Американский Шерлок Холмс (ЛП) - Картер Ник - Страница 275

Разбудил меня скрип снега под чьими-то ногами. Схватив винтовку, я выскользнул из круга света в темноту и затаился, держа палец на спусковом крючке. По тропинке, освещаемой неверным светом луны, ко мне приближалась фигура в толстой парке и меховой шапке.

— Стой! Не двигайся! — крикнул я, когда фигура подошла к костру.

Человек замер на месте. Я подошел к нем поближе и увидел, что он совсем маленького роста, едва ли мне по плечо.

— Что тебе нужно? — строго спроси я. — Ты просто идешь мимо?

— Я пришла, чтобы отвести тебя к своему отцу, — ответил нежный женский голос по-английски.

— Девушка? — опустил я от изумлении винтовку.

Незнакомка шагнула вперед, и я смог оглядеть ее совсем юное лицо с карими глазами и симпатичным носиком.

— Не удивляйся, — сказала она, присаживаясь на корточках у огня. — Женщины шерпов умеют лазить по горам не хуже мужчин. И хотя я не принадлежу к этому народу, я выросла в этих горах.

— Здесь удивляешься на каждом шагу, — пускаясь на снег рядом с ней, сказал я. — Сегодня ночью, например, мне уже преподали один сюрприз… — Я рассказал ей о том, что со мной случилось.

— Отец расстроится, когда узнает об этом, — сказала девушка. — Извини, что задержалась в пути. Мы предвидели, что нечто подобное может произойти, но изменить ничего не могли. Лишь три дня тому назад мы узнали, что один из слуг отца, являвшийся связным господина Энгслея, член секты почитателей змей. Поэтому отец и послал меня к тебе навстречу, мне он полностью доверяет.

Она протянула ладони к огню, согревая их, и я подбросил в костер еще веток.

— Меня зовут Кхален, — представилась девушка. — Я единственная дочь патриарха теперь, после смерти мамы, полноправная хозяйка в его доме.

— Ник Картер, — представился я. — Где ты так хорошо выучила английский?

— В Англии, — улыбнулась Кхален. — Я училась там и вернулась домой совсем недавно, когда отец овдовел. Мы очень надеемся на твою помощь, Ник! Отец в отчаянии: ведь Гхотак близок к победе!

— Я постараюсь сделать все возможное, — сказал я. — Пока счет в этой смертельной игре один — ноль в мою пользу, но этот убийца, подосланный Гхотаком, потрепал мне нервы.

Кхален обнажила в улыбке ровные белы зубы и подсела поближе ко мне.

— Мне кажется, ты сможешь помочь нам, Ник, — сказала она, и я пожалел, что сейчас зима и на девушке целая гора одежды. — Нам нужно переночевать у костра и набраться сил для перехода.

Уложив меня рядом с собой, она повернулась ко мне спиной и тотчас же уснула. Обняв винтовку, вскоре уснул и я, ощущая исходящее от девушки тепло.

На рассвете Кхален разбудила меня:

— Пора отправляться в путь. Он будет долгим и трудным.

Мы забросали костер снегом и вошли ущелье. Я едва поспевал за Кхален, любуясь ее легкими и грациозными движениями. Он без видимых усилий преодолевала крутые подъемы и хладнокровно проходила по кромке уступов над пропастью. Вечером, достигнув долины, поросшей буйной зеленой растительностью, мы развели костер и подкрепились сушеным мясом. Поужинав, мы почувствовали страшную усталость и моментально уснули.

На другое утро мы продолжили свой путь и на закате дня уже пробирались по тихим улочкам Катманду. Подведя меня к большому дому с крышей, как у пагоды, покоящемуся на деревянных колоннах, Кхален отперла дверь и что-то крикнула на непонятном мне языке. Из комнаты тотчас же вышел пожилой человек, знакомый мне по кадрам, которые демонстрировал Хоук в Вашингтоне. Это был патриарх Лиунгхи.

Кхален быстро и взволнованно рассказала ему о происшествии с лжепроводником. Старец помрачнел и, окинув меня внимательным взглядом, сказал по-английски:

— Я очень сожалею, что вам пришлось толкнуться со смертью, едва вы ступили на нашу землю. Вы производите солидное впечатление, господин Картер, а в нашей стране, где люди весьма восприимчивы, это может сыграть решающую роль. Присаживайтесь, нам нужно о многом поговорить.

