Чудеса и чудовища (СИ) - Ронис Тай - Страница 59

— И довольно-таки опасно, — добавила Нора. — Кто знает, не усыпляете ли вы мою бдительность…

— Зачем?

Правдоподобного ответа не было.

— Где Арпад? — спросила Нора.

— В Ункуде. Точнее, пока ещё в пути. Ему действительно нужно было ехать очень срочно. Информация от этого свидетеля может повлиять и на наше задание тоже, так что мы, скорее всего, приостановим деятельность, пока он не вернётся. Тем более что мы потеряли тебя, по меньшей мере, временно.

— Что за свидетель?

— Агата Фли, если тебе это о чём-то говорит.

Нора кивнула. Она была знакома с Агатой, хотя никогда не могла сказать, что рада знакомству. Это была подруга детства Арпада, которую во время кровавой десятилетки насильно обратили в гемофила. Долгие годы она перебивалась в Вормруте случайными миньонами, а теперь, когда начался новый кризис, решила испытать себя в шпионском деле.

Арпад очень за неё переживал — неудивительно, что он сорвался с места в ту же секунду, как узнал о её появлении. Очень правдоподобная история…

— Он поехал один? — спросила Нора.

— Нет. С ним Валод Кармиринк.

Нора снова кивнула. Может, её все-таки не обманывают.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал Аг. — Когда новая информация уляжется, смириться и справиться станет легче. Давай я развяжу тебе ноги.

Нора могла справиться и сама, но всё же было приятно, что он не забыл. «Усыпляет бдительность», — мелькнула мысль, и Нора отогнала её усилием воли.

— Отдыхай. Ужин скоро будет готов, я кого-нибудь пришлю.

— Спасибо. — Произнести это было непросто, но Нора понимала, что так будет правильно. Независимо от того, как она будет выкручиваться дальше, Аг явно пытался смягчить её переживания.

— Извини, — сказал он ещё более мягко и кивнул на её рану. — Не рассчитал с этим камнем. Я не хотел тебя ранить.

Нора мрачно махнула рукой. Она и сама не рассчитала.

Оставшись наедине с собой, она закрыла глаза и заставила себя дышать медленно и ритмично, чтобы успокоиться и упорядочить мысли. Этому простому методу её давным-давно научил дед Агат, но в детстве Норе нечасто приходилось прилагать такие усилия, чтобы совладать с собой, и потому она считала эти упражнения пустой тратой времени. Но позже, когда от способности принять правильное взвешенное решение зависела её жизнь, она вспомнила об этом способе, и он не раз выручал её в трудную минуту.

Но сейчас не помогал даже он. Норе удалось успокоиться в достаточной мере, чтобы осознать, что ей ничто не угрожает прямо в эту секунду, но она никак не могла разобраться в том, кому можно верить, и что теперь делать. Какой-то странный голосок внутри продолжал кричать, что вокруг одни враги и предатели, но умом Нора понимала, что в какой-нибудь другой вселенной, где она могла бы доверять другим охотникам, эта история про её собственные способности могла бы быть правдой. И, если вспомнить, у этой идеи было довольно много подтверждений. Во-первых, она действительно не только интерпретировала обычные сигналы от Хвостик, как, например, рычание, скулёж и метания, но и разделяла её чувства, что было не совсем нормально для человека и собаки. Во-вторых, вряд ли подмена состоялась прошлой ночью. Нора бы заметила разницу, абсолютно точно. Ну не могла она держать в руках череп одной собаки, а сигнал воспринимать от другой — которую держал поодаль гипотетический сообщник Честера. Скулила и рычала именно та, что была в её руках, и не важно, была это Хвостик или нет. Хотя и странно, что эта незнакомая собака проявляла повадки и привычки Хвостик… впрочем, это может объясняться тем, что Нора действительно всё выдумала и убедила сама себя в том, что это происходит. Ну, и в-третьих. Она перестала чувствовать гемофилов ровно в тот момент, как заметила подмену. Честер прав: она утратила веру — и способность чувствовать их сразу исчезла. Или изменилась — в тот момент, когда она неосознанно, но всё же начала принимать идею о том, что собака ни при чём. Похоже, в этом всё-таки есть некоторая доля истины.

Кто-то неторопливо приблизился.

— К тебе можно?

