Подруга попаданки: отбор для ледяного дракона (СИ) - Ибис Александра - Страница 3

— Ты уже это сделала, — хлопаю в ладоши, и к магическим светильникам добавляется свет и тепло от огня в камине, вспыхнувшего благодаря сорвавшимся с моих пальцев искрам.

— Вау! — поражённо восклицает Надя, но вспоминает, что, вообще-то, прячется и спрашивает тише: — Вы маг?

— Да, как и всякий дракон. И многие люди, хотя и не подавляющее большинство, но об этом позже, — сажусь на диванчик в гостиной с голубыми стенами, шторами, коврами и обивкой на мебели. Непривычно холодная обстановка, не подходящая огненной драконице. Ледяные даже не утрудили себя подготовкой комнат, подходящих участницам отбора. — Присаживайся.

Надя садится рядом и наблюдает за мной, пока я разливаю сок по стаканам на столике. О чае пришлось бы просить слуг, а этого делать нельзя, пока не выясним, что приключилось с иномиряночкой.

— Тебя зовут-то как? — спрашивает Надя. Имя звучит коротко, и я делаю вывод, что она представилась его сокращённым вариантом. Потому и сама представляюсь домашним сокращением.

— Ресса, — тянет девушка. — Тебе подходит. Звучит очень по-драконьи.

Ну да, она-то много о драконах знает. Впрочем, моё имя действительно имеет драконье происхождение.

Протягиваю ей стакан с яблочным соком:

— Рассказывай.

И она рассказывает.

Итак, её зовут Надежда Борцова, ей восемнадцать и она студентка языкового университета. Ее родители не живут вместе, отца она видит, как сама выразилась, раз в год по обещанию, хотя живут в одном городе и он уверяет, что любит её. Принадлежит к среднему классу, то есть не богатая и не родовитая, но вполне обеспеченная. Родом из Российской Федерации, которую в наших хрониках называют ещё Российской империей. Из общего у нас примерно одинаковый возраст, так как мои тридцать драконьих близки к ее восемнадцати, и то, что уже вчерашний, судя по часам, день, перевернул наши жизни с ног на голову.

— Утром я, как обычно, доделывала домашние задания в универ. Закончила быстрее, чем думала, и решила выйти из дома пораньше, забежать в кафе и купить кофе с какой-нибудь булочкой. И вот, стою я у стойки, жду свой заказ, а ко мне подходит какой-то рыжий хмырь и спрашивает: «Девушка, не хотите побороться за сердце принца?»

— И что ты ответила? — протягиваю ей вновь наполненный соком стакан.

— Подумала, что он кому-нибудь проспорил и брякнула: «Да кто же этого не хочет? Только вот где мне его взять? Вы на принца не слишком похожи…» А он рассмеялся и ответил: «Я, вы правы, не принц, но мой друг был бы рад увидеть вас на своём отборе». После этого я попыталась более явно его отвадить, мол, пошутили и хватит, а он взял да и перекинул меня через плечо и потащил куда-то. Я закричала и охранников позвала, но добежать они не успели: всё вокруг вспыхнуло, я зажмурилась, а когда открыла глаза, то была уже здесь, во дворце, — она залпом выпивает остатки сока в стакане, а я смотрю на неё и понимаю, что девчонке надо выпить что-нибудь покрепче.

Поднимаюсь с дивана и отправляюсь в спальню, где под платьями в одной из сумок, ещё не разобранных, припрятана бутылочка белого полусухого вина, которую я перед отъездом в качестве последней пакости умыкнула у Ильяры. Вернувшись в спальню, сталкиваюсь с недоуменным взглядом Нади и демонстрирую ей бутылку. Глаза той широко распахиваются, после чего она выдаёт просто поразительное:

— У тебя всё это время было вино, а мы соком перебивались?!

Пожалуй, с каждой своей новой репликой Надя нравится мне всё больше. С ней можно выпить и она не нудит!

— Бокалов нет, так что довольствуемся стаканами, — выпускаю коготок и выдергиваю пробку, после чего разливаю вино по стаканам.

— Удобно, — хмыкает иномирянка, принимая стакан из моих рук. — Острые, наверное, жуть?

— Не то слово, — отвечаю на оба её высказывания. Устраиваюсь удобнее, делаю глоток вина. — Честно говоря, ты меня удивила. Я думала, что ты случайно дыру между мирами нашла, а, как выяснилось, ледяные дошли до того, что притаскивают на отбор иномирянок. Но то, что ты сейчас здесь, свидетельствует о двух вещах: во-первых, у ледяных нашлись учёные, облегчившие процесс путешествия в другие миры; во-вторых, они также научились сходу определять магов в не магическом мире, так как не будь ты одарённой, у того «рыжего хмыря» не получилось бы притащить тебя сюда.

