Артефакторика (СИ) - Толапытоуши Мару - Страница 33

— Я ничего уже не хочу, — я положила руку на сердце, — перегорела. Как-то мне уже все равно. Знаешь, когда раз за разом от сердца откалывают кусочек, на его месте просто в итоге ничего не остается. Видимо, я дошла до своего предела терпения.

— Даже из маленького оставшегося осколка может заново вырасти сердце, было бы для кого, — медведица горько усмехнулась и махнула мне рукой. — Пойдем.

Я вышла за ней, спустилась вниз.

— Давай хоть чаю попьем? — неуверенно предложила она.

Я кивнула и села на высокий подоконник:

— А может, кофе есть? Меня уже Айна своими лечебными чаями запоила.

— Нет, прости, мы не любители такого.

— Слушай, а ты видела того темного эльфа, что приходил к Праю? — вдруг вспомнила я.

— Да. Обычный дроу, ничего особенного в нем не было. Хотя, темные очки были. Он днем пришел, они же плохо солнечный свет переносят. И медвежий череп в руках. Некрупный такой, помельче наших, но мужской. Бурого медведя, скорее всего, — стала припоминать она, заваривая чай.

— Череп… Значит, темный эльф чернокнижник. Все сходится. Если это он навел фантом и сам же предупредил, что я буду здесь, ниже по течению, то он намеренно гнал меня именно сюда…

— Зачем эльфу гнать тебя к нам в стаю? — удивилась Рая.

— Вот и я об этом думаю. Сама бы я с того обрыва ни за что не прыгнула, значит… Значит он знал, что Ворх меня найдет. И будет здесь со мной, раненый… Святая праматерь! Да ведь все идет ровно по плану этого чернокнижника! Он просто пытается избавиться от Ворха! Но… Стоп! — я подскочила и стала мерить шагами кухню. — Ему не нужен клинок, он затребовал меня через год, значит, он не знает про артефакт. Или знает, но это для него не имеет значения. Я нужна ему как бурая. Зачем? Моя кровь и им полезна? Мало мне ведьм было?!

Я остановилась, потрясенная еще одной догадкой.

— А ведь для наведения фантомов, обычных, во всяком случае, жертве подкидывают якорь.

— Якорь? — фыркнула Рая.

— Не сам якорь, а любой предмет-маячок, который послужит якорем для фантома. Из всех предметов, что вчера были не моими, со мной было только платье и пузырек в кармане, — я потерла начавшее заживать бедро. — И клеймо на попе, но это маловероятно…

Медведица окончательно потеряла нить моих рассуждений и тяжело вздохнула:

— Так что будешь делать?

— Возвращаться. И надо хотя бы из принципа поломать планы этому эльфу. Прай все грозился убить Ворха. Это не фигура речи? Он действительно это сделает?

— Возможно, — пожала плечами Рая. — Я не знаю, но Эфир это не запрещает.

— Тогда придется мне вмешаться.

— Ты что, нельзя! — она бросилась мне на перехват и встала между мной и дверью.

— Ну хотя бы предупредить их можно, что это все план недоброжелателя? Я в ваших ритуалах пока мало понимаю, но нельзя это так оставлять!

— Но и вмешиваться нельзя!

— Уже и не надо, — дверь открылась, на пороге остановился Прай.

Рая тут же обернулась, открыв обзор и мне, и мы обе отшатнулись, не удержав испуганный возглас. Медведь зажимал оторванную по локоть левую руку, кровь, казалось, с него всего капала на пол. Я попятилась, едва не сев, где стояла. Кажется, я опоздала. Горло сдавило, картинка перед глазами поплыла от навернувшихся слез. Как бы сильно я ни ненавидела Ворха, а все же сердце остановилось на миг от одной только мысли, что его больше нет.

— Иди, — Прай кивнул мне на дверь и вошел сам, тяжело опустился на стул у окна. — Иди, если крови не боишься.

Я попятилась еще, отчаянно замотав головой. Мне совсем невыносимо будет видеть то, что от него осталось.

— Иди, чего встала, — повторил медведь. — Прощения просить не стану.

— Куда? — прошептала я, утирая никак не прекращавшиеся слезы.

— К озеру, он там, — Прай махнул здоровой рукой, указывая направление. — Тебя никто не задержит, иди.

Я на ватных ногах подошла к двери и оглянулась на оставшихся внутри медведей.

— Иди, все в порядке, я помогу Праю, — кивнула мне шаманка, наконец, взяв себя в руки.

