслано мне или остальной части правления? — спросил Коул.

Марла поспешила вернуться к столу.

— Хм, — она использовала мышку, чтобы прокрутить вниз что-то на экране компьютера. — Нет. Ничего нового. Я уже переслала все другие сообщения на ваш мэйл.

Коул кивнул.

— Спасибо, Марла.

Он повёл меня к большой двери из темного дерева. И когда он распахнул её, это всё показалось немного сюрреалистичным, потому что я знаю, оно так и было. Это был его офис, офис Коула. Офис, где он сидел в потрясающем кожаном кресте, лицом к другому невероятному виду на город, который никогда не спит, и руководил своей миллиардной ликерной компанией.

Я знала, чем он занимался для существования, но видеть это в реальности сделало всё понятней. Этот офис, с выкрашенными в белый стенами, большим столом в центре комнаты и даже большим аквариумом, заполнившим одну стену, сделал меня гипер осведомлённой о том, кем был Коул. Он был одним из самых богатых людей в Соединённых Штатах. У него было больше денег на его банковском счёту в этот самый момент, чем я когда-либо увижу в своей жизни.

Он был мужчиной, который преследовал меня. Меня, из всех людей. Этот миллиардер сделал меня объектом своей одержимости — какую-то стриптизершу из низкого класса. Он трахнул меня больше раз, чем я могла бы сосчитать. И он убил своего брата. Он вырезал его сердце. Также он был одним из самых нежных любовников, которые у меня были, и в тоже время самым грубым. Пребывание здесь было, правда, невероятно сюрреалистичным.

Он прошёл к окну за его столом, поворачиваясь спиной ко мне.

— Итак, это оно, — произнёс он тихо.

Я подошла, чтобы стать возле него.

— Это что?

— Мой офис.

Я кивнула, поборов желание закатить глаза.

— Я приходил сюда каждый день на работу. Иногда и по многим выходным за последние семь лет или больше, после того, как я вышел из тюрьмы.

Отсылка ко времени в тюрьме заставила меня одернуть взгляд от занятого мира внизу. Было немного странно слышать его, говорящим это, учитывая то, что я даже не знала, что он сидел в тюрьме до вчерашнего дня.

— Как долго ты там пробыл?

— Около трёх лет. Я не отрывал этот корпоративный офис до тех пор, пока не вышел. Всё до того базировалось за пределами Нового Орлеана.

Я нахмурилась, давая информации впитаться.

— Почему ты тогда перенёс его сюда? Почему не оставить его там?

— После того у меня не было причин больше быть в Новом Орлеане. Все, кто имели значения для меня, ушли, — он оперся рукой на стекло, его взгляд никогда не вилял от вида внизу.

— Ты имеешь в виду твоя сестра, — я ожидала, что он наброситься на меня, но была уже за гранью того, чтобы заботиться об этом.

— Сеэнди, — сказал он, удивляя меня. — Да.

Я посмотрела на его руку, где, как я знала, под одеждой была спрятана его татуировка, но ничего не сказала.

— Ты не собираешься задавать мне больше вопросов?

Я хотела. Мне нужно было узнать, что произошло той ночью десять лет назад.

— Я всего лишь шлюха, помнишь? Хороша только для стриптиза и секса. Почему я буду заботиться о том, чтобы знать? Как это улучшит мою простую жалкую жизнь? — сарказм сорвался с моего языка подобно хлысту.

Вместо нападки на меня, Коул вздохнул и прошёл к столу.

— Я сидел здесь каждый день в этом кресле. До того, как я нашёл тебя, — он тяжело опустился за стол.

Я задержала дыхание, но не сдвинулась. Какой в этом был смысл?

— Я редко бывал здесь с того момента. Управляя своей жизнью, своим бизнесом, временным офисом в стрипклубе — всем, не разбирая чемоданов, — он вскинул руки в воздух. — И ради чего? — он посмотрел на меня.

— Ты такая сволочь, — я сдвинулась, чтобы быть к нему лицом. — С меня хватит оскорблений. Я, блядь, покончила с ними.