Я проследовал за Лиунгхи в комнату, обшитую темным деревом, и уселся на низкую скамеечку напротив каменного очага. Старец достал из ниши медную посуду и разлил по кружкам душистый чай. Толстый ковер, устилающий пол, придавал помещению особый уют.

— Завтра ночью в храме Гхотака состоится собрание его секты, — сказал Лиунгхи. — Полагаю, вы будете удивлены своеобразным обрядом, молодой человек.

— Меня трудно чем-либо удивить, — сказал я.

— Гхотак намеренно возбуждает этим обрядом в людях сильнейшие эротические чувства, доводя их до экстаза, после которого они ощущают сильный упадок сил и полнейшее равнодушие ко всему, — продолжал старец. — В момент всеобщего расслабления жрецы Гхотака предложат членам секты подписать петицию к королю, и все поставят свои подписи, не задумываясь о последствиях.

— У вас есть план, как этому помешать? — спросил я.

— Да, и единственный возможный при сложившихся обстоятельствах, — кивнул старец. — Я представлю вас собравшимся как своего друга, который принес нам из далекой страны весть от Каркотека. Легенда гласит, что его дух витает над всей землей.

— А я сообщу людям, что Каркотек и выражал одобрения позиции, занятой Гхотаком в вопросе о переселенцах, — догадался я. — Верно?

— Именно так, — кивнул старец. — Гхотак начнет спорить и угрожать, так что будьте готовы ко всему, молодой человек. Он намерен драться не на жизнь, а не смерть. Наша задача — сорвать сбор подписей под петицией во время ритуала в храме.

— Все ясно, — сказал я. — А вы полагаете, что эти фанатики прислушаются к моим словам? Ведь я же чужеземец!

— Люди прислушаются к вашим словам по нескольким причинам, — успокоил меня старец. — Во-первых, я скажу им, что вы мой друг, а меня они почитают. Во-вторых, на них произведет большое впечатление уже то, что вы проделали столь долгий и трудный путь, чтобы донести до них весть от их божества.

Я улыбнулся: этот многоопытный старец хорошо знал сердца своих соотечественников.

— Ваша комната наверху, — встал со скамейки хозяин дома. — Там есть даже ванна, я привык к ней, когда служил в британской армии. Пожалуй, только в королевском дворце еще имеется ванна, в других домах подобного удобства нет.

— Кстати, о дворце короля, — сказал я. — Как там поживает его величество? Какую позицию он занимает в этой интриге?

— Король здоров и молится за наш успех, — ответил Лиунгхи. — Однако традиция вынуждает его оставаться в тени. Если нам с вами не удастся остановить Гхотака король вынужден будет уступить его требованиям. Спокойной ночи, юноша.

Я поклонился ему в ответ и поднялся в отведенную мне комнату с широкой кроватью, покрытой одеялом из козьего пуха. В небольшой соседней комнатке находилась ванна, рядом с которой стояла полочка для полотенца и туалетных принадлежностей. Я с наслаждением вымылся в горячей воде насухо обтерся полотенцем и залез под одеяло, чувствуя, как расслабляются уставшие мышцы.

Внезапно раздался стук в дверь, и в спальню впорхнула Кхален, одетая в прозрачный голубой халатик. Распущенные черные волосы мягко струились по ее хрупким плечам. Она с улыбкой присела на край кровати, дразня меня маленькими упругими сосками своей груди, торчащими, как рожки козленка.

— Повернись лицом вниз, — с улыбкой сказала она, кладя руки мне на плечи. — Я сделаю тебе массаж.

— У вас так принято? — спросил я, повинуясь.

— Гостям, проделавшим столь долгий и опасный путь, мы оказываем особое внимание, — сказала она.

Я замолчал, доверившись ее сильным и умелым рукам, ласкающим меня. Кхален сдернула с меня одеяло и стала поглаживать спину, надавливая на определенные точки и массирую мышцы. Потом она велела мне лечь на спину и стала массировать мне грудь и руки. Когда она наконец вновь накрыла меня одеялом, я взял ее за запястье и усадил на кровать. Девушка не сопротивлялась.

— Ты прелесть, Кхален, — сказал я. — Тебе это известно?

— У тебя красивое тело, Ник! — прошептала она, улыбаясь мудрой азиатской улыбкой, и мне все стало ясно без слов.