В снежных горах Непала (СИ) - Соколина Наталья - Страница 52

Наконец, он избавился от них. Дети и немногие заболевшие взрослые здоровы, а Сантош мысленно хвалил себя.

Но, с другой стороны, возвращение домой повергало его в уныние. Два месяца прошло, а он обещал Наре, что они поженятся, как только минует установленный ему матерью срок. Сейчас ему казалось, что время пролетело слишком быстро, и он ещё не готов стать женатым человеком. Не торопясь, он оделся и умылся, растопил очаг и позавтракал. Грустно вспоминая свой сон, он тяжело вздохнул, подумал: - вспоминает ли его Маша? Или уже забыла в объятиях другого мужчины? - Настроение окончательно испортилось, но нужно было идти. Он решил, что барсом он доберётся гораздо быстрее, и принялся раздеваться.

Вскоре белый, с серыми размытыми пятнами на шкуре ирбис, скользнул из пещеры, на минуту задержался на вершине скалы, оглядывая окрестности и принюхиваясь. Сильный ветер обдувал морду, ледяная крошка и колючий снег приятно ворошили густую шерсть и массировали шкуру. Он широко, со вкусом зевнул, обнажив острые белые клыки и, спрыгнув со скалы, неторопливо потрусил по едва заметной тропе.

***

Жители Солу Кхумбу окидывали равнодушным взглядом пробегающего мимо громадного снежного барса и тут же возвращались к своим делам. Тому тоже не было до них дела. Задача номер один - вымыться, наесться до отвала и отоспаться. Всё остальное подождёт.

Добравшись до дома, он прямо на веранде обернулся и вошёл голым, грязным и очень худым мужчиной. Натянув шорты и сунув ноги в сандалии, он прихватил мыло, большое полотенце, а также чистые трусы, футболку и отправился на реку. Ледяная вода была мягкой, снеговой, и мыло трудно смывалось. Растёртое до красноты травяной мочалкой тело горело, но было чистым, кожа приятно поскрипывала. У Сантоша мелькнула мысль, что ему нравится запах чистоты, а вот у Маши он любил именно запах её тела и предпочитал, чтобы в постель она ложилась, как есть: едва уловимо пахнущая пОтом, какими-то ей одной свойственными ароматами. Она стеснялась и бурно протестовала, но он не отпускал её мыться, пока не нацелует везде, где ему хочется, пока её лоно не наполнится его семенем и его запахом. Лишь после этого она с облегчением скрывалась в ванной, а он смеялся над её стеснительностью.

Сантош подумал, что, несмотря на разлуку, Маша постоянно присутствует в его жизни. На каждое событие, случившееся с ним, он смотрит ещё и её глазами. Он был совершенно уверен, что заслужил бы её одобрение, отправившись в Нувакот. Но он также был уверен и в том, что она не находила бы себе места в тревоге за него. Его злость на неё куда-то ушла, уступив место тоске и безысходности. Он знал, что Нара ждёт его, но её беспокойство оставляло его равнодушным. После недолгого отдыха он отправится к деду, а потом, вечером, может быть заглянет и к ней. Сантош поймал себя на том, что подсознательно оттягивает встречу с невестой. Он презрительно усмехнулся: - недостойно мужчины обманывать доверившуюся ему женщину! Он должен стать её мужем, раз обещал ей.

***

Впервые за долгое время Маша чувствовала себя по-настоящему счастливой. Она защитилась! Члены комиссии были впечатлены. Её кандидатская содержала огромное количество материала, касающегося жизни, обычаев, традиций и обрядов населения горного Непала. Ей удалось показать связь времён, увязать прошлое и будущее древней страны. Вопросы не прекращались и после защиты. Как сказал председатель комиссии: - очевидно, что в диссертацию Мария Александровна вложила частичку своей души.

Тем не менее, Маша чувствовала некоторую неудовлетворённость. Ей казалось, что тема раскрыта неполно и несколько схематично. Профессор утешал её, говоря, что невозможно в одной кандидатской диссертации описать и исследовать огромный культурный пласт из жизни такой древней и малоизученной страны, как Непал. Впереди её ждал непродолжительный отдых, а затем должность преподавателя на кафедре этнографии.

Сразу после защиты она поехала к родителям. Ольга Васильевна забрала Анютку из садика пораньше, чтобы они, все вместе, смогли отпраздновать выдающееся событие.

Маша даже не стала забегать в супермаркет, потому что мама, наверняка, уже всё приготовила.

Родители уже знали об её успешной защите, и встретили её радостными улыбками. Анютка повисла у неё на шее, шепнув: - мама, ты теперь очень умная, да?

