Идеальные противоположности (ЛП) - Тесси Зоя - Страница 31

— О, хватит! — вздохнула я, — ради Бога, мы просто столкнулись друг с другом. Перестань устраивать сцену.

Алекс осмотрел еще раз парня сверху вниз, отпустил его и, взяв меня за руку, направился к выходу, потянув меня за собой. Мне практически пришлось бежать, чтобы успеть за ним, но, похоже, его это не волновало. Когда мы добрались до парковки, я выдернула свою руку и остановилась, просто уставившись на него.

— Ты можешь просто не набрасываться на людей без причины!

— Я немного раздражительный сегодня. — Он схватил меня за руку и подвел к мотоциклу, припаркованному поблизости.

— Да уж, разумеется, это достаточно веская причина, — я попыталась вырвать свою руку на свободу, но это не принесло никаких результатов, — Знаешь… есть места, куда ты можешь пойти, чтобы получить лечение. Куча психиатров специализируются на управлении гневом.

Я взяла шлем, который он сунул мне в руки, и сердито надела на голову, бурчала достаточно громко, чтобы он услышал.

К тому времени, как мы подъехали к нашему району, было уже почти темно. Когда мотоцикл остановился на светофоре возле моего дома, я спрыгнула, пихнула ему шлем и помчалась ко входу. Я шарила в сумочке в поисках ключей, когда две сильные руки схватили меня сзади.

— Я сказала тебе… — начала говорить я, но на этот раз я почувствовала грубую кожу напротив моей, когда холодная, жесткая рука поднялась, чтобы закрыть мне рот.

— Заткнись, — прошептал голос с сильным акцентом, когда кислый запах старого пота достиг моего носа, — Или обещаю, ты будешь жалеть об этом.

Почувствовав острое нажатие на горло, я инстинктивно начала сопротивляться, но мое тело отказывалось двигаться так, как я хотела. Мужчина, чье лицо я не могла видеть, крепко держал меня, и я только немного успела вывернуться, прежде чем мое зрение затуманилось, и все тело обмякло. Я смутно чувствовала, что мое тело затолкали на заднее сиденье машины - это было последнее, что я помнила, так как потом я окончательно отключилась.

***

Я очнулась, чувствуя онемение в руках и ногах. Вонь моторного масла застряла у меня в горле, и меня затошнило, на секунду показалось, что меня действительно вырвет, но этого не произошло. Здесь был так же и другой запах, словно само здание было полностью прогнившим.

Я попыталась шире открыть глаза, но они будто отяжелели. Это было хуже, чем любое похмелье, которое я когда-либо испытывала. Когда наконец заставила их открыться, все вокруг было расплывчатым, и то же самое происходило с моими мыслями, потому что было так, словно мое сознание разбили на части.

Дезориентированная, я наконец различила тусклый свет, льющийся откуда-то справа. Одна голая лампочка висела на проводе на одной стороне комнаты, немного покачиваясь и отбрасывая жуткие, танцующие тени на потрескавшуюся штукатурку на стенах. Рядом была старая машина, разные инструменты висели на ближайшей ко мне стене, так что я осознала, что это скорее всего был гараж. Я понятия не имела, как попала сюда.

Когда я поняла, что онемение, которое я чувствовала, было из-за веревки, связывающей мои руки и ноги, сильная волна паники захлестнула меня. Я попыталась закричать, но только лишь сдавленный хрип прошел через тряпку, закрывавшую мне рот. Поворачиваясь в каждом направлении, насколько мне позволяла веревка, я начала с силой выкручивать руки, надеясь каким-то образом освободить их.

Мое сознание, казалось, было где-то вне моего тела, наблюдая за происходящим, словно это было какое-то кино, и, возможно, я бы даже поверила, что это происходит не со мной, если бы боль не была столь реальной, пока я вертела запястьями и чувствовала, что порезы на руках становятся все глубже.

Вскоре раздался звук скрипнувшей двери, сопровождающийся яркими лучами света, которые осветили все комнату. Звук шагов донесся со стороны спинки моего стула, и я попыталась повернуться, но кто-то больно схватил меня за волосы, в результате чего сразу же проступили слезы.

— Не двигайся!

Он поднес грубые пальцы свободной руки к нижней части моей шеи, которая неожиданно стала влажной, когда меня прошиб холодный пот, и я отпрянула от его прикосновения.

