Чудовище Цеплин (СИ) - Ронис Тай - Страница 24

По мере приближения к Диффоуку воздух становился всё свежее: за две недели, что их не было, в Ахаонг пришла полноценная зима. Сейчас команда двигалась медленнее — телега стала тяжелее за счёт Чуда и её вещей, и толкать по неровной поверхности приходилось по двое, а то и всем вместе.

Чудо начала медленно приходить в себя — раньше, чем предсказал Арпад, всего через пять дней. Она ещё не очухалась окончательно, да и не проснулась сполна: лишь приоткрыла глаза и лежала, пустым взглядом уставившись в пространство, а потом снова закрыла их. Так повторялось несколько раз, Урд пыталась с ней заговорить, но безуспешно: девчонка то ли не понимала обращённой к ней речи, то ли не могла ответить.

Ещё через два дня её взгляд стал более осознанным, она наблюдала за охотниками и пыталась пошевелиться, хотя явно не поняла, что ей мешают путы. Члены команды настороженно ждали момента, когда она окончательно придёт в себя: вот тогда и станет ясно, были ли достаточными их меры предосторожности.

На третий день она попыталась подняться, а когда ей это не удалось — стала озадаченно рассматривать узлы, которыми были связаны её руки и ноги, словно не могла понять, что это такое. Пагрин велел остановиться, а Урд приблизилась к повозке.

— Эй, привет! Ты меня понимаешь?

Девчонка вздрогнула и начала нервно озираться по сторонам — такое количество людей вокруг её явно пугало. Она задержала взгляд на Пагрине, а потом поглядела на его левую руку — она уже начала заживать, отек спал, хотя функционировали пальцы ещё не слишком хорошо. Остальные члены команды ничем её не заинтересовали, и она начала осматривать вещи в повозке, где сразу заметила свои доспехи. Но её интересовало что-то другое, и она, неуклюже трепыхаясь, разворотила кучу, пока не обнаружила собачий череп на кожаном шнурке. Она прижала к себе это странное ожерелье, ласково поглаживая белый собачий череп. После этого девчонка подозрительно покосилась на Фирмина, но так ничего и не сказала.

— Ты слышишь меня? — ещё раз попробовала Урд. — Как тебя зовут?

Охотники переглянулись. Не может ли такого быть, что девчонка на самом деле дикая? Порождение вулкана в человеческом облике… видела ли она когда-нибудь ранее людей так близко?

Ещё несколько попыток вызвать девчонку на контакт не увенчались успехом. Сольвейг, отпивая воду из фляги, поймала жадный взгляд и предложила Чуду воды. Та едва заметно кивнула, ни на кого ни глядя, и ей позволили утолить жажду. Что ж, по крайней мере, потребности у неё были человеческие.

До вечера диалог так и не завязался.

Ночью Апрад проснулся от какого-то странного хруста. Он приподнялся на спальном мешке, огляделся — чуть поодаль кралась прочь Чудовище Цеплин. Она неосторожно наступила на тонкую лавовую корку. Арпад ткнул в бок Фирмина, а тот разбудил остальных. Несколько минут они наблюдали за девчонкой, пытаясь сообразить, как она освободилась. Впрочем, при наличии минимального интеллекта и большого желания в этом вряд ли было что-то сложное: её руки, чтобы не нарушать кровообращение, они связали спереди, а на ногах, хоть они и были связаны хорошо, узлы вполне могли ослабнуть — их не проверяли с самого первого дня.

— Эй, далеко собралась?

Девчонка вздрогнула и припустила бегом, причем её скорость была неожиданно большой. Впрочем, её замедляли всё ещё связанные руки, и Фирмин, обратившись, без труда её догнал и повалил на землю. Подоспели остальные, вернули девчонку в повозку и снова связали — теперь уже более надёжно. Её руки оказались за спиной, а между узлами на запястьях и лодыжках привязали сухую ветку — во избежание новых попыток бегства.

Укладываясь и возобновляя прерванный сон, Арпад думал о том, что в человеке, каким бы он ни был, всё-таки очень сильна жажда жизни и свободы. Чудо сопротивлялась так неистово, так отчаянно… Жаль, что она не захотела — или не смогла? — с ними поговорить. Было бы интересно узнать её историю.

Диффоук был припорошен снегом, что было для него странно. Значит, всего в нескольких милях к северу начиналась самая настоящая зима, и дороги, скорее всего, были заметены. Команда сняла две комнаты в трактире, Чудо они привязали к креслу и оставили наедине с собой. Присмотр, кормление и гигиенические процедуры их пленной поручили Сольвейг — та скривилась недовольно, но подчинилась, не сказав ни слова.

