Артефакторика (СИ) - Толапытоуши Мару - Страница 29

Вот только мне их шовинизм уже совсем надоел. Я же в их разборки не влезаю, у меня здесь свои, вообще-то.

— Слушайте, мы на Вашей территории не по своей воле. Давайте мирно разойдемся, — я снова высунулась из-за плеча магистра, но была бесцеремонно возвращена обратно.

— Дерзкая Дайке, — почему-то обрадовался этому медведь. — Пойдем со мной добровольно, тогда я, возможно, не стану убивать этого щенка.

Я уставилась на него, как баран на новые ворота, пытаясь понять, где он возьмет щенка. Не из-за пазухи же. Вот уж точно не позволю трогать ни в чем не повинную животинку. Но угрожающий рык Ворха навел меня на мысль.

— А, это Вы про моего куратора? Если бы его было так просто убить, то я бы теперь и сама с удовольствием присоединилась! — я усмехнулась, видимо, задев этим медведя. Потому как из леса вокруг нас стали выходить и другие, обступив нас с очень мрачным видом.

— Вот кто тебя вечно за язык дергает? — разозлился магистр еще больше.

— Ты, — буркнула я. — Что делать-то будем?

— Ничего.

— Вот именно, — кивнул и медведь, видимо, главный у них. — Ты ранен, девочка на нуле. Тебе не уйти живым.

— А какие у Вас к нам претензии-то? — снова влезла я. — Имею же я право знать, за что меня убивают.

— Тебя? Упаси мать-прародительница! Ни единого волоса с твоей головы не упадет, — тут же открестился медведь. — Ты нужна мне целой и невредимой.

— Зачем? — опешила я.

— Это ты позже узнаешь. Волка убить, девочку в стаю, — скомандовал он остальным и отвернулся уходить.

— А ну-ка стой! — я, категорически не согласная с таким исходом, проскочила у вервольфа под рукой и бросилась за медведем. — Эй, я с тобой разговариваю!

— Гера, заткнись! — Ворх тут же поймал меня за шкирку, но у него в руке остался лоскут ткани, а я рванула вперед еще активнее.

И в тот же момент магистра перехватили за обе руки и заломили их, поставив на колени. Я была просто зверски возмущена, потому что хотела побить его лично, причем уже очень давно, но чужими руками меня это не устроило бы. Да и вообще, нечего тут руки распускать. Хоть я и зла на него, но позволю вот так просто убить.

Гризли остановился, обернулся и перехватил мой кулак прямо у своего солнечного сплетения:

— Зачем, Дайке? — усмехнулся он, легко крутанув меня за руку на месте. — Почему ты готова драться с Альфой самых свирепых оборотней этого континента?

— Потому что у меня монополия на убийство этого выхухоля, — заявила я, раз уж у них тут махровый шовинизм и никак нельзя встревать в мужские разборки, вырвала руку из его огромной ладони. — Имею право после всего, что он натворил! Так что тебе я этого не позволю.

— Думаешь, твое мнение что-то изменит? Тогда я вынужден преподать тебе урок, Дайке, — медведь отбросил меня в лапы сородича и вернулся к Ворху. — Я убью его сам, у тебя на глазах, раз ты так этого хочешь.

— Не смей! — рыкнула я, пытаясь вывернуться из рук державшего меня мужчины. — Стой, где стоишь!

Альфа медведей вздрогнул, будто оступился, но не больше. Очевидно, с альфами моя способность к управлению полноценно не работает.

— Отпусти, — переключилась я на своего конвоира.

Тот безоговорочно подчинился, хоть и зарычал при этом.

— Все на два шага назад! — медведи сопротивлялись, двигались рвано, дергано, но отступили. В том числе и те, что удерживали магистра на месте. Но он и сам остался сидеть на земле, тяжело, прерывисто дыша.

— И что теперь? — медвежий Альфа занес топор над чьей-то многострадальной шеей. — Ты не можешь меня остановить.

— Руку за спину и тяни, — снова раздался шепот за спиной.

Спорить было некогда. Я схватила уже торчавшую между лопаток костяную рукоять и рванула ее вверх. Спину обожгла боль, словно меня кипятком окатили, но зато в моей руке оказался короткий клинок с будто обломанным, резко обрывавшимся лезвием, просвечивавшим всеми оттенками пламени.

— Что ты творишь, ненормальная?! — Ворх рванул ко мне.

