Чудовище Цеплин (СИ) - Ронис Тай - Страница 18

— Мне заплатили, чтобы я её отвадил от охоты.

— И как, получается?

— Пока что не очень. Но ведь работа ещё и не началась толком. — Потом он повысил голос и сказал: — Это Сольвейг Урун, очередная принцесса, вообразившая себя воином. — Девчонка села прямо на порог трактира, вместо приветствия показала два больших пальца и стащила шлем, тяжело дыша.

«Не такая уж страшная», — озадаченно подумал Арпад. Обычно в охотники рвутся девочки, у которых нет шансов удачно выйти замуж, вот они и ищут компании изголодавшихся мужчин, пытаясь привлечь к себе внимание своим героизмом. Но эта, на вид, слишком молода, чтобы отчаяться, так какого черта? Он уже хотел обменяться с Фирмином несколькими догадками, но прикусил язык. Лицо брата было непроницаемым, но глаза азартно блестели. Арпад проследил за его взглядом и увидел ещё одного члена новоиспечённой команды. Хвала богам, он не успел открыть рот и начать изгаляться над женщинами-охотниками.

— Привет, Урд. Надеюсь, ты не запишешь эту охоту в наш счёт, ведь это не мы тебя звали.

— Посмотрим, — широко усмехаясь, рыжая охотница хлопнула его по плечу. — Привет, волчара. Классная шкурка.

Фирмин озадаченно посмотрел на свой балахон, в котором ходил всегда, и в котором не было ровным счетом ничего примечательного.

— Могу снять, — озадаченно сказал он.

— Пока не надо, — рассмеялась Урд. — Я устала с дороги, новые яркие впечатления мне пока ни к чему.

Она прошла мимо Сольвейг, забирая у неё одну из сумок, и собиралась уже войти в трактир, как Фирмин её снова окликнул.

— Массаж ног? — предложил он.

— Может, позже, — Урд ему подмигнула и скрылась внутри.

Арпад закатил глаза. Ему было тошно смотреть на их заигрывания, которые так ни разу ничем и не закончились.

— Какие планы? — спросил он у Пагрина.

— Если вы свою часть подготовили, завтра выступаем. Нам нужно обернуться за две недели. Пристроишь лошадей?

Следующим утром они выступили в путь. Тащить лошадей в пустыню смысла не было, поэтому Арпад оставил их всех на городской конюшне. У них с собой была лишь средних размеров ручная тачка, на которую они сгрузили палатки, доспехи, оружие и припасы на две недели. Они решили двигаться по маршруту, который указала Йерне Месарош, а другие местные мародёры подтвёрдили — на запад до Жёлтой Ямы, а потом на юг. По приблизительным расчетам, дорога в одну сторону займёт около четырёх дней, пара дней им понадобится, чтобы найти монстра и разобраться в его истинной природе, а потом можно будет вернуться в Грэйсэнд. Если окажется, что монстр действительно порождён энергией гибели племени, они лезть к нему не будут, а вызовут подкрепление в виде зачарователей. Если же монстр окажется сказкой… что ж, тогда придётся продолжить расследование смерти Тои.

Они шли по западной дороге из Диффоука, всё ещё находясь в пределах Ахаонга. Тачку толкали по очереди, но чаще всего эта почетная обязанность доставалась Сольвейг. Бестолковая девица, возомнившая, что умеет стрелять и может стать охотником, хмуро подчинялась приказам Пагрина и всё время отставала, но не жаловалась. Инструктор заставил её надеть доспехи и вооружиться до зубов, и в таком виде путешествовать; но главным своим врагом Соль считала, несомненно, Арпада — с ехидной усмешкой он предложил ей понести ещё и сумку с пайком на пять дней, и Пагрин эту идею поддержал. Целью было взять её измором и заставить отказаться от идеи стать охотником — это спасёт жизнь и здоровье не только ей, но и тем, кто по нелепой случайности решит на неё положиться. Но прошло несколько часов, а она всё ещё держалась.

Сначала Арпад надеялся, что гильдия навязала им в команду эту девицу, потому что в ней был замечен потенциал; но уже после пятиминутного общения диагноз был определен окончательно: романтичная идиотка. Таких ничто не остановит — ни предупреждения, ни угрозы, ни очевидная опасность. Она всё равно найдет себе приключения и влезет в неприятности. В команду её взяли просто чтобы спасти ей жизнь, чтобы в тот момент, когда она найдет то, что ищет, рядом оказались профессионалы, способные ей помочь. В данный же момент один из лучших инструкторов Гильдии пытался применить менее болезненный и более безопасный способ отвадить Сольвейг от охоты.

