Артефакторика (СИ) - Толапытоуши Мару - Страница 7

— Ничего, будем учиться постепенно.

— Начни с себя, — огрызнулась я. — Это ж надо настолько мне не доверять, чтобы не сообщить, что во мне артефакт!

Ворх совершенно внезапно взял мою руку и прижал ладонью к своей шее.

Я запнулась на полуслове и попыталась отобрать свою конечность, но он держал крепко.

— Что ты делаешь? — я не знала, куда деть взгляд, отчаянно заливаясь краской.

— Ты права, мне стоит начать с себя. Волк никогда не откроет горло тому, кому не доверяет.

Я чувствовала, как под моими пальцами бьется пульс. Казалось, стоит лишь немного сжать, и он остановится… Непередаваемое ощущение. Мне и хотелось сдавить изо всех сил, но я не могла. Просто не могла, не сейчас, когда он сам доверил мне самое уязвимое место. Видимо, Уфн был прав, нельзя быть такой доброй.

— Прекрати, у меня так и чешутся руки тебя задушить, — я снова попыталась высвободиться.

— Ну так души, если тебе от этого легче станет, — предложил Ворх.

— Что за мазохизм? Отпусти! И даже не рассчитывай, что я хоть когда-нибудь смогу так горло подставить!

— Я и не претендую даже в самых страшных твоих кошмарах, успокойся, — оборотень отпустил мою руку, достал сигареты и закурил.

— Поверь, мои кошмары куда страшнее, — мне тут же вспомнились и ведьмы, и море крови, и мертвый любимый. Я тяжело вздохнула и, сцепив зубы, запрокинула голову, — Давай быстрее, пока я не передумала. Если это, конечно, хоть как-то поможет…

У меня все внутренности скрутило в узел, когда шеи коснулись горячие пальцы, шершавые от ожогов и оружия. Я замерла как кролик перед удавом, не в силах даже шелохнуться.

— Дыши, а то сознание потеряешь, — напомнил Ворх, проведя по бьющейся под кожей жилке едва ощутимо.

— Щекотно, — пожаловалась я шепотом.

Прикосновение стало увереннее, ладонь магистра практически полностью обхватила мою шею. Всего одно неосторожное движение, и она хрустнет. Дыхание опять перехватило, сердце подскочило к горлу. Ощущение собственной уязвимости выбивало почву из-под ног. И как только Ворх выдержал это? Я нервно прикусила губу, стараясь остаться на месте. Одновременно хотелось и отшатнуться от него, и, наоборот, прижаться.

Ощущение чужого прикосновения исчезло совершенно внезапно. Как и сам Ворх. Я вздрогнула и удивленно оглянулась, но вервольфа нигде не было.

— Слава богу, — я, наконец, выдохнула с облегчением. — Это же просто что-то невозможное.

Я тронула шею, горящую от его касаний по самые плечи. Зато спину, место обитания артефакта, приятно холодило, подтверждая, что мы не зря терпели. Одно плохо: как бы я ни злилась, как бы ни была обижена, я все равно таяла как мороженное в летний полдень от любого его прикосновения. Это просто отвратительно, когда собственное тело подводит.

На следующее утро я подорвалась первой и едва ли не приплясывала от нетерпения, расталкивая сокомандников. Еще один учебный день — и выходные! Мне наконец-то можно будет навестить маму!

— Что ж ты сегодня такая активная? — Трэс отвернулся и накрыл голову подушкой.

Я пощекотала его за пятку и скорее отскочила, чтобы этой самой пяткой не получить:

— Подъем! Погода сегодня прекрасная, пора на пробежку!

— Скажи, изуверство заразно? — Ири быстренько подтянул ноги, видя, что я иду к нему.

— С чего бы? — удивилась я.

— Стоило Ворху тебя обесчестить, как ты тоже стала извергом! — припечатал некромант и с головой спрятался под одеяло, подхихикивая уже оттуда.

Я мстительно отобрала у него спальные принадлежности и бросила взгляд на пустующую кровать куратора. После своего внезапного исчезновения он так и не вернулся, так что мы были предоставлены сами себе.

— Чего это наш магистр пропал? — будто прочитала мои мысли Дашка.

— А почему ты у меня спрашиваешь?

— Он после общения с тобой исчез, вообще-то, — хмыкнул подруга.

— Ну я ж ему не нянька, — возмутилась я, вытаскивая сменные шорты из шкафа. — Может, опять по бабам… Прости, — я глянула на Трэса и прикусила язык.