— Вот уж не думала, что детские мечты о магии воплотятся в реальность и мне же выйдут боком, — бурчит Надя, потягивая вино из стакана.

— Кто знает, кто знает, — я покачиваю стакан, и напиток ударяется о стенки. — Что произошло дальше? От кого ты пряталась?

Иномирянка хмурится и обхватывает стакан руками так, что у неё костяшки пальцев белеют.

— Ну, я запаниковала. Что за безобразие: похищают средь бела дня и утаскивают непонятно куда. Огляделась и поняла, что не узнаю этого места, а, значит, мы каким-то образом в мгновение ока покинули кафе и оказались на приличном от него расстоянии. Как говорится, лучшая защита — это нападение, вот я и начала наступать на этого рыжего гада, выясняя, кто он такой и куда и зачем меня притащил. То, что ему в грудь пальцем тыкали, ему более чем не понравилось, и он взял да и перекинулся вдруг в дракона, рыкнул. Думала, сознания от страха потеряю, даже покачнулась и назад завалилась, но меня за талию придержали. Внезапный защитник приказал тому рыжему успокоиться и немедленно принять человеческий облик. Ну, а когда тот гад стал нормальным, я поспешила выбраться из рук спасителя и посмотреть, что за чёрт ещё пожаловал.

— И что же это был за чёрт? Ты хоть выяснила, от кого убегала, или просто на инстинктах поспешила скрыться? — спрашиваю я с интересом. Да, везёт девочке, как человеку разозлившему дракона в морозную погоду. Умер? Зато согрелся перед смертью!

— Выяснила, — она тянется к бутылке и доливает себе вина. — Принц это был, на отбор невест к которому меня притащили.

— Сам Атареллен? — удивлённо приподнимаю брови я. Младшего братца Ильяры мне до сих пор видеть не доводилось, но уже то, что он её родственник, настраивает меня против него. Я на отбор-то приехала только потому что семья заставила. Однако бороться за победу я им не обещала. И делать этого не собираюсь.

— Угу, — кивает девушка. — Тоже гад чешуйчатый! Хотя, надо признаться, красивый. Высокий, волосы белые, как снег, глаза пронзительно синие, как будто в самую душу смотрят. Бледный до такой степени, что на Земле я бы сочла это болезненным, но в его случае это выглядит естественно и делает его ещё более привлекательным. И держится так гордо, уверенно. Спина прямая, в каждом движении сила, опасность, грация…

— Говоришь так, словно влюбилась, — усмехаюсь я, но приглядываюсь к девушке внимательнее: мне показалось или у неё глаза ярче стали, когда она о принце говорила?

— Вот ещё! — возмущается Надя и взмахивает руками. Вино из стакана выплёскивается на ковёр, Надины брюки, кофточку и руку. Она шипит и страдальчески воет. — Только этого мне и не хватало.

— Ковёр не жалко, — отмахиваюсь я. — А чистые вещи я тебе одолжу.

Пока протягиваю ей носовой платочек, и она вытирает капли с ключиц и руки.

— Спасибо, — благодарит иномирянка, откладывая платок на столик и откидываясь на диванные подушки. — А принц, хоть и красавец, каких поискать, мне нисколько не симпатичен.

— Что же такого он сделал, что ты так категорична?

— Смотрел, — неожиданный ответ. — Очень внимательно смотрел, словно успел несколько раз меня раздеть, одеть и ощупать. А потом вдруг подошёл, притянул к себе и поцеловал. Я даже сообразить толком ничего не успела. Стучу его кулаками по груди, а ему хоть бы что. Руками меня обхватил и не выпускает. А потом вдруг оторвался от моих губ и повернул голову к рыжему, сказав что-то вроде: «Я тебе оплачиваемые выходные хоть на месяц после отбора дам». Я дёргалась, высвободиться пыталась, однако безрезультатно. Принц же заявил, что сделает всё возможное, чтобы отбор выиграла именно я.

— Так и сказал? — я едва не повторяю Надино обливание вином, но вовремя беру себя в руки и отставляю стакан на столик. Он точно брат Ильяры? Уж больно страстен и реакция у него на человечку странноватая. Объяснить её, конечно, можно, но объяснение уж больно поразительное получается. Если я права в своих догадках, то скучный отбор, на котором я планировала всячески пакостить семейке Ильяры, рискует превратиться в нечто исторически важное и увлекательное.