Радуга судьбы (СИ) - Турбина Галина - Страница 27

Глава двенадцатая

Себастин и Альвина рано утром уехали. Провожать их вышли граф и графиня Китэн. В карету погрузили всевозможные корзинки и котомки с едой и напитками. Конкордия вытребовала у Альвины обещание писать ей, в ответ обещала всегда отвечать на письма. Но Альвина не собиралась общаться впредь с подругой Себастина, она прекрасно видела, что они не понравились друг другу. Зачем дальше лицемерить? Прощаясь, Себастин сказал, что возможно они навестят их не в таком уж далеком будущем. А Альвина подумала, что так и будет - в Луйске осталась мать и она не может ее просто бросить и забыть, и в ближайшее время намерена проведать ее. Вот только желательно объехать Глосс стороной.

На этот раз карета была больше, комфортней, сиденья были шире, мягче, на них, наверное, для Альвины хватит места, чтобы почти вытянуть ноги, если ей захочется прилечь. И расстояние между сиденьями достаточно, чтобы они с Себастином не сталкивались коленками, как в прошлой карете. На закорках стоял вместительный ящик для вещей, куда погрузили саквояжи и еще какие-то коробки, видимо, они принадлежали Себастину, Альвина не стала вникать в это.

На выезде из города к ним присоединились двое вооруженных верховых, Себастин объяснил жене, что нанял охрану. На замечание Альвины, что до этого они обошлись без сопровождающих, Себастин ответил, что не хотел бы пугать, но впереди будут отрезки дороги, где как ни стараются, никак не могут обеспечить полной безопасности, там шайки разбойников появляются регулярно, слишком густые леса в той провинции, разбойникам есть где укрыться и обнаружить их трудно. И еще им предстоит проехать часть пути недалеко от границы с Эльмфеей, что тоже опасно. С княжеством вроде как подписаны мирные договоры, даже дочь короля постоянно навещает своего дедушку - Верховного Князя Эльмфеи, но дружественным княжество не стало.

Несколько дней проведенных в дороге прошли не так уж плохо, как боялась Альвина. Они негласно не вспоминали общее прошлое, не заводили разговоры о знакомых, как могли избегали в общих беседах упоминать то, что когда-то их свело и разлучило. Вокруг них невидимыми искрами рассыпалось (мерцало, трещало, мелькало, временами осыпалось) напряжение, но они дружно старались не замечать этого, делая вид, что все хорошо. Себастин рассказывал о своем детстве, проказах, которые устраивали он и Орест. Смеясь, рассказал, как застали Ореста в спальне Конкордии и какую взбучку им устроили родители. Но Орест и Конкордия насмерть стояли, уверяя, что ничего не было, хотя на самом деле это было не так. И как тогда еще совсем юная Конкордия долго боялась открыться матери, что ждет ребенка. Она бы все рассказала Оресту, но им строго-настрого запретили видится, и заодно Себастина не подпускали к Конкордии. Когда уже стал виден живот, мать девушки заподозрила неладное. Скандал был грандиозный! Молодых любовников, конечно, очень быстро обвенчали, но до самой смерти граф Китэн не хотел знаться с новыми родственниками, считая их дочь не достойной его сына, и что они окрутили мальчика, обманули.

Альвина тоже рассказывала о своем детстве, о том, как изводила нянек, гувернанток и учителей. На что Себастин заметил - ничуть не сомневался в этом.

Альвине было интересно слушать Себастина, как и несколько лет назад. Он опять утверждал, что за морем есть другие страны, делился прочитанным в древних книгах, описывал увлекательно жизнь королей, князей и простых магов, оставивших заметный след в истории их королевства и княжества Эльмфея. От него она многое узнала о быте и устоях кочевников, с которыми король заключил мирный договор обоюдной помощи и взаимовыручки. И теперь кочевники их преданные друзья, в отличие от эльмфейцев. На вопрос Альвины был ли сам Себастин в степях и видел ли кочевников, он ответил, что хочет побывать в степях и когда-нибудь его желание исполнится. А кочевников он видел, они регулярно навещают короля, несколько их отпрысков учатся в Королевской Академии на отделении для младших детей, скоро переведутся на старшее отделение. Альвина была безмерно удивлена этой новостью, восемь лет назад о кочевниках только ходили слухи, но никто их не видел. И Академии не было, ее только собирался основать король Флориан.

