Dragon Age. Империя масок - Уикс Патрик - Страница 19

– Ты уверен, что не шутишь? – Бриала оглянулась на него.

– Да’лен, – Фелассан выразительно закатил глаза, – разве станут посылать целый отряд, чтобы унести труп?

– Понятно. – Бриала выпрямилась. Простое платье служанки не стесняло движений, однако сражаться в нем она не планировала. – В следующий раз нужно будет оставить в тайниках еще и доспехи.

– Во всех тайниках? А если ты раздобреешь? Каково будет заменить столько брони?

Бриала сделала глубокий вдох:

– Поохотимся?

– Приступим.

Не замедляя шага, Фелассан выудил из складок плаща неприметную палочку. Вдруг она стала расти, извиваясь, как живая, и превратилась в магический посох; вкруг навершия забурлил изумрудный свет. Бок о бок эльфы вбежали в здание склада.

Даже по здешним меркам он был убог. Груды старых ящиков гнили на земляном полу, составленные такими высокими штабелями, что склад превращался в лабиринт – хотя содержимое их давным-давно испортилось и было благополучно предано забвению. Пятна засохшей крови на полу и следы рубки на боках ящиков сказали Бриале, что склад служил местом встреч контрабандистов и могильником убийц; стылый воздух был насквозь пропитан вонью немытых тел и дешевой дури.

Из недр склада донеслись лязг оружия и крики боли. Бриала глянула на лабиринт, образованный штабелями ящиков, и принялась карабкаться вверх по импровизированной стене. Прогнившая древесина крошилась в пальцах, весь штабель опасно шатался под ее весом, но вскоре она забралась достаточно высоко, чтобы разглядеть оттуда все помещение склада.

– Знаю, ты жаждешь вернуться к своим корням, – бросил ей Фелассан, углубляясь в лабиринт, – но только эльфы по деревьям не лазают. Ты опять перепутала нас с белками.

– Осел!

Глянув вниз, Бриала увидела, что сэр Мишель, без доспехов, стоит над телом барда Мельсендре с кинжалом в одной руке и длинным мечом, отобранным у кого-то, – в другой. Один солдат был убит, но сэр Мишель не в состоянии был перекрыть вход в закуток, где его держали, и оказался в окружении. По меньшей мере шесть солдат еще держались на ногах, а Мишель был ранен в бок.

– Налево, потом направо!

Следуя ее указаниям, Фелассан пробирался через лабиринт к сэру Мишелю, а Бриала подняла лук, выбрала жертву, прицелилась, выдохнула и пустила первую стрелу.

Стрелять из лука всегда было приятно. Трудно сказать, был ли то всплеск ярости, неподдельной или надуманной, либо же восторг оттого, что она от природы хороша в том, что кажется сложным даже Селине.

На краткий миг Бриала почти устремилась вслед за стрелой – та без труда прорезала вязкий воздух и легко вошла в горло солдата слева от сэра Мишеля.

Она уже целилась вновь, когда солдат упал замертво и на лице Мишеля отразилось потрясение. Впрочем, как ни удивила его нежданная помощь ниоткуда, он все же оставался лучшим из живущих бойцов-шевалье. Не колеблясь ни секунды, он шагнул на место упавшего солдата, и теперь его спину прикрывал штабель ящиков.

Пока Мишель отражал пару высоких выпадов, Бриала зорко оглядела его противников. Один повернулся, пытаясь высмотреть ее. Бриала спустила тетиву, и стрела, прицельно войдя между сочленений брони, пробила ему легкое.

Оставшиеся солдаты обернулись и наконец увидели ее. Эльфийка одарила ухмылкой самого рослого из них, поднимая лук для нового выстрела. Здоровяк отшатнулся в поисках укрытия, и тогда сэр Мишель нанес ему удар в колено, а потом вонзил кинжал в горло.

– Как, подонки, вы смеете повернуться спиной к орлесианскому шевалье? – взревел он, пинком швырнув убитого на пол. Солдаты невольно попятились. – Деритесь лицом к лицу и умрите с честью, хоть вы этого и не достойны!

– Или вовсе без чести, – сказал Фелассан, появляясь из-за угла.

Он вскинул посох – и к уцелевшим солдатам метнулось, змеясь, щупальце голубого света.

Воздух зашипел, затем треснул морозным взрывом – и солдат мгновенно сковало панцирем сверкающего льда. Один так и застыл с разинутым в крике ртом.

