Как взрослые (СИ) - Сомина Ульяна - Страница 25

— Папуля, привет, как ты себя чувствуешь? — залебезила я, стараясь переменить тему.

— Рита! — взревел отец, пересекая мои попытки на корню. — Четко и по делу. Что у вас происходит?

Мысленно поблагодарив маму за поддержку, я вкратце поведала отцу «последние известия».

На взволнованные реплики матери, которая твердила о том, чтобы отец не волновался и ничего смертельного не произошло, родитель не обратил никакого внимания. Вместо этого он смачно выругался и пригрозил показать Борисовым «почем в Одессе рубероид».

— Папа! Чем тебе ребенок помешал? Мы с Тимуром уже подружились, очень любознательный и смышленый мальчик. — Но куда там! Если отец набрал скорость, теперь или с разгону в дерево, или дать резко по тормозам. Вероятнее первое. Радует, что родитель отходчивый.

— Ребенок здесь не при чем, конечно. Но почему они ничего не сказали, у нас же уговор… То-то я удивился, что Костя охотно согласился, он задолжал мне, но все равно подозрительно. А тут… ребенок, ясно, — бушевал отец, а я задумалась. Чем же интересно задолжал Костя моему отцу? Давно ли он знал о возможном фиктивном браке со мной? Может, все было изначально предрешено? Ведь мы с Кириллом так и не смогли пожениться, всегда откладывали — то одно, то другое. И родители особого энтузиазма, узнав о нашей помолвке не испытывали, не торопили нас. А тут все решилось буквально за несколько часов.

Странно, но раньше у меня таких вопросов и подозрений не возникало. Несколько недель я вообще мало о чем задумывалась, словно начала жизнь с чистого листа, для верности вырвав пару страниц из прошлого. А так не бывает. Это моя жизнь, мой выбор и никто не имеет право манипулировать ни тем, ни другим.

— И как давно вы договорились с Борисовыми по поводу нашего взаимовыгодного брака с Костей? — выпалила, проглотив противный ком. Нет, слезы бесполезны.

Мне казалось, я почти поверила, что… так бывает. Костя, я, мы… Знакомые незнакомцы, способные стать самыми близкими друг другу людьми. Что-то яркое, манящее, теплое открывалось мне с каждым днем. Новые грани, ощущения, порывы.

Оказывается вот оно как. Бесполезно.

— О чем ты? И договора толком никакого не было, так, разговоры одни. Я здорово выручил Костю, он вляпался в историю после смерти брата. Вот я и взял с него слово, помочь мне, если я попрошу. Я и попросил позаботиться о тебе, взять в жены. Он человек ответственный, ты же знаешь.

— Знаю, — подтвердила, почувствовав горечь.

«Ответственный» — какое простое объяснение в этой путанице противоречий. Я поторопилась, видимо, с желанием сблизиться.

— Рита, ты почему молчишь? — спросил отец взволнованно. — Вы не ладите?

— Нет, все хорошо. Но, я думаю, ты поторопился, навязывая меня постороннему человеку, — от моего тона веяло арктическим холодом, а внутри горело и полыхало. Холод снаружи, огонь внутри — как патетично.

Папа что-то несвязно пробормотал маме, и родительница, забрав у него мобильный, обеспокоенно обратилась ко мне.

— Рита, только слепой не заметил, что Костя любит тебя давным-давно. Но ты так сильно была влюблена в его брата, что ничего вокруг не замечала. Так что подумай: такой ли ты тяжкий крест для него.

Слова мамы звучали очень убедительно, и мне хотелось бы ей верить… Но сказки для взрослых все же отличаются от сказок для детей.

— Ладно, мамуль, я побегу. Папу успокой, пусть не тратит свое здоровье понапрасну. Его выписывать еще не собираются? — Одна слеза — ровно столько я позволила себе.

Мама тяжело вздохнула, пожаловавшись на нежелание отца отлеживать бока в больнице и его вечных спорах с медперсоналом. Лечащий врач пока не торопился его выписывать, но состояние стабилизировалось, что не могло не радовать. Вскоре мы попрощались.

***

Весь день мы с Тимуром и Степкой рисовали на огромных ватманах, обнаруженных в кабинете у Кости. Затем смотрели диснеевские мультфильмы, жевали попкорн и хохотали.

— Тимур, может, тебе тоже взять себе котенка домой, смотри, как вы со Степкой подружились!

