Зверски высшее образование: оборотневедение (СИ) - Толапытоуши Мару - Страница 12

— Извините. Наверное, я все еще боюсь того уже давно мертвого медведя. Мне снятся кошмары, не дают все забыть, — я посмотрела на свои дрожащие руки, не сопротивляясь странной волне искренности от успокоительного. — Я все время чувствую какую-то опасность от любого оборотня. Уж простите, но я поседела от страха на экзамене, когда Вы напали.

— Оборотень не навредит самке, запомни. Для самца это как хребет самому себе перепилить тупым ножом. То есть, вроде как теоретически возможно, но содрогаешься от одной мысли об этом, — пояснил он. — Я припугнул, но не больше. Кроме того, твой страх вызывает эмоциональную реакцию помимо воли.

Я тяжело вздохнула, признавая его доводы логичными.

— Меня все боятся, я уже привык, сам виноват. Но поверь, за своих адептов, за своих воспитанников я умру. Факультет охотников — это одна большая семья, одна стая. И ты теперь тоже член этой стаи.

— Спасибо. Хотя мне и профсоюза хватало, но спасибо, — шепнула я, подтянула колени к груди и обняла их. — И за травы Ваши спасибо. Я сейчас почти не боюсь. Даже Вас.

— Это хорошо, — кивнул магистр и поднялся. — Но я вынужден откланяться. Яд паука подействовал, и у меня есть всего двадцать минут на то, чтобы сделать противоядие.

— Но… он же смертельный, — по моей спине пробежался липкий холодок. — Зачем Вы его ловили, он же полз и никого не трогал?

Я перебрала в памяти все изложенные нам противоядия. И поняла страшную вещь. Паук Смертоносец синий обыкновенный, время действия яда два часа, латентный период двадцать минут, укорачивается при использовании магии, противоядие — мед диких шершней. Но яд диких шершней еще более токсичен для оборотней.

— Я же сказал, что умереть готов за своих адептов, — раздраженно напомнил магистр. — Так что насчет последнего желания? Выполнишь?

— Что для Вас сделать? — я потерла тут же намокшие глаза. — И не стойте Вы тут столбом, яд сам не выйдет!

— Не бери в голову. Так что выполни последнюю просьбу и можешь быть свободна, — совершенно спокойно и даже насмешливо заявил оборотень.

— Чего Вы хотите? — я снова потерла глаза.

— Дай мне слово, что перестанешь все время влипать в неприятности.

Я отрицательно покачала головой, не в силах дать самому непедагогичному из всех известных мне преподавателей слово, которое не смогу сдержать:

— Простите, это у меня помимо воли получается. Но я могу сделать кое-что другое, — я поднялась на ноги, — дайте мне пять минут, я сейчас.

— Куда это ты собралась? — насторожился Ворх.

— Пять минут. Вам все равно нельзя магией пользоваться.

И я шмыгнула в густую лесную тень, со всех ног бросившись к поляне, расположенной недалеко от озера, где я видела еще в прошлом году гнездо шершней. В конце концов, я ведь и не оборотень вовсе, для меня яд шершня не будет смертельным, хотя боль он доставляет страшную. Мне уже доводилось быть покусанной, когда я в первый раз шла к Алому озеру год назад.

Но добежать до гнезда мне не дал магистр, поймав за плечо метров через двадцать и дернув назад с такой силой, что я едва руки не лишилась.

— Убью, — мрачно пообещал он мне.

— За что? — растерялась я.

— Вот скажи, ты действительно думаешь, что в целительском корпусе нет меда шершней? — магистр отпустил меня и скрестил руки на груди. — Гера, ты поистине безголовое создание, покусают же. Марш назад!

Я послушно отступила обратно к озеру, но тут же остановилась.

— Может, я все-таки помогу?

— Чтоб я тебя здесь больше не видел! — рявкнул Ворх, и я припустила к озеру.

Выскочив на берег, я перевела дыхание и села под ближайшим деревом, прислонившись спиной к шероховатому стволу, сплошь покрытому мелкими синими листочками.

— Что это вообще на меня нашло? — вопрошала я саму себя. — Оборотню помогать? Точно головой ударилась. Да еще какому оборотню…

Почти час я так просидела, пока ждала своего Волчонка. И даже с опаской поплавала вдоль берега, но не долго, так как память услужливо подкидывала мне все прелести утопления.