Фелассан указал посохом на стену ящиков, и прогнившую древесину пробил насквозь заряд зеленого огня. Весь огромный штабель содрогнулся, заколыхался – и рухнул всей тяжестью прямо на закованных в лед солдат. Звук был такой, словно изо всей силы ударили молотом по полке, заставленной фарфором.

– Я могла бы их просто перестрелять, – заметила Бриала.

Куски красной промороженной плоти катились и подпрыгивали вокруг внушительной груды обломков.

– Да, возможно, – согласился Фелассан, сноровисто вращая посохом.

Мишель, тяжело дыша, смятенно поднял взгляд на Бриалу:

– Похоже, я у вас обоих в долгу.

– Это можно будет обсудить, когда ты благополучно вернешься во дворец, – сказала Бриала, осторожно спускаясь со штабеля ящиков.

Юбку она уже порвала, но с этим ничего не поделаешь.

– Мисс Бриа? – Узнав ее голос, Мишель ошеломленно моргнул. – Горничная ее величества?

– Что? Да нет же. Это было бы безумием. – Фелассан взмахнул рукой; посох его задрожал и стал уменьшаться, пока не превратился снова в самую обычную палочку.

– Сэр Мишель, – окликнула Бриала, – нам нужно вывести тебя отсюда. Ты можешь идти?

– Конечно.

Мишель повернулся к одному из мертвецов, валявшихся на полу, и выдернул из его глазницы маленький кинжал. Затем он перешел к трупу Мельсендре. Быстро, с явной сноровкой Мишель обшарил карманы женщины-барда и выпрямился:

– Уходим.

Втроем они двинулись к выходу из склада. Фелассан и Мишель – долийский маг и орлесианский шевалье – испытующе разглядывали друг друга. Бриала старательно отводила взгляд.

– Почему тебя схватили? – спросила она, когда все трое вышли на улицу.

Если кто из местных и слышал звуки потасовки, доносившиеся из здания склада, он явно предпочел не поднимать шума. Эльфы, расположившиеся на площади вкруг венадаля, занимались своими торговыми делами и не удостоили Бриалу и ее спутников ни единым взглядом.

– Мельсендре сказала, что Гаспар попросил ее сделать так, чтобы я сегодня не смог сопровождать императрицу, и… – Мишель оглянулся на склад, – к сожалению, она преуспела.

– Как? – Бриала двинулась на Мишеля так решительно, что он невольно отступил на шаг. – Как она заманила тебя сюда?

– Это дело чести…

– Заткнись! – Мишель вздрогнул от неожиданности, и Бриала вперила в него жесткий взгляд. – Тебя одурманили не во дворце, а в таверне. Ты не пренебрег бы своими обязанностями из-за пустяка, так что Мельсендре либо угрожала тебе, либо придумала, чем выманить тебя из дворца. На теле у нее ты ничего не нашел, – стало быть, она ничего у тебя не украла. Поддельная записка от друга? Или родственника? – Мишель дрогнул, хотя сам, наверное, даже не заметил бы, как едва уловимо дернулся уголок его глаза. – Только вряд ли друг защитника императрицы стал бы посещать трущобную таверну… а все твои родственники давно уже умерли.

И опять у него дернулся уголок глаза. Родственники – вот он, ключ к разгадке!

– Не твое это дело, остроухая! – отрезал Мишель, крепко стиснув украденный кинжал, однако не спеша пустить его в ход. – Если бы наша госпожа захотела что-то узнать, она не стала бы посылать с расспросами горничную.

– Разумеется, нет, глупец. Она послала бы свою шпионку. – Бриала оглянулась на Фелассана. – Остроухую.

Фелассан подавил зевок:

– Я обиделся, а ты?

– Нисколько. Видишь ли, он ни разу прежде не называл меня так – ни когда раздавал приказы слугам, ни даже в спешке. – Бриала улыбнулась. – А значит, он что-то скрывает и пытается сбить меня со следа. Что же это, Мишель? Позорное пятно в истории вашего рода? Нет. Срочные новости не увели бы тебя из дворца… А! – Она кивнула, вполне довольная собой, и Мишель, видя ее довольство, побледнел. – Поддельное дворянство, фальшивый титул. Должно быть, граф Бревин разглядел в тебе нечто из ряда вон выходящее.

– И это явно не умение скрывать свои чувства, – заметил Фелассан.

– Привыкнув носить маску, забываешь следить за тем, чтобы лицо тебя не выдало.