— Двигай, не отставай! — грубо прикрикнул Пагрин. — Если ты будешь передвигаться с такой скоростью, ландиут тебя на ходу слопает!

— Если на тебя нападал ландиут, это не значит, что он опасен для кого-то ещё, — проворчала Соль, ускоряясь. Дорога шла под уклон, и ей это не составило большого труда. — Обычно они едят только дерьмо.

Фирмин и Урд заржали, Пагрин лишь хмыкнул и бросил небрежно:

— Надень-ка пылевую маску, Соль. Мы все же в пустыню идем, а ветер сегодня южный…

Сольвейг что-то проворчала невразумительно, но Пагрин настоял:

— Либо надевай, либо разворачивайся и иди домой, выходи замуж и детишек рожай.

Она бросила на своего инструктора такой сердитый взгляд, что Арпад невольно задумался: чем же для неё так ужасна перспектива стать женой и матерью? Девочка наверняка из обеспеченной семьи, избалованная единственная дочь, привыкшая получать все по первому требованию… Впрочем, то, с какой стойкостью она выдержала путешествие с Пагрином из Грэйсэнда в Диффоук, говорил против этой версии.

Соль расстегнула и стащила шлем, опустила на лицо маску, снова надела шлем, тщательно застегнув тяжёлый воротник. Что ж, похоже, она действительно полна решимости стать охотником. Но зачем ей это?

Среди охотников были женщины, и часто они бывали полезны. Целительницы, летописцы, ведьмы и даже шлюхи, успешно скрашивавшие долгие путешествия к местам обитания нечисти. Иногда "охотницы" совмещали эти функции, но довольно редко ходили на монстров с оружием.

Самым же редким явлением были профессиональные охотницы, как, например Урд. Чаще всего это были наследницы семейного дела и дочери кузнецов или военных, которые чётко понимали, на что идут, и что их ждет. Иногда это были жёны охотников, не желавшие надолго отпускать без присмотра своих благоверных. Некоторые, как и эта дурочка Сольвейг, искали в охоте романтики: наслушались басен про смелых героев и сами решили совершить подвиг. Чаще всего это заканчивалось плохо: Арпад лично знал четверых, а одну из них даже водил на горгулью. Их черепа теперь хранились в зале памяти Гильдии.

Историю Урд Арпад знал лишь частично, он с ней познакомился уже после того, как она заслужила свою репутацию. Она была уже не слишком юной, когда обратилась в Гильдию. Она развелась с мужем, детей у них не было, а отцовскую кузницу забрал за долги клан Раш. Шансы преуспеть в чем-то ещё у неё были невелики, но она была полна решимости принёсти миру пользу своим существованием. Арпад не знал, сталкивалась ли Урд с таким же недоверием, как Сольвейг теперь, насмехались ли над ней, пытались ли вывести из опасной игры… Пока что он мог судить только о том, что он видел: сильную и умную воительницу, а чуть поодаль за ней — глупую романтичную девчонку, которая наверняка надеется стать героем, только чтобы завоевать сердце своего деревенского "принца". И как только родители её отпустили?

— Эй, Соль! — окликнул Арпад девушку. — А твои родители знают, что ты отправилась на охоту?

Она поглядела на него, но лица не было видно, чтобы понять её реакцию. Отвернувшись от дороги, она споткнулась на кочке и едва не упала, но всё же сумела устоять на ногах и продолжить движение.

— Не думаю, что они вообще заметили, что меня нет, — сказала она, и голос её прозвучал глухо сквозь пылевую маску и забрало шлема. — В доме было слишком много людей, а у них — слишком много дел.

Арпад криво усмехнулся. Он был прав: избалованная дочь богатых родителей.

— А ты откуда сама родом? Из Грэйсэнда?

— Из Этера, — с явной неохотой ответила Сольвейг.

— А что же ты в тамошнюю гильдию не вступила? Не взяли?

Он давно не был в Этере, но, судя по тому, что рассказывали другие, вступить в их гильдию может даже слепой одноногий кровосос.