Все нуждались в отдыхе: изнурительное путешествие по пустыне, жара, маска на лице — всё это надоело им настолько, что, оказавшись в условиях нормального климата, почувствовали резкое улучшение настроения. Фирмин, Арпад и Урд засели в таверне с несколькими кувшинами вина, Пагрин присоединился к ним чуть позже.

— У нас два дня на отдых, — сообщил он, устало откидываясь на скамье. — Отправимся на север в составе торгового обоза. С нас не возьмут денег, если мы возьмём на себя обязанности охраны.

— Без проблем, — сказал Арпад, которому хмель уже ударил в голову. — Если и найдутся идиоты, которые захотят напасть в такую погоду, мы их снежками закидаем.

На следующий день Урд сменила Сольвейг в почётном деле присмотра за пленницей, и девчонка отправилась гулять по посёлку. Никому особо не было дела до того, чем заняты остальные, главное, чтобы к времени отбытия все были в хорошем тонусе и без штрафов за нарушение общественного порядка.

В Диффоуке занять себя особо было нечем. Арпад почти не выходил из номера, доводя до совершенства нелепую фигурку кентавра. Лишь к вечеру он вышел, чтобы прогуляться и подышать свежим воздухом, и тут его и перехватил ключник, с которым он познакомился две недели назад.

— Вы Арпад Фаркаш, верно? — уточнил старик, и, получив утвёрдительный ответ, достал откуда-то из недр стойки небольшой конверт. — Вот, пришло через два дня после вашего отбытия. Я уже собирался отправить обратно, но тут вы вернулись.

Арпад посмотрел на имя отправителя. Он уже и забыл о запросе, который отправил в Ункуд. Всё решилось и без этого, но конверт он всё-таки вскрыл. Ответ ему не понравился. Иштван Месарош в Ункуде не появлялся. Что бы это значило? Зачем Йерне ввела его в заблуждение? Некоторое время Арпад сомневался, стоит ли поднимать из-за этого шум. В конце концов, с заданием они справились, убийца Тои Игараси найден, даже без помощи Месарош. Наверное, Иштван не покидал Диффоук, а Йерне не позволила Арпаду с ним пообщаться чисто из вредности, не желая облегчать охотникам работу. И предъявлять претензию — всё равно что унижаться и признавать свою несостоятельность без помощи кровососов. Этого Арпад не хотел. Он направился в таверну, где, как он предполагал, сейчас расслаблялась команда. Он не стал им рассказывать о выходке Йерне, а изо всех сил попытался отвлечься. Здесь были сплетни, музыка, кости и карты, а если как следует разогреть контингент, можно и лёгкий разминочный махач организовать. Арпад уже был готов приступить к выполнению этого пункта плана, как вдруг в трактир ворвалась Соль и подбежала к их столику. Она выглядела настолько возбуждённой, что Арпад невольно прислушался, а потом и вовсе забыл о своих намерениях.

— Дракон! Это же уникальный шанс, они появляются раз в десять лет! Ну пожалуйста, я позже вернусь в Грэйсэнд, я всё ещё хочу стать охотником! Но я не могу упустить такую возможность!

— Тише, тише, без истерик, — заплетающимся языком сказал Пагрин. — Кто напугал нашу девочку драконом?

— Да никто не пугал, — сердито огрызнулась Сольвейг. — Я была на мельницах у мастера Югда. Там, на окраине, целый лагерь охотников с запада! Была жалоба из Норта, Мэгна и Аградчи — мамонтов дерёт! Мамонтов!

— Эй, ша, — осадил девчонку Арпад. — Если это правда, мы и сами не прочь прогуляться…

— А как же наше "Чудовище"? — напомнил Фирмин. — Потащим её с собой?

— Делать нечего, — отмахнулся Пагрин. — Давайте сначала выясним, сколько правды в этом потоке эмоций.

Правда в нём была. На востоке, всего в паре сотен миль от Диффоука, проснулся дракон. Жители предполагали, что он родился в потухшем кратере вулкана Вабага, но это ещё предстояло проверить. В любом случае идти на дракона было куда интереснее, чем сопровождать мелкую сумасшедшую на суд. Чтобы решить, как поступить в сложившейся ситуации, связали Чудо покрепче, заперли в комнате, а сами собрались в соседней.