— Какое же это, к лешему, в порядке? — прошептала я, уже спускаясь с крыльца.

Я медленно шла в указанном направлении, просто боясь увидеть результат, а внутри все медленно умирало, просто проваливалось в бездну, и даже так неосмотрительно разбуженный Зверь теперь бился в агонии, понимая, что потерял кое-кого очень дорогого. Берег был все ближе, я уже даже различала запах крови, резкий, режущий по нервам. Да и первые капли ее уже были видны на тропе под ногами. Я остановилась лишь у кромки воды, боясь оглянуться вокруг, всюду был этот липкий, навязчивый запах крови. Просто невыносимый. Ну почему я его никогда не слушала? Почему без конца препиралась и ругалась? Как я теперь без него буду жить? Я уже готова была простить ему всю ложь, все предательство и боль, даже Волчонка, только бы он был жив. И соглашалась бы во всем, это не так и сложно. Пусть только случится чудо.

— Долго стоять там будешь? Или просто природой полюбоваться пришла? — раздался за спиной усталый голос.

Я медленно-медленно, как в фильме ужасов, обернулась, испугавшись, что мне лишь показалось, что я сейчас увижу разорванный труп. Но нет, Ворх, действительно вполне себе живой, сидел под деревом и курил, будто ничего не случилось. Честно говоря, он и выглядел не хуже, чем за день до этого после столкновения с фантомом. Зверь внутри меня, похоже, упал в обморок от своих неосмотрительных обещаний взамен на его жизнь. Я бы и сама упала с удовольствием, чтобы только никто не понял, что я тут уже убивалась о нем. Я вернулась к озеру, встала на колени, зачерпнула воды и смыла слезы. Все равно видно, что плакала, но мало ли чего мне поплакать вздумалось. Потом поднялась, подошла к нему с села рядом, будто и вправду ничего особенного не случилось.

— Здесь был тот же темный эльф, что и наслал фантом. Скорее всего, якорем был флакон у меня в кармане. Нужно узнать, кто сделал зелье.

— Да. Нужно возвращаться.

— Стой, — я схватила его за локоть, не давая подняться. — Сколько ты уже выкурил?

— Пять. Или шесть… Не помню, — пожал плечами Ворх. — Только не начинай про вред курения, это уже не актуально.

— Нужно больше, — огорошила его я.

— Это что-то новенькое, — магистр сел обратно и смерил меня удивленным взглядом. — Зачем?

— Просто поверь мне. Я с Раей консультировалась, она сказала, что это может сработать, — я вытащила Вередан со спины и полоснула себя по руке. — Правда, честно говоря, я надеялась, что ты к тому времени уйдешь, и вызов я брошу Праю. Ну, мы предполагаем, а Бог располагает, так что попробуем так.

— Бросаешь мне вызов? — усмехнулся мужчина. — Серьезно? Я и так тебя не трону, не беспокойся.

— И об этом Рая рассказала. Тогда ты умрешь.

— Что ж ты такая осведомленная-то? — Ворх достал очередную сигарету и закурил. — Не поможет, я все равно сильнее тебя в любом состоянии.

— Нужно попытаться. Я на тебя очень зла, но смерти все равно не желаю, — я хотела поставить на его груди след ладони.

— Я не буду этого делать, — магистр перехватил мою руку, не позволив прикоснуться.

— Почему? Хоть это ты можешь объяснить? Или опять отвернешься и будешь отмалчиваться? — разозлилась я. — Ты не можешь отказаться от вызова.

— Объясню. Шаманка уже сказала тебе, что и от результата поединка нельзя отказаться? Вот и ты не сможешь. Тогда оба умрем.

— Не так обидно будет, — я поставила след на его груди второй рукой раньше, чем он догадался и ее поймать.

— Святая праматерь, да что ж ты за существо такое неуемное?! — Ворх отпустил мою руку, а я мазнула себя по груди, вернее, по платью, оставленной на моей руке его кровью. — Не делай этого!

Только мне уже было не до того, след на груди прожигал насквозь, лишая воли и способности дышать, пока не добрался до сердца, сцепив на нем ледяные острые когти.

— Это оказалось неожиданно больно, — прохрипела я, как только смогла говорить.

— Эфир принял кровь, — буркнул он и глянул на небо. — По-хорошему ты все же не понимаешь. Солнце еще не коснулось камня источника. Просто признай свое поражение, и пойдем домой.