Нора открыла глаза. Это был целитель Рассо, и на его лице была такая странная смесь сочувствия и вины, что Норе самой стало немного стыдно. И всё же ей понадобилось несколько секунд, чтобы подавить вновь зародившуюся волну паники.

— Пожалуйста, не возражай, — сказал Рассо чуть более уверенно. — Если не наложить швы, останется шрам. Будете с Честером как близнецы.

Нора неожиданно для себя фыркнула.

— Вот уж не думаю, что он согласится на такую сестрёнку, — сказала она.

— Сестрёнок не выбирают, — философски заметил Рассо, осторожно поворачивая лицо Норы к свету. Его прикосновение было всё ещё не слишком приятным, но уже терпимым. Нора решила попробовать убедить себя, что он друг. — Садись поудобнее, это займёт некоторое время.

Нора сделала, как он велел, и постаралась расслабиться. Почему-то из всех охотников Рассо Палитта казался ей не просто самым безобидным, но самым надёжным. Не считая Арпада, конечно, но он где-то запропастился, и только Великие знают, правду ли сказал о нём Аг.

— Извините меня за грубость, — сказала Нора, пока Рассо влажной салфеткой стирал с её лица засохшую и свежую кровь. — Я должна была понять, что уж кто-кто, а вы вред причинять не намерены.

— Не волнуйся об этом, дорогая, — мягко сказал целитель, отбрасывая салфетки и осторожными движениями ощупывая её лицо. — Я здесь, пожалуй, единственный человек, которому ты можешь безбоязненно говорить всё, что вздумается. Голова болит?

— Немного.

Нора закрыла глаза, стараясь отвлечься от неприятных ощущений, но скоро Рассо отвлёк её.

— Кости, к счастью, целы. Следи за пальцем.

Было немного трудно напрягать зрение, но Нора справилась и с этим. Такие мелочи по сравнению с поездкой на лошади в позе мешка с сеном!

Рассо порылся в одной из своих сумок и подал Норе два красных листка.

— Пожуй.

Она узнала листья бошта — растения, сок которого содержит вещество с наркотическими свойствами. Ясное дело, целитель заботился о том, чтобы её не мучила боль, но паникёр внутри не умолкал ни на секунду: «Твою бдительность усыпляют!» «Ну да, конечно, — возразила ему Нора. — Чтобы убить меня во сне. Потому что пока я тут валяюсь без оружия и доспехов, убить меня категорически невозможно». Но всё же она чувствовала, что не стоит прибегать к этому средству.

— Я всё ещё не в себе, — сказала Нора. — Боюсь, эта штука лишит меня едва обретённого контроля и все начнётся сначала.

И сама рассмеялась этой странной мысли. Рассо поглядел на неё озадаченно, а потом покачал головой.

— Ты права, пожалуй. Ладно, если передумаешь — скажешь. Прижми голову к камню, чтобы не удариться в случае чего.

Нора сделала, как он велел, и почувствовала знакомый запах. Целитель налил в небольшую керамическую миску заранее приготовленный отвар цагцы и окунул в него несколько белых лоскутов. Нора вспомнила, как давным-давно Арпад обрабатывал таким раствором рану на её ноге. Тогда она пережила пару не самых приятных минут, и это воспоминание чуть не заставило её изменить решение насчёт обезболивающего. Может, с неё и правда хватит на сегодня? Но параноик сказал: «Потерпим», и с этим Нора спорить не стала. Она снова углубилась в дыхательную практику и заставила себя отстраниться от реальности и от боли.

Ощущение угрожающего чужого присутствия тоже ослабло.

Как будто издалека она почувствовала осторожное прикосновение Рассо, но всё же невольно вздрогнула от жгучей боли, проникшей не только под кожу, но и под череп, в самый мозг. У Норы против воли начали течь из глаз слёзы, хотя реветь она вовсе не собиралась. Но она не позволила себе погрузиться в рефлексию, а приложила больше усилий, чтобы не замечать боль, отстраниться от собственного тела. Этот фокус, на удивление, удался, и она даже не отвлекала целителя своими ругательствами. Он промывал рану тщательно и добросовестно, и Нора не возражала: мало того, что она сначала повалялась лицом на камнях, так ей потом ещё и мешок, в котором перед этим невесть что хранилось, надели.