— Мама не разрешит, — грустно ответил мальчик, потрепав сонного Степку за ухом.

— Почему? Домашние животные приучают к ответственности. У нее аллергия? — продолжала допытываться я, совершенно перестав следить за происходящим на экране.

— Нет, она многое мне не разрешает. Говорит, что папа Костя меня совсем разбалует.

— Ну, он же твой папа, а родители должны иногда баловать детей. Ты скучаешь по нему?

— Да, даже больше чем по второму папе, это плохо, да? — быстро произнес Тим и округлил глаза, сообразив, что сказал что-то не то. — Но я его совсем не помню, мама мне фотографии показывала, а я не помню…

От неожиданности я резко выпрямилась на диване. «А вас, Штирлиц, я попрошу остаться» — и вся жизнь перед глазами. Откуда взялся второй папа?

— А что случилось с твоим вторым папой? — аккуратно поинтересовалась.

— Он умер, а мама говорит, что он живет на небе. Неправда, на небе никто не живет. Только облака и солнце.

— Ты действительно очень умный мальчик, Тимур, — потрепала его по волосам, решив прекратить допрос.

Зато я с удовольствием задам Косте пару вопросов. Чую, он мне расскажет много чего интересного.

Оставшееся за кадром 1. Лучшая ночь

Восемь лет назад

Лёля всхлипнула, но тут же закрыла рот рукой. Слезы он ненавидел. Поэтому она резко обняла его, прижавшись щекой к широкой спине.

— Я просто хотела устроить сюрприз, у тебя же сегодня день рождения.

— Забудь этот день навсегда, поняла? Я не праздную день рождения много лет, и мне не нужны твои вшивые знаки внимания, — угрожающе зашипел, вмиг избавившись от маски отстраненного и собранного мужчины.

Леля нечасто видела его таким, хоть и знала, что внутри него обитает немало демонов.

— Да пошел ты, Крынский! Хотя бы спасибо сказал, что не забыла, вечеринку-сюрприз устроила, старалась, а ты всех разогнал и взбучку мне устроил, — закипела Лёля, раз маски сброшены, значит — к черту притворство.

— Странно, что рыцаря своего не позвала, он бы и за массовика-затейника сошел, да? Кирилл Борисов славный малый, — внезапно сменил тему Игорь, выдохнув струю дыма от зажженной сигареты ей в лицо.

И Леля вспомнила разговор недельной давности, когда они тоже затронули тему, связанную с Борисовым.

— Мы просто друзья, — словно оправдываясь, говорила девушка.

— Я не верю в дружбу между мужчиной и женщиной. Ты может с ним и дружишь, но он хочет тебя. — Он окинул ее жадным взглядом, потом наклонился и поставил на шее свою метку-засос. — Вот так-то… Пусть знает.

— Ревнуешь?

— Нет, — равнодушно пожал плечами.

Кирилл со всей своей живостью, страстностью натуры был противоположностью холодному и бесстрастному мужчине, которого она любила. И она решила с ним дружить, ведь ничего такого в этом нет. Да, Кирилл хотел большего и даже назло начал встречаться с милой девчушкой, влюбленной в него, Ритой. Лёля в свою очередь не хотела ничего.

— Когда он бросит тебя, собирать тебя по кусочкам приду я, и соберу, не сомневайся, — сказал Кир, когда они встретились после того разговора с Игорем.

— Не говори ерунды, никто меня не бросит. Разве меня можно бросить? Но общаться нам больше не стоит, для нас это может плохо закончиться.

— Да плевать я хотел на этого бандюгана, — процедил сквозь зубы с воинственным видом Кирилл. — Лёль, уходи от него, — преданно заглянул ей в глаза.

— Нет! Достал уже. Я люблю его! И если нужно будет сделать выбор, я выберу его, понял? — начала злиться девушка.

— Ясно, счастливо оставаться тогда, — отсалютовал рукой Кир и встал из-за стола. — Не звони больше, у меня, в конце концов, девушка есть.

— Вспомнил, все-таки? — хитро прищурилась девушка. Но Кирилл уже быстрым шагом пересекал зал кафе. Последняя реплика была лишней, но ей неожиданно так захотелось ужалить его побольнее. — Когда ее трахаешь, меня представляешь, да?

Многие посетители начали оглядываться, компания парней одобрительно заулюлюкала. Кирилл не обернулся.