Сколько же она пропустила! И подозревает, что ей еще придется не раз изумляться, вот только свое удивление, замешательство и неведение надо будет прятать и делать вид, что она все знает. Так будет лучше.

Дорога была длинная, но вполне комфортная. В отличие от того, как они ехали до Глосса, торопясь и почти без передышки, теперь остановки были чаще, дольше, обедали почти всегда в придорожных трактирах, несколько раз заезжали в попадающиеся по пути городки и обедали в дорогих ресторациях, а на ходу, в карете только перекусывали, если хотелось. Ужинали, ночевали и завтракали в гостиницах, причем больших, удобных, чистых. Себастин каждый раз оплачивал разные для них комнаты. И ни разу за все время в пути никак не проявил к ней особого интереса, обращался с ней, как с подругой, сестрой, а не как с женой, даже в щеку не целовал, что вызывало досаду у Альвины, но она никак не выказывала ее. Вот еще, не хватало только навязываться ему и зазывать к себе в гостинице! Но почему он так себя вел? Нет, она не то чтобы хотела совместные комнаты, и чтобы все произошло в гостинице, но и его полнейшее равнодушие задевало. Ведь не приснилось же ей как он жадно целовал ее и его слова, что она сводит его с ума?

***

Одним прекрасным утром Себастин рассчитался с охраной и отпустил их. По наблюдению Альвины осталось немного доехать до столицы, и Себастин завел разговор о том, как объяснить всем их женитьбу. Он предложил Альвине утаить, что она была много лет в ссылке, а представить для всех версию, что она все эти годы находилась в его замке, вела затворнический образ жизни, не желая никого видеть. Но сам же и отверг это. Во-первых, столько лет добровольно жить вдали от всех и ни разу никуда не выехать и никого не принять, не в ее характере. Кто ее знает, не поверит в это. Во-вторых, слишком многие знают, что она отбыла в ссылку вместе с матерью, а некоторые даже были свидетелями этому.

Тяжело вздохнув, Себастин сказал, что надо будет как-то объяснить ее возвращение в качестве герцогини Адъяр. Альвина, лукаво улыбаясь, предложила всем рассказывать, что они все эти годы любили друг друга, но не могли в силу причин, которые надо придумать, быть вместе. И вот, спустя восемь лет, наконец-то не выдержали жить в разлуке и решили пожениться. То, что они женаты столько лет, не обязательно всем знать.

Себастин ответил, что обдумает ее версию. Но вначале надо будет как-то все объяснить королю. А вот ему желательно, нет обязательно, рассказать всю правду. И предстоящий разговор с королем не будет простым и приятным. Эти слова Себастина обеспокоили Альвину.

- Я хотела спросить, - неуверенно начала говорить девушка, - ты меня везешь в столицу? Или нет?

Себастин, немного помолчав, ответил:

- Нет, я оставлю тебя в моем замке в провинции Атеррир, где находится герцогство Адъяр, это не так далеко от столицы. Пока не надо, чтобы ты появилась в столице, рядом со мной.

- Почему? Ты боишься, что король накажет тебя за то, что ты женат на дочери герцога Лэвирина?

- Я боюсь не за себя. Прости, но будет лучше, если когда я буду все рассказывать королю о своей женитьбе, ты будешь находиться не в столице и уж тем более не в королевском дворце рядом со мной. Несмотря на то, как ко мне относится король Флориан, думаю, ему очень не понравится, что я столько лет скрывал свой брак с тобой. Король очень щепетилен по поводу преданности и не приемлет измен в любом виде.

- Ты думаешь, король может расценить это как измену и предательство? - испугалась Альвина. - И я окажусь не только дочерью мятежника, но и еще женой предателя? И что тогда будет со мной? Меня казнят?

- Ну что ты, до этого не дойдет, успокойся. Но боюсь, что доверие ко мне будет в какой-то мере подорвано. Ты же прекрасно знаешь, для того, чтобы жениться, надо вначале просить короля о разрешении на брак. А я мало того, что не сделал этого, так еще и скрыл свой брак от короля.