Пауза (ЛП) - Фредрикс Мики - Страница 31

— Брось, наверно, мальчишки в школе тебе проходу не давали.

Кэлли печально хохотнула.

— У нас с тобой разные воспоминания о школьных временах.

— Ладно... То есть хочешь сказать, тебе никто никогда не делал комплиментов?

— Все не так просто.

— Вообще-то просто. Я ясно вижу, что ты красивая и поразительно сексуальная женщина. Я так и говорю. Куда уж проще?

— Иногда ты ведешь себя как козел.

Трей напрягся и глядел растерянно.

— И почему же я козел?

— А почему бы и нет? Ты до сих пор ко всему относишься предвзято. Это нормально для тех, кто живет иначе, и чей жизненный опыт отличается от твоего. Но у людей не всегда есть выбор. Иногда приходится смиряться с тем, что тебе подкидывает судьба.

— Ого, разговор принимает странный поворот.

— Знаю, я... Я не... — Кэлли повернулась к нему спиной.

— Что? Что ты? Скажи.

— Я не знаю, как реагировать на комплименты, ясно? Самое приятное, что мне говорили, — это «привет, Кэлли, сегодня анализы отличные, видимо, ты принимаешь лекарства по расписанию». Мало кто делал мне комплименты. Мать и отец, само собой, и сестра, когда мы повзрослели, но из-за некоторых моментов их всегда было тяжело воспринимать, понимаешь?

— Нет, не понимаю, — отозвался он, взял ее за руки и повел к дивану.

— Например, мама входила ко мне в комнату и говорила: «Кэлли, сегодня у тебя хороший цвет лица. Ты такая миленькая». Знаешь, что слышала я? «Эй, Кэлли, сегодня ты вряд ли умрешь».

— Господи, Кэл.

Он потянулся к ней, но она отшатнулась.

— Без понятия, как с этим справляться.

— С чем, малышка?

— С тобой, с твоей семьей, с твоими друзьями, с которыми ты знаком с самого детства. Не понимаю, кто я для них. — Она замолчала и отвела глаза. — Или для тебя.

За подбородок он развернул Кэлли к себе лицом.

— Кэлли, ты чокнутая. Ты не обязана никем становиться.

— Неправда. Ты просто не осознаешь.

— А давай забьем на танцы, если для тебя это чересчур?

Кэлли покачала головой.

— Послушай. Мы забьем на танцы, пойдем к маме домой и поедим чего-нибудь вкусного. В холодильнике наверняка что-нибудь найдется. А потом поедем на фейерверк.

— Но твои друзья... Они так рады твоему возвращению.

— Поверь, друзья поймут. Они давно со мной знакомы. Бросить друзей ради симпатичной женщины — это поступок в стиле Трея.

Глава 19

На выезде из городка Трей свернул с гравийной дорожки, и Кэлли бросила на него подозрительный взгляд.

— Фейерверк начнется через двадцать минут. Может, нам лучше вернуться в город и подыскать места?

— У нас уже и так места в первом ряду. — Въезжая на полевую дорогу, он подмигнул.

— Куда ты меня везешь?

— Держи. — Улыбаясь, Трей протянул ей платок.

— И что, по-твоему, мне с этим делать?

— Завяжи глаза.

— Это шутка?

— Доверься мне хоть раз. Пожалуйста. — Трей похлопал ресницами.

— Ладно. Но только если ты больше никогда так не поступишь, — взмолилась она.

Он завязал ей глаза. Грузовик несколько раз подпрыгнул так, что Кэлли пришлось вцепиться в ручку, но, к счастью, машина быстро остановилась.

— А теперь постарайся выполнить просьбу: не шевелись, пока я за тобой не приду.

— Ты меня бросаешь? — Где-то внутри начала нарастать тревога.

— Я вернусь. Меня не будет всего минуту... Пожалуйста, не подглядывай.

— Ладно, — улыбнувшись, согласилась она.

— Черт, ты великолепна, — погладив ее по щеке кончиками пальцев, прошептал Трей.

Она подалась навстречу прикосновению, внезапно появилось желание получить от Трея гораздо больше.

Сидела Кэлли молча и держалась настороже, слышала шелест травы и каждый сделанный Треем шаг. Обнаженными ногами она соприкасалась с сиденьем, отчего возникало беспокойство.

— Готова? — распахнув дверцу, спросил он.