— Вот и ты, — я отложила книгу и протянула руку к вышедшему на берег белому волку, — здравствуй, мой хороший.

Волчонок подошел ближе, но остановился почти в метре от моей протянутой руки.

— Что случилось? — я убрала руку. — Ты мне совсем не рад? Я могу уйти, если хочешь.

Волк оглянулся на лес, будто в раздумьях, а не уйти ли ему самому, потом посмотрел на мои голые после плавания ноги, тяжело вздохнул, но все же подошел и положил мне голову на колени.

— Что-то ты не в настроении сегодня, — я почесала его за ухом и достала из сумки бутерброд. — Будешь?

Волчонок отвернул морду от еды и снова тяжело вздохнул.

— Уж не заболел ли ты? — я убрала бутерброд и снова почесала своего мохнатого друга, потрогала его уши, нос, но температура была нормальная. — Ну, давай, поделись наболевшим. Кто обидел?

Волчонок скосил на меня желтый глаз и обдал таким скепсисом, что не любой человек так сможет.

— Ну ладно, говорить ты не можешь. Я попробую угадать. Ммм. Барсуки ставки на кредит подняли?

Зверь фыркнул и мотнул ушами.

— Жена хочет завести третьего спиногрыза?

Волчонок накрыл морду лапой.

— Не то? Что, банально какую-нибудь косулю не догнал?

Он снова скосил на меня глаза.

— Ну да, чего это я. Вон какой ты здоровенный, хрен от тебя убежишь, — усмехнулась я.

Волчонок снова тяжело вздохнул и посмотрел на меня с такой вселенской тоской, что мне аж самой взгрустнулось.

— Что, с девушкой не ладится?

Он моргнул и вздохнул еще тяжелее.

— Либо у тебя астма, либо я права, — вынесла вердикт я. — Тогда скажу тебе одно: все мы часто сами не знаем, чего хотим. Все как-нибудь само рассосется, расслабься. Если ты ей нужен, она придет к тебе. А если нет, то зачем она тебе такая вообще сдалась? — я потрепала его по лобастой голове.

Волчонок поднял морду, подполз поближе, сам ткнулся мне носом в ладонь и пристроил голову у меня на животе, позволяя чесать себя во всех доступных местах.

— К тому же, насколько я слышала, вы создаете одну пару на всю жизнь, — я с упоением зарылась руками в жесткую темную шерсть на загривке, — так что надо к такому выбору ответственно подойти. А ну как потом жалеть будешь? Взвоешь так, что хоть в капкан лезь, а деваться уже некуда, уже шестеро волчат и теща с вами живет, а жена еще и второе образование решит пойти получать, оставив тебя в декретном отпуске с малыми… Вот оно все тебе надо?

Волчонок поднял голову и посмотрел на меня полными ужаса глазами, будто наяву увидев обрисованные мною перспективы.

— Ну не бойся, я тебя никому не отдам, ты ж мой сладкий пирожочек, — я чмокнула вконец ошалевшего волка в мокрый нос.

Я просидела с Волчонком на берегу до позднего вечера, затискав и зачесав его до полуобморочного состояния. Но когда начало смеркаться, пришлось отпустить его и возвращаться в Школу, пока никто не додумался меня поискать.

Зайдя в холл главного учебного корпуса взглянуть на расписание летней практики, я столкнулась у стенда с неразлучными братцами-некромантцами. И по одинаково шкодливым мордашкам и бесятам в светло-серых глазах поняла, что они что-то затеяли.

— Герка, третьей будешь? — шепотом спросил Ари, привычно хватая меня вместе с братом под руки.

— Смотря в чем. А то в прошлый раз вы пытались таким макаром испытать на мне приворотное зелье, приобретенное у ведьмы-первокурсницы, — напомнила я.

— Но ведь приворот действительно получился, — возмутился Ири.

— Ага. К белому другу. Да на всю ночь, прямо оторваться не могла, так бы и глядела в его недра еще и весь день, но зелье все вышло к утру обратным ходом.

— Не будь занудой. На этот раз все серьезно, — Ари оглянулся и убедился, что нас никто не слышит. — Мы хотим завтра сходить за артефактами.

— Это я точно пропустить не могу, — теперь уже я покрепче перехватила братцев под локти и потащила во внутренний двор. — Во сколько и где?

— В четыре по местному времени у чайного домика в городе, — сообщил Ири и мы по уже давно отработанной схеме разошлись в разные стороны, чтобы не привлекать внимание.