— И что ты можешь сделать мне этой зубочисткой? — оскалился медведь, удержав магистра на месте. Он просто перехватил его за сломанное плечо, погрузив пальцы глубоко в рану, и дернул обратно. Но топор пока не опустил, глядя на меня с настороженностью.

— Тебе? Нет, ничего. А вот себе могу, — я развернула лезвие странным острием к себе и уперла его в шею. — Одно неосторожное движение, и меня уже не спасут. Тебе ведь я нужна живая?

— Труп тоже сойдет, — мрачно буркнул медведь и отпустил вервольфа. — Тебе все равно не уйти.

— На труп и я согласна, — я усилила нажим, по шее потекла струйка крови.

Медведь дернулся, всего на секунду, но он себя выдал, я увидела испуг и растерянность в его глазах.

— Я сам сейчас откручу тебе голову! — Ворх тут же оказался рядом и попытался выбить у меня меч из рук, но я увернулась.

— Не трогай меня.

— Вот ведь дура малолетняя, — рыкнул он. — Ну ничего, я могу и по-плохому.

Он макнул руку в кровь, стекавшую по разорванному плечу, и подошел к медведю. Стая недовольно зарычала, но не могла двинуться с места.

— Вызов? — ухмыльнулся медвежий Альфа.

Ворх молча оставил на его груди кровавый отпечаток четырехпалой ладони. Медведь полоснул лезвием топора по своей ладони и оставил след на груди магистра.

— Что ж, самоубийца, добро пожаловать.

Я насторожено ждала, но ничего больше не происходило. Оборотни просто пожали руки и, как ни в чем не бывало, пошли в лес.

— Пойдем, Дайке, — махнул мне медведь. — У нас временное перемирие, можешь расслабиться. И отпусти уже моих воинов.

Я опустила меч и оглянулась на угрюмых косолапых, все еще порыкивавших на меня, но стоявших в стороне.

— Можете идти обратно в стаю, — разрешила я.

— И ты тоже, — Ворх вернулся, схватил меня за руку и потащил за собой.

— Я бы предпочла вернуться к Айне, — шепнула я.

— Завтра отведу тебя обратно, не переживай.

Я посмотрела на сжимавшую мое запястье окровавленную ладонь:

— Все будет хорошо?

— Да.

— А что все это было? — я неопределенно помахала рукой у груди, потом спохватилась, что в ней все еще зажат меч.

— Ничего. Не забивай себе голову.

— А что с мечом делать? Это ведь Вередан?

— Раз он у тебя в руках, значит, признал своим хранителем, он для тебя больше не опасен. Верни его на спину, он сам сольется с аурой.

— Он дело говорит, — снова услышала я знакомый шепот. — Не бойся, не порежу. Просто коснись лезвием спины, я сам справлюсь.

Я завела меч за плечо, поддела порванный ворот платья и прижала странное алое лезвие к коже. Рукоятка тут же растворилась, будто и не было. Спину немного прижгло, но это уже не было так больно, как раньше.

— И что теперь? — я глянула на шедших впереди медведей, но они даже не оглядывались на нас, точно уверенные, что мы идем следом.

— Погостим у наших новых друзей, а завтра вернемся в стаю.

— Почему завтра?

— Будь реалистом, — усмехнулся Альфа медведей. — Следующее утро станет для тебя последним, а девочка останется у нас.

Ворх не дал мне ничего ответить, одернув раньше, чем я открыла рот. Мне хотелось огреть его чем-нибудь очень тяжелым, но пришлось сдержаться.

Город медведей был чем-то похож на волчий, но чем-то и неуловимо отличался. Срубы домов как-то грубее, тяжелее, но основательнее, пространства больше, а вот обитателей меньше.

— Маловато вас осталось, — озвучил мою мысль Ворх.

— Ничего, вас тоже скоро станет на одного меньше, — усмехнулся медведь.

— Слушайте, уважаемый… а как к Вам обращаться-то? — спохватилась я.

— Уже осваиваешься, Дайке? Это правильно. Меня зовут Прай. И давай уже на «ты», мы ж друг другу не чужие.

Я поежилась:

— Вообще-то чужие. И почему ты зовешь меня Дайке?

— Я знал тебя много жизней назад под этим именем. Ты совсем не изменилась, — усмехнулся Прай. — Проходите, сегодня вы мои гости.

Он указал нам на один из домов. Вокруг уже начали собираться и другие медведи, но женщин среди них практически не было.