Путь (СИ) - Yagger Егор "Yagger" - Страница 583

По этому поводу, отдел агитации подрулил ко мне с просьбой написать несколько, как они сказали, «душеподъёмных» песен. Я отказывать не стала и засев в комнате, смогла вытащить с помощью медитации и слабеньких собственных способностей ещё несколько, довольно патриотичных песен из своей памяти. Так что сейчас довольно часто по музыкальным каналам передавали эти композиции, и мы могли с удовольствием слушать их в исполнении Тамэ.

В самый разгар веселья у Ли пискнул инструметрон, подруга отошла чуть в сторону и стала с кем-то разговаривать. Из её эмоций, чётко виделось, что позвонил знакомый, которого моя половинка была очень рада видеть. Подошла к ней и на небольшом экране увидела лицо академика Янкуловского. Тот увидел в свою очередь меня, поздравил в самых изысканных выражениях, пожелав кучу всего и вся. Но, была тут и ложка дёгтя.

— Лиара, — сказал он в итоге, — моя дорогая, Лиара. Я очень хочу видеть вас на Марсе. Наша работа, совместно с паном Платоном и пани Сьюзан, принесла кое-какие плоды, но… Но вы нужны мне здесь, как моя лучшая ученица и один из самых талантливых археологов в пространстве Цитадели. Вы же понимаете, всю важность этой работы для всех нас. Я понимаю, что до войны остались считанные месяцы, и вы бы хотели провести их рядом с любимыми, но…

— Вы правы, учитель. На нас есть долг, который мы обязаны исполнить, я вылетаю в ближайшее время, тем более что «Нормандия» сейчас на Мендуаре и мы сможем вылететь даже завтра. — Ответила Ли.

Меня одолела тоска, хотя и важность того что ищут в архиве я понимала прекрасно.

— Именно поэтому, пани Сьюзан и предложила слетать на день рождения своего командира. Сделать по её примеру несколько дел сразу. — Ответил нам академик. — И простите меня, пани Джейни, но…

— Я всё понимаю, дорогой мой профессор. Надо так надо и долг есть долг. — Говорю я.

Мужчина вздохнул, грустно посмотрел на меня и отключился.

Друзья заметили наши погрустневшие лица и быстро выяснили причины грусти. Попробовали поднять настроение но, вечер затих сам собой. Гости тихонько разлетелись по домам, Джефф и Сью начали было извиняться, но мы их остановили. Сказав, что извиняться не за что, наоборот они молодцы, что не сказали до праздника, не испортив его.

Когда всё прибрали и окончательно разошлись по домам, была уже глубокая ночь. Предложила Ли сходить на озеро и искупаться в нём ночью. Почему-то мы так ни разу не сделали за всё время, что живём здесь.

На озере.

Гладкая словно зеркало вода, ни ветерка, ни звука вокруг, тишина и покой. Стоим по колено в воде, держась за руки и, смотрим в небо. На теле нет одежды и купальников, голую кожу ласкает поднимающийся от воды тёплый воздух, пропитанный чуть слышимым запахом серы и вулканических газов. Делаю шаг в глубину и увлекаю за собой Ли, которая послушно следует за мною. И там, в тёплой, мягкой воде, плаваем, то прижимаясь, то отдаляясь друг от друга. Наши сознания слиты в водовороте «объятий вечности», нам не нужно слов, чтобы выразить всё, что мы думаем и чувствуем. Лишь искры мыслей…

— В этот раз, ты улетаешь, а я остаюсь…

— В этот раз, да…

— Но, мы встретимся и скоро…

— Скоро, но ожидание будет трудным.

— Нам его помогут скрасить, тебе друзья археологи, мне наши родичи и дети.

— Я буду скучать…

— Я тоже…

Время застыло, как и наши тела в глубине, мы зависли в тишине и невесомости, прижавшись, друг к другу.

— Ты чувствуешь угрозу?

— Пока нет, но это не значит, что её нет.

— Будь осторожней…

— Ты тоже, поговори с дядей и профессором, необходимо усилить меры безопасности в архиве. Заодно увеличить численность охраны.

— Так и сделаю. Главное ты сама не наделай глупостей, Карл заберёт тебя в июле, как и всю нашу команду, кого ещё не загребли жадные ручонки кадровиков ВКС.

— Карлито перерос старпома, пора бы ему встать у штурвала своего собственного корабля.