Она улыбнулась и кивнула, а он, обняв за плечи, помог ей выбраться из грузовика и пройти несколько шагов. Низкая трава щекотала лодыжки, и Кэлли хохотнула.

— Что ты задумал?

Встав сзади, Трей развязал ткань и поцеловал ее в ухо, в то время как Кэлли прижималась к его крепкой груди.

По телу пробежала дрожь, она ахнула и прикрыла рот рукой. Солнце опускалось за рощицу, окружавшую частную территорию, деревца отбрасывали тени Трею на лицо. В центре выложенного из камней круга потрескивал костер. Откуда-то доносилась тихая музыка.

— Ну что, Чокнутая, тебе нравится?

Она шагнула к костру.

— Ты сделал это... для меня?

Застенчиво улыбнувшись, он опустил глаза.

— Хотел, чтоб этот день тебе запомнился.

— О боже, Трей, спасибо.

— Пожалуйста.

Она взяла его за руки.

— Нет, серьезно. Для меня никогда не делали ничего подобного.

Рисуя кружки на тыльной стороне ладоней, Трей прошептал:

— Счастлив стать первым.

Он опустил руку Кэлли на поясницу и повел к подушкам и покрывалам, на которые она присела и взяла у Трея пиво.

— Лорен сказала, что сегодня увидела прежнего Трея.

— Это плохо? — спросил он и, улегшись на бок к ней лицом, подпер голову рукой.

Кэлли покрутила бутылку.

— Нет, просто... Это значительная перемена. Расскажи, что случилось.

— Чем ты болела? — выпалил он.

— Прости, что? — будто не уловив сути вопроса, переспросила Кэлли.

— Хочу знать, чем ты болела.

Тени от костра танцевали у него на лице. Чудесными глазами Трей молил о честности. И в тот самый момент Кэлли решила, что не станет больше сопротивляться. Вселенная давала ей шанс испытать нечто новое, и она отдаст Трею все, что только сможет.

— У меня был врожденный порок сердца.

— Похоже, это серьезно. Ты чуть не умерла?

— Да.

— Сколько раз?

— Что?

— Сколько раз, Кэлли? Не хочу показаться бесчувственным, но мне нужно знать. Сколько раз?

— Один. Прямо перед... — Она опустила взгляд на цветастое покрывало. — Прямо перед операцией.

Трей поднес ее руку к губам и поцеловал костяшки.

— Твоя жизнь осталась прежней? Ты тогда и ты сейчас — это один и тот же человек?

— Нет. Тот день все изменил.

— А я умер в день убийства Джейми и полностью ушел в себя.

Кэлли забрала у него пиво и, поставив бутылки на холодильник, пододвинулась ближе. Он провел пальцем от колена до бедра, отчего по коже побежали мурашки.

— Я уже не тот человек, — продолжил Трей. — И никогда им не стану. Как и для тебя, для меня все изменилось.

Она пробежалась пальцами по его руке, которой он обхватывал ее колено.

— Перемены — это нормально. Вот если б ты сказал, что смерть брата тебя не изменила, тогда я бы начала беспокоиться.

— Понятия не имею, как снова стать тем человеком, которым я был раньше. Я запутался.

— Тебе страшно начинать все сначала. Но болезнь меня научила, что боязнь — это вполне естественная реакция.

— А чего ты боишься?

Подложив подушку под голову, Кэлли улеглась, а Трей придвинулся ближе.

— Никогда не ощутить ничего похожего. — Она погладила Трея по лицу.

— Из-за тебя мне захотелось вновь начать чувствовать. Но я не мог, разучился. Я так долго замыкался в себе, отгораживался от всего и от всех, что забыл каково это — просто дышать.

— Думаю, в первую очередь помогло возвращение на ферму. Ты увидел, что мама опять возится в саду, побыл рядом с Лорен и Алекс, отсюда и желание...

Обхватив затылок, Трей привлек к себе Кэлли так, что они оказались нос к носу.

— Поцелуй с тобой все это переплюнул.

Кэлли тихонько всхлипнула, когда он коснулся ее губами. Поначалу нежно, отчего высвобождались все частички ее закостенелой и замкнутой души. Сердце переполнилось эмоциями, забилось энергичнее. А поцелуй становился все более страстным. Она приоткрыла губы, они соприкоснулись языками, и Кэлли застонала Трею в рот. В тот же миг он переместил ее именно туда, где она хотела находиться. Его прикосновения пробудили потребность подчиниться.