Чудовище Цеплин (СИ) - Ронис Тай - Страница 60

— А-ах, — он не сдержал стон боли, когда она оказалась сверху и впилась зубами в кожу над ключицей.

Она была возбуждена сверх меры и действовала инстинктивно, так, как действовала всегда, но Арпада это не устраивало. Он едва ли мог шевелиться из-за боли в шее, но все же обвил руками талию Агаты и изо всех сил прижал к себе, чтобы она прекратила эту глупую самодеятельность с соблазнением. Он всё равно не сможет быть таким, как другие её миньоны. Наверное, она вспомнила, с кем имеет дело, потому что ерзать и лезть ему под одежду перестала. Арпад слышал, как она причмокивает, высасывая из раны кровь, чувствовал, как жизненная сила толчками покидает его тело. Ярость и отвращение были сильны, но ещё сильнее было его желание отблагодарить Агату за помощь и решить её проблему. Постепенно боль начала утихать. Это его девочка, его подруга, его сестра. И в том, что с ней двадцать лет назад произошла беда, есть и его вина тоже.

Он плыл над землёй на тёплой мохнатой спине мамонта, солнце слепило его и умиротворяло, звонкий смех Агаты заставлял глупо улыбаться. Разбойница Цветочной Долины — так она себя называла. Арпад спрыгнул в траву, ловко перекатившись. Агата научила его этому трюку, так что теперь он мог без опаски слезать с мамонта, даже если ездил на нем без седла и вспомогательных ступеней — надо было только убедиться, что земля внизу ровная. Почувствовав, что ноша исчезла, мамонт припустил трусцой, но Арпад не переживал — дорогу домой он найдёт, ведь там его возлюбленная мамонтиха.

Агата ждала его, как обычно, у озера. Она не лезла без него в воду, но не потому, что боялась, а потому что они почти всё делали вместе. От неё пахло дымом, дикими цветами, и, наверное, мамонтовой шерстью, но этого Арпад не чувствовал, потому что сам пах так же.

— Кто глубже? — предложила Агата и они одновременно прыгнули с каменного утеса в прохладную воду. На глубине она была теплее, а иногда и вовсе становилась горячей, но сегодня даже на большой глубине температура была комфортной. Арпад изо всех сил грёб руками и ногами, чтобы хоть раз доплыть глубже, чем его названная сестрёнка. Она плавала, как рыба, и вообще была просто чудом. Кажется, сегодня она решила поддаться, чтобы пощадить его самолюбие, но Арпад не останавливался. Он грёб все глубже и глубже, чтобы проверить, насколько горяча вода на дне.

Но, странное дело, она становилась всё холоднее. Солнце не пробивалось на такую глубину, и вокруг становилось темно. "Всё, хватит", — решил Арпад, но вдруг понял, что не может различить, где верх, а где низ. Он больше не мог задерживать дыхание, ему нужно было сделать вдох, но вокруг была только холодная тяжёлая вода, он выпустил несколько пузырьков. "Агата!" — хотел позвать Арпад, но его рот лишь беззвучно открылся и закрылся, выпустив воздух из лёгких. Ему стало страшно. И холодно. И темно.

— Пей, — он почувствовал, как кто-то приподнимает его голову и подносит к губам стакан. Он послушно сделал глоток и понял, что это просто тёплая вода. Как в гейзерном озере посреди Лучистых гор, только не такая кислая. — Пей ещё, так ты быстрее восстановишься.

Он послушно пил, хотя этот голос вызывал в нём болезненное смешение чувств: нежность и злость, радость и отвращение. Он уже мог дышать и постепенно согревался. Его тело оказалось окутано большим одеялом, и он вряд ли смог бы подняться, даже если бы захотел — во всем теле ощущалась ужасная слабость. За окном уже стемнело, он проспал всю вторую половину дня.

— Как там Нора? — спросил он.

— Понятия не имею, — с лёгкой неприязнью сказала Агата. — Истеричка она.

— Не суди её строго, — миролюбиво попросил Арпад. — Ей всё это намного сложнее, чем мне.

Агата тяжело вздохнула и снова налила в стакан тёплой воды.

— Я понимаю. Пей.

Арпад подчинился и ощупал пальцами шею — ранка уже покрылась толстым струпом и не болела. Совсем скоро он тоже восстановится.