— Он не пойдёт через твою голову и ни за что не покинет вашу группу. Карл слишком любит тебя как друга и командира.

— Он любит не только меня…

— Кто бы мог подумать, что Миранда сможет захватить в плен сердце нашего ловеласа.

— Её есть за что любить, у Принцессы много достоинств. И самое главное, она умеет любить сама, отчаянно, беззаветно.

— Это да, холодное сердце оказалось на самом деле таким же горячим, как и у всех.

— Пусть так, Мири рядом с Джеком и держит руку на пульсе. Там ещё и Кай Ленг нарисовался, Цербер поставил парня на ноги и тот решил отработать долг.

— Ты не ждёшь от него проблем?

— Вот это вряд ли, не то у парня воспитание. Хотя, его чувства ко мне для меня никогда не были секретом.

— Ещё один влюблённый мужчина в твоей жизни?

— Это да…

— Что будешь делать?

— Ничего, в таком случае лучше ничего не делать, дабы не провоцировать человека.

— Как с Беном?

— Да.

Всплываем на поверхность, вдыхая прохладный после жарких объятий озера воздух, и смотрим в усыпанное звёздами небо с ярко горящей на нём жёлтой луной и тоненьким серпиком голубой. Подплываем к берегу и, не отпуская руки друг друга выходим на берег.

— Значит завтра… — Тихо говорю я.

— Да, завтра. — Отвечает Ли.

— Тогда идём домой, сегодня я не дам тебе спать и не буду спать сама. Отоспимся позже, время будет, и у тебя и у меня, полёт к Марсу не близок и даже «Нормандии» для этого нужно больше двух суток. — Говорю я, и прижимаю к себе азари, которая обхватив меня за шею, приникает к губам, стоим и целуемся, пока не начинает шуметь в ушах. После возвращаемся домой и…

Утром.

Яркая зелень весенних трав, окружившая мой корабль, опущенный пандус на котором стоит Карл и смотрит на нас с Лиарой, Бенезией и детьми. На Ли салатовый уник учёного, в руках небольшой чемоданчик с личными вещами. Азари не взяла много, только самое необходимое остальное, если что докупит на месте. На Марсе есть поселения, да и в самом архиве довольно богатый магазин всего и вся.

Дети обнимают и целуют её, у девчонок глаза на мокром месте и распухшие носы. Даже Сини вся изревелась, настолько младшая привыкла как ко мне, так и к Лиаре. Откровенно считая нас обеих своими матерями, и пусть, что ни я, ни азари не турианки, девочку это совершенно не волнует. Мы её любимые мамочки и всё.

Бенезия пока держится, но я чувствую, что вечером, мне придётся её утешать по полной. Не сможет она сдержаться, материнское сердце чувствует долгую разлуку и старшая азари еле-еле сдерживается, чтобы не последовать за внучками.

Мне же плохо и тоскливо, но я стараюсь не подавать виду, хотя большая часть молодёжи читает мои эмоции на мах, хоть скрывай, хоть не скрывай. Что Лилианн, что Аннаи, да даже Ирина, чувствуют меня куда сильнее, чем я их.

Ли тискает детей, шепчет ласковые слова, целует льнущих к ней мальков. Хотя какие они уже мальки, Мишка на полторы головы выше, что меня, что Лиары. Девчонки все уже девушки, и тоже выше нас с моей половинкой. Мелковаты мы с нею, что тут скажешь.

Последней, после того как с Ли попрощалась мать, подхожу я, целую её молча, поскольку все слова сказаны вчера и сегодня ночью. Поправляю лацкан уника, азари поворачивается и получает от меня мягкий шлепок по попе. Фыркает и, чуть звякая подковками ботинок по рифлёному полу слипа, топает к Карлу. Тот поднимает руку в прощании, и, тихо гудя, гидравлика начинает поднимать аппарель. Мы выходим из-под днища, отходим чуть в сторону и смотрим, как загудев ядром, под свист и сполохи маневровых двигателей мой кораблик идёт вертикально вверх. Полыхнули голубым маршевые двигатели, и «Норма» стремительно исчезла в вышине. Лишь чуть видимый на высоте счетверённый инверсионный след, показал нам её путь.

Подошёл Найлус, положил руку на плечо и тихо сказал: — Идём домой, Женя. Тебе нужно обед готовить, а ребятам пора на занятия. Так ведь? — Спросил он детей, повернувшись к ним.