— Ты знаешь, сколько раз я сидел за этим столом и думал о том, чтобы трахнуть тебя? — он ухмыльнулся мне.

Я дернула головой в удивлении.

— Но ты...

— Я потратил большую часть своего времени в Техасе. Но не всё. Некоторое я потратил здесь. Мотаясь туда и сюда для обязательных рабочих моментов.

— Ох.

— И я думал о том, что сделал бы, если бы смог привести тебя сюда в твоём маленьком блестящем наряде, с твоей открытой грудью и влажной для меня киской, — его слова были подобны мелодии, горячей и сексуальной, дразнящей мою кожу, пока я не я не вспыхну. — Я думал о том, чтобы трахнуть тебя прямо здесь, — он провёл рукой по крышке стола. — И здесь, — он указал на стул, который стоял лицом к нему с другой стороны стола. — И там, — он махнул в сторону окон, где мы стояли. — Я думал о том, на что это будет похоже иметь тебя здесь, прижатой к окну, твои соски твёрдые, трутся о чистые стекла, пачкая его. Ты выставлена на всемирное обозрение, — он опустил свои локти на стол. — В то время, как я бы брал тебя сзади. На самом верху небоскреба, на вершине города.

Я прикусила изнутри щеку и села на стул напротив него.

— Ты на самом деле думал обо всём этом? — я ненавидела то, насколько задыхающейся я звучала, насколько влажной я была.

Я всё ещё была воспаленной из-за предыдущей ночи, но часть меня текла, готовая, безрассудная для него, для того, чтобы он сделал то, что представлял.

Зазвонил телефон, разрушая момент. Коул вытащил его из кармана и ответил, напоминая мне, что я все ещё без своего телефона. У меня не было возможности проверить как там бабушка или кто-то ещё.

Я позволила своему взгляду попутешествовать по комнате, пока Коул разговаривал. Было несколько сертификатов в рамках с одной стороны. С другой стороны, там же, где и аквариум, была массивная картина русалки. Она растянулась на камне, на дне океана, её рука за головой, голубые волосы развеваются вокруг её недвижимой формы. Она смотрела с картины, её темные глаза заманивали, притягивая смотревшего. Она держала нитку жемчугов в одной руке, пока другая лежала на её загорелом животе.

— Ты уверен, — натянутый голос Коула вернул моё внимание к нему. — Здесь в городе? — он сделал паузу. — Ох, — он кивнул. — И не было никаких других следов его? — другая пауза, в этот раз продолжительнее. — Я понял. Хорошо, отправь это мне. Спасибо. Ох, подожди, есть какая-то новая информация о номере, который я тебе скинул... — он запнулся, когда человек на том конце прервал его. Через несколько секунд он сказал:

— Окей, дай мне знать, — он закончил звонок.

Я смотрела на него в ожидании, когда он сразу же не объяснил.

— О чем это было?

Он смотрел на меня, как будто решая, хочет ли он рассказать мне или нет.

— Тебе лучше сказать мне, Коул.

— Всё ещё никаких следов Кевина с того дня, предшествующего убийству Мэнди. Он не появлялся на работе. Никаких звонков. Ничего. Его мать, которая всё ещё живет в твоём родном городе, подала заявление о его пропаже, утверждая, что не слышала ничего от него с того же дня, когда его последний раз видели на работе.

Я обдумала его слова. Обнаружение названия компании Кевина на кофте Джея была потрясением, ужасающим. Только это не имело смысла. Зачем Кевину совершать всё это? Это на него не похоже.

— Однако мой парень нашёл еще кое-что. Отца Кевина. Он проживает в Нью-Йорке. Севернее в Ньюбурге в часе езды отсюда.

Слова Коула заставили подняться волосы на моей шее. Это напомнило мне о том времени, когда Кевин преследовал меня. Это отличалось от того, что делал Коул. Это было ужасающе, потому что я знала, что Кевин причинит мне вред. Он не был ни на секунду в моей жизни против того, чтобы избивать меня. Он легко доказал это, когда я отказалась принимать его извинение и его назад после того, как он оставил меня избитую и сломленную на полу его гостиной. Он стал помешанным. Ужасающе помешанным.