— Закажешь мне ужин? — попросил он. — Я бы не хотел спускаться, пусть сюда принёсут.

Агата согласилась и покинула комнату, не спросив, что бы он хотел съесть. Его вкусы она знала, так же как и то, какие продукты будут ему особенно полезны сейчас.

— Ты сама-то как? — спросил он, когда Агата вернулась.

— Нормально, братишка, — невесело улыбнулась она. — Извини за этот… цирк, что я тут устроила. Со мной такого ещё не бывало.

Он никак не прокомментировал её слова. Выглядела она действительно лучше, а то, что ей нужно найти постоянного миньона они уже обсуждали.

— Так что там за свидетель? — спросил он, чтобы уйти от щекотливой темы.

— Миньон Месарош, один из тех, кто похитил Нору, — сказала Агата. — Как только я получила твоё письмо, я пришла на место нападения и легко их отследила. Их было четверо. Я не могла освободить Нору — физически миньоны намного сильнее меня, кроме того, я подслушала, что они собирались встретиться с каким-то гемофилом, который не позволил бы мне на них влиять… Я быстренько зацепила одного и увела в Вормрут, чтобы он мог дать свидетельства. Это помогло бы нам позже найти Нору, но она, как я поняла, и сама разобралась. Я увезла миньона по озеру, так что отследить и догнать нас не смогли.

Арпад не знал, что сказать. Агата очень рисковала — во-первых, привлекая внимание Месарош, во-вторых, беря человека под контроль без его ясно выраженного согласия. Конечно, раз она им не питалась, осудить её не могут, но она рисковала сорваться, как это произошло несколько часов назад.

— Ему есть что рассказать? — поинтересовался Арпад.

— О, да, он давно в клане, и может кое-что поведать о том, что происходило четыре года назад. Как и все люди, добровольно отдающие себя в пользование гемофилам, он весьма слаб и труслив, и мне было достаточно намекнуть, что я знаю, что они замышляли на твой счёт, чтобы он поклялся рассказать счетоводу всё, что вспомнит.

— Ты чудо, Агата, ты знаешь это?

— Знаю.

Принесли ужин на троих, хотя Арпад знал, что легко справится в одиночку. Он собирался пойти проверить, все ли в порядке у Норы, но сначала следовало убедиться, что он сам не упадёт в обморок, едва дойдя до двери. Агата налила ему ещё один стакан воды.

— Ты спрашивал про Фирмина, — вспомнила она через несколько минут. — Извини, что сразу не сказала. Когда я доставила свидетеля в Вормрут, я обнаружила у себя в квартире записку от твоего брата. Он сообщил, что не знает, куда тебе писать, и просил по возможности передать, что с ним всё в порядке. Они с Урд отправились на охоту в Деми-Деми, и он надеется, что тебе понравится то, что он поймает.

— Поймает? — озадаченно переспросил Арпад. Существует не так уж много тварей, которых есть смысл брать живыми, и ему трудно было представить, что же Фирмину показалось более важным, чем помощь брату.

Когда Арпад съел всё, что ему принёсли, и выпил ещё два стакана воды, он почувствовал, что, кажется, готов подняться и испытать свои силы. Чувствовал он себя неплохо, силы восстанавливались быстро, хотя несколько следующих дней ему лучше, пожалуй, не перенапрягаться. Он посетил сначала уборную и привёл себя в порядок, а потом постучал в комнату Норы. Ответа не последовало. Он постучал громче, но с тем же успехом.

— Эй, Нора, ты там в порядке? — громко спросил он.

Ответом была тишина. Арпад постоял немного в коридоре, решая, что делать. Может, она просто не в настроении и лучше оставить её до утра? А может, рана была более серьёзная, чем показалось Арпаду, и она лежит без сознания или даже… Нет, лучше проверить.

Арпад спустился в холл и подошел к стойке ключников. Молодая женщина приветливо улыбнулась ему.

— Мне нужен ключ от одиннадцатого номера, — сказал он. Женщина посмотрела на него с подозрением, но ключ дала без разговоров — ведь оплачивал жильё именно он.

Арпад поднялся на второй этаж и открыл дверь; в комнате Норы было темно и тихо. Он зажёг свет и огляделся. Комната была пуста.

— Нора? — на всякий случай позвал он и толкнул дверь в ванную комнату. Там тоже никого не было.