Я начала яростно отбиваться, но прекратила, когда что-то холодное и металлическое вдавилось мне в щеку.

— Шшш…— прошептал он, наклонившись, так что его рот оказался в миллиметре от моего уха. И снова затхлый запах пота, а сейчас еще и какой-то еды заполнил мои ноздри.

— Я не хочу попортить твое милое личико… раньше времени, — прошипел он, проводя тупым краем ножа вверх по моему лицу.

— Нам приказали доставить тебя сюда в целости и сохранности, но, если ты не будешь слушаться, я буду вынужден наказать тебя, — я почувствовала холодную сталь ножа, более плотно прижавшуюся к моей коже.

— Я уверен, что Халил поймет.

Осязаемое чувство ужаса сковало все тело, и я совсем перестала дышать. В голове проносились мысли, а голос незнакомца казался таким далеким, так что, когда разноцветные блики начали плясать перед глазами, я поняла, что чуть не потеряла сознание.

— Просто будь хорошей девочкой и не шуми. Халил будет здесь через час. — С этими словами он вышел из комнаты, закрыв за собой металлическую дверь.

Изо всех сил я попыталась разъединить руки, предпринимая еще одну попытку игнорировать жгучую боль в запястьях.

Я хотела закричать со всей силы, но не от боли, а из-за злости, потому что в тот момент я проклинала свою жизнь и судьбу, по воле которой я оказалась в этом месте. Мысленно я видела Николая и разразилась ругательствами в его адрес, за тот образ жизни, который он ведет. Я видела Бетани и ненавидела ее за ту спокойную жизнь, которой она была одарена, за ее заботы, которые вращались вокруг сочетания одежды и глупых парней.

Потом был Алекс. Я была зла на него за то, что не уберег меня, а тем более на себя за то, что верила, что он сможет.

Он был прав. Я вела себя как идиотка, дурачилась, словно была неприкосновенной.

Я закрыла глаза и почувствовала, как слезы текут по моему лицу, и они падали, будто бессвязные воспоминания, хлынувшие в мой мозг. Некоторые счастливые, другие менее приятные, и даже те, которые я похоронила много лет назад, всплыли из глубины на поверхность моего сознания, и я предалась им в надежде, что они унесут мои мысли прочь от страшного места, в котором я очнулась.

Я не знала, сколько времени я так провела, но, когда я услышала шум со стороны двери, предположила, что решающий момент наступил, и почувствовала себя почти спокойно, наклонив голову и ожидая неизбежного.

Вот и все.

— Принцесса? — Едва слышный шепот достиг моих ушей.

Сначала, я подумала, что это галлюцинации, но, когда две большие руки мягко обхватили мое лицо и медленно подняли мою голову, я резко открыла глаза и несколько раз моргнула в недоумении. Не уверена, что потрясло меня больше: тот факт, что Алекс вообще находился тут, или испуганное выражение на его лице.

— Я думал, что опоздал, — выдохнул он.

Несколькими ловкими движениями он освободил мои руки от веревки и вынул тряпку из моего рта, бросив ее на пол. Я сплюнула на пол, пытаясь избавиться от горького привкуса, оставшегося у меня во рту. Алекс просто сжал зубы и смотрел на меня, время от времени поглядывая на дверь.

— Алекс…— прошептала я, часть меня все еще интересовалась, мог ли это быть просто сон.

— Я преподам тебе урок, когда мы вернемся домой! — Он наклонился, поцеловал меня в лоб и, взяв на руки, понес к двери.

Когда мы осторожно проходили через тусклый коридор, я крепче обхватила его за шею, уткнувшись головой ему в плечо. Низкие, приглушенные голоса и лай собак доносились из-за двери дальше по коридору. Алекс поспешил пройти мимо так тихо, как только мог, и мы были в нескольких шагах от выхода.

Мы оказались во дворе, заросшем сорняками и неопрятными кустарниками, неприятный запах витал вокруг, словно что-то умерло в высокой траве. Старый дом, из которого мы выбрались, снаружи выглядел заброшенным. Бросив взгляд в другую сторону, я увидела, что весь район состоял из аналогичных участков с отслоившейся краской и сломанными верандами. Одинокий фонарь отбрасывал тусклый оранжевый свет на это запустение. Было очевидно, что они привезли меня в одну из самых худших частей города. Догадываюсь, что даже копы не патрулируют эти улицы.