Оборотень рассмеялся и выглянул из-под подушки:

— Герка, успокойся. Он тут только по одной… бабе… как ты выразилась, ходить может, так что не извиняйся, я ничего против не имею.

— Серьезно? — удивилась я.

— Да. Но он сейчас у госпожи Стеллы, зуб даю, — отмахнулся оборотень и тоже поднялся. — Чего ты распереживалась? Скоро вернется.

— Вовсе я и не переживаю, — я быстро переоделась за дверкой шкафа и выскользнула из комнаты, съедаемая противоречивыми чувствами.

Как назло, на выходе из казармы я столкнулась с предметом моих терзаний. Он едва успел посторониться, когда я пробежала мимо, задержав дыхание. И все равно я умудрилась различить уже знакомый едва ощутимый запах женских духов. Я тут же остановилась, огромным усилием воли подавляя поднимавшееся из глубины души раздражение. Между лопаток жгло, непрозрачно напоминая, что тут есть кто-то, нуждающихся в энергии этого самого беспутного оборотня. Я заставила себя обернуться и даже выдавила улыбку:

— С доброй охотой.

— С доброй, — Ворх закурил и остался стоять в дверях, задумчиво глядя на меня. — Ты в порядке?

— Да, — я кивнула, — а ты? Вчера как сквозь землю провалился.

— Риен срочно вызвал. Потом дела кое-какие решал, — вервольф неопределенно повел рукой. Да уж и иглояду понятно, какие у него были дела.

— Ясно. Я пойду, на пробежку пора.

— Тис, нас подожди, — из казармы высыпали и остальные.

Рахо что-то тихо сказал Ворху, поравнявшись, за что тут же огреб подзатыльник от старшего, и с хитрой улыбкой потащил меня к полигону.

После пробежки Трэс предупредил нас, что дежурит сегодня он, так что на нормальный завтрак мы можем даже не рассчитывать.

— Все не может быть настолько плохо, — усомнилась я, — хоть что-то же ты умеешь? Давай помогу, заодно и поучу немного.

— Давай, — просиял парень.

Я вышла на кухню после душа уже относительно спокойной. Ну, допустим, могу и не дожить до конца лета. Подумаешь, я уже много раз должна была умереть за последний месяц, но ведь выжила. Ну, допустим, брат попал в беду, но ведь он жив. Ну, допустим, мне нравится собственный декан, даже несмотря на то, что он женат, при этом бабник и редкостный манипулятор, к тому же ему шестьдесят семь лет… Все относительно, могло быть и хуже. У меня, правда, появились некоторые сомнения, не пробивается ли это мой Зверь со своим мнением, ведь я в последнее время откровенно чувствую себя шизофреничкой. Да и не имеет это никакого значения, ведь я-то ему все равно не нравлюсь.

— Трэс, мне нужно узнать твое мнение, — я отложила нож и овощи для салата.

— О чем? — он бросил на меня подозрительный взгляд, боясь даже на секунду отучиться от кастрюли на плите.

— Что со мной не так?

— Тис, что за вопросы?! — возмутился парень. — С тобой все отлично! Даже не сомневайся в этом. Откуда вообще такие мысли?

— Да так, подумала просто…

— Опять тебя кто-то обидел?

Я промолчала, подошла и тоже заглянула в кастрюлю:

— Кажется, ты что-то забыл. Забыл забросить макароны.

— Вот леший! — Трэс хлопнул себя по лбу и взял упаковку со стола, поднял ее над кастрюлей с кипящей водой и просто разорвал.

— Твою ж мать! — я отскочила, находясь под обстрелом макаронными завитками и горячими брызгами.

— Прости. Я предупреждал, что совершенно не умею ничего готовить, — покаялся он, оттопырив горячую мокрую футболку от обожженной груди. — Пойду-ка я к Дашке за мазью. Ты тут помешаешь?

— Иди уже, гений кулинарии, — я отобрала у него ложку и заняла его место у плиты.

Я поежилась и обернулась, вдруг почувствовав взгляд в спину.

— Что случилось? — я померялась взглядом с Ворхом и вернулась к готовке.

— Почему я последний узнаю о том, что ты выходишь в Лазурный мир?

— Ты ведь был вчера у Риена, вот у него и спроси, — хмыкнула я. — Или были дела поважнее?

— Тис, — укоризной в его голосе можно было всю кухню затопить, но меня не проняло.