Маша рассмеялась и только сейчас поняла, что кончились её ночные бдения, тревога и неуверенность в правильности выбранной темы, страх и сомнения накануне защиты. Она свободна!

Праздничный стол уже ждал её. Родители жаждали узнать все подробности события: кто что говорил, какие вопросы задавались, и Маша с удовольствием припомнила и повторила для них всё, что отложилось в памяти.

Торжественный ужин закончился, и Ольга Васильевна предложила ей заночевать с дочерью у них. Дедушка с бабушкой соскучились по внучке, а Маше теперь, слава Богу, не нужно куда-то спешить, по крайней мере, пока не вышла на работу. Она с удовольствием согласилась и отправилась в ванную, чтобы сполоснуться перед сном. И тут вдруг накатило. То ли шампанское ослабило волю, то ли сыграла свою роль общая расслабленность. Маша внезапно вспомнила, как они с Сантошем сидели в Солу Кхумбу как-то поздно вечером, а перед ними на циновке стоял здоровенный кувшин из необожжённой глины, полнёхонький молодого виноградного вина. Они пили его из больших глиняных кружек, оно кружило ей голову, и ей всё казалось смешным и забавным. Маша любовалась сильным смуглым лицом, тёмными насмешливыми глазами, ласково смотрящими на неё, и ей хотелось, чтобы Сантош поцеловал её. Он ловил её нахальный призывный взгляд, но лишь усмехался. Ей не было обидно: ведь это всего лишь игра! Сильный красивый мужчина понимающе смотрит ей в глаза, она, слегка опьяневшая и слегка утратившая над собой контроль, почувствовавшая вдруг, что нравится ему, что он любуется ею, но никогда не позволит себе воспользоваться её временным легкомыслием.

Маша вздохнула, присела на край ванны, и вдруг слёзы сами собой брызнули из глаз. Она плакала самозабвенно и со вкусом, уткнувшись лицом в большое банное полотенце и сдерживая рыдания, чтобы не услышали родители.

А ночью он пришёл к ней в постель. Во сне Маша явственно ощущала под своими ладонями его гладкую кожу и упругие мускулы, которые мягко напрягались, когда он обнимал её. Он не торопился, обнюхивал её, глубоко вдыхая её запах, языком и губами слегка касаясь шеи, сосков, опускаясь ниже, к животу и бёдрам. Во сне ей не было стыдно, она радовалась его ласкам и нежность и любовь к нему переполняла её сердце.

Она проснулась, как от толчка и некоторое время не могла понять, где она. А затем горечь утраты чёрным покрывалом накрыла её. Маша думала о том, что любит Сантоша не только за то, что близость с ним доставляла ей необыкновенное наслаждение. Даже, вернее сказать, вообще не за это. Близость - это как побочный продукт их душевного единения, когда мысли и чувства одного в полной мере разделял другой.

***

Откинувшись на спинку дивана Сантош с усмешкой слушал деда, который, бегая по комнате, с негодованием обличал очередного редактора какого-то научного журнала, требующего от него значительного сокращения статьи: - он чиновник! Обычный, малограмотный чиновник! Как он может требовать от меня сокращения двух глав, если без них статья теряет всякий смысл!

- Дед, чиновник не может быть малограмотным! - Сантош уже хохотал.

- Да что ты понимаешь, мальчишка! - господин Ари в гневе потряс воздетыми к потолку руками, - культурному человеку недостаточно только уметь читать и писать!

- Ага, он ещё должен разбираться в лингвистических особенностях языка каждого из племён, населяющих нашу страну!

- А, ну тебя к дэвам, Сантош, - дед обречённо махнул рукой, - давай, рассказывай, что там у тебя было в Нувакоте и как дела со свадьбой?

Внук недовольно передёрнул плечами: - был серозный менингит, но детей удалось вылечить. Да что, если бы не родители, моя жизнь не стоила бы и шерстинки из собственного хвоста! Хорошо, отцу удалось как-то заполучить вертолёт. Они с мамой прилетели и сбросили мне коробки с лекарствами. Повезло! - он скривился, - знаешь, дед, люди собирались сжечь мой импровизированный госпиталь вместе со мной и больными детьми. - Господин Ари покачал головой, ничуть не удивившись. - Что же касается свадьбы…. Два месяца, которые я обещал родителям, прошли. Теперь пусть решает Нара. Скажет завтра - женюсь завтра. - Сантош отвернулся, глядя в окно. Дед с сочувствием посмотрел на него, но вслух сказал: