История будущего (сборник) - Хайнлайн Роберт - Страница 232

Корабль стал на временную орбиту в полумиллиарде миль от Солнца с радиус-вектором, перпендикулярным плоскости эклиптики. Пристроившись таким манером к блину, именуемому Солнечной системой, и довольно далеко от него, они долго могли оставаться незамеченными. Одну шлюпку оборудовали новым приводом Либби; на ней к Земле отправилась группа парламентеров.

Лазарь хотел лететь с ними, но капитан твердо возразил против этого. Лазарь пришел в ярость, и Кинг как мог вежливо объяснил отказ:

— Лазарь, это ведь не группа захвата, а дипломатическая миссия.

— Какого дьявола?! Когда надо, я тоже могу быть дипломатом!

— Не сомневаюсь. Но все же лучше послать человека, который не таскает с собой бластера даже в сортир.

Группу возглавил Ральф Шульц — его знание психодинамики могло решить все. Сопровождали его юристы, военные и инженеры. Если Семьям, паче чаяния, придется отстаивать свое право на жизнь с оружием в руках, то знать, с какой технологией и вооружением придется иметь дело, вовсе не лишне.

Однако в первую очередь следовало подготовить почву для мирного решения проблемы. Шульцу поручили представить к рассмотрению план, по которому Семьям будет дано право колонизировать малонаселенную, отсталую Европу. Учитывая период полураспада активных элементов, возможно, что Европа уже освоена — в этом случае Шульц должен искать пути к компромиссу.

И снова томительное ожидание…

Лазарь грыз ногти от нетерпения. Он публично заверял родичей в бесспорном научном превосходстве Семей, позволяющем дать отпор любому врагу, но про себя, как и всякий здравомыслящий человек, понимал, что прибегает к уловкам, сильно отдающим демагогией: одними знаниями войны не выиграть. Невежественные фанатики средневековой Европы подавили более развитых по культуре мусульман. Архимед был зарублен простым солдатом. Рим пал под натиском варваров. Либби — или кто-нибудь еще — может попробовать изобрести на основе имеющихся знаний оружие, которому невозможно противостоять. Но как знать, чего достигли земные ученые за семьдесят пять лет?

Искушенный в военном деле, Кинг беспокоился не только по поводу техники, но и по поводу потенциального воинского состава. В большинстве своем родичи были кем угодно, но только не солдатами, и мысль о том, как превратить людей, помешавшихся на своей индивидуальности, в некое подобие дисциплинированного подразделения, не давала ему спать по ночам.

Своими страхами и сомнениями Лазарь и Кинг не делились ни с кем — даже друг с другом: оба они опасались возникновения паники на борту. Но они не были одиноки в своих тревогах: половина родичей отлично понимала уязвимость и неопределенность своего положения. Молчали лишь потому, что очень хотели вернуться домой. И мысль о возвращении примиряла с возможными опасностями.

— Капитан, — спросил Лазарь Кинга через две недели после отбытия парламентеров, — а ты не задумывался, как земляне отреагируют на появление «Нью-Фронтирс»?

— Ты о чем?

— Ну, корабль мы ведь захватили, а это пиратство.

— И верно, — удивился Кинг. — Черт возьми! Сколько воды утекло. Знаешь, я уже представить себе не могу, что это не мой корабль, что я попал на него в результате бандитского нападения. — Он мрачно улыбнулся. — Интересно, как там теперь, в Ковентри?

— Пайки небось урезали, — сказал Лазарь. — Ладно, затянем потуже пояса и будем стойко переносить лишения. К тому же нас пока еще не поймали.

— А как ты думаешь, Форда тоже притянут к ответу? Тяжеленько ему придется после всего пережитого.

— А по-моему, беспокоиться нам не о чем, — заявил Лазарь. — Хоть мы и взяли этот корабль без спросу, но воспользовались им прямо по назначению: звезды исследовали. А теперь вернем в целости и сохранности — и к тому же гораздо раньше запланированного срока. Вряд ли они могли ожидать от него большего, когда вкладывали денежки в постройку. А значит, придется посмотреть сквозь пальцы на некоторые шалости блудных сыновей и зарезать упитанного тельца в честь их возвращения.

— Твоими бы устами да мед пить…

Парламентеры опоздали на два дня. От них не было никаких известий до тех пор, пока шлюпка не вынырнула из парапространства у самого корабля. Для связи между пространством и парапространством так и не удалось ничего изобрести. Пока шлюпка подходила к шлюзу, Кинг увидел на экране видеофона лицо Ральфа Шульца.

— Алло, капитан! Как только ступлю на борт, тут же представлю рапорт!

— Кратко: как дела?

— Даже не знаю, с чего начать. Но все в порядке, мы можем возвращаться домой!

— Как? Повторите!

— Все в полном порядке! Мы восстановлены в правах, гарантированных Ковенантом. Дело в том, что теперь все люди являются членами Семей!

— Что вы имеете в виду? — спросил Кинг.

— Они добились!

— Чего добились?

— Средства для продления жизни!

— Не болтайте вздора! Никакого средства не было!

— Это у нас не было! Но они-то думали, что есть! И открыли его!

— Объясните, — настаивал Кинг.

— Капитан, давайте подождем возвращения на корабль, — возразил Шульц. — Я же не биолог. Мы привезли с собой представителя властей — вот он пусть все и объяснит.

6

Кинг принял представителя Земли в своей каюте. Он поручил Заккуру Барстоу и Джастину Футу представлять Семьи и пригласил доктора Харди, потому что суть поразительных открытий касалась именно биологии. Присутствовал и Либби — как старший офицер. И Слэйтон Форд оказался в числе приглашенных, хотя формально не занимал никаких должностей со времени болезни. А Лазарь пришел сам, в качестве частного лица, просто потому, что хотел присутствовать на встрече. Его никто не приглашал, но даже капитан испытывал глубокое почтение к общепризнанным правам старейшего.

Ральф Шульц представил собравшимся посла с Земли.

— Капитан Кинг, командир корабля. Капитан, позвольте представить вам Майлса Родни, уполномоченного Синедриона, чрезвычайного посла. Думаю, последнее наиболее отвечает обстановке.

— Нет, вряд ли, — ответил Родни. — Хотя я, пожалуй, до некоторой степени согласен со словом «чрезвычайный». Ситуация не имеет прецедента. Рад нашему знакомству, капитан.

— Рад видеть вас на борту, сэр.

— А это — Заккур Барстоу, представитель Поверенных в делах Семей Говарда, и Джастин Фут, секретарь Поверенных.

— Добрый день.

— Мое почтение, джентльмены.

— Эндрю Джексон Либби, старший астрогатор, доктор Гордон Харди, биолог, возглавляющий исследования в области геронтологии.

— Рад буду оказаться полезным, — несколько официально сказал Харди.

— Мое почтение, сэр. Значит, вы — главный исследователь. Когда-то у вас была возможность принести пользу всему человечеству. Подумайте об этом, сэр, как все могло бы обернуться. Но человечество, к счастью, смогло раскрыть секрет долголетия без помощи Семей Говарда!

Харди был в недоумении:

— Что вы хотите сказать, сэр? Может быть, вы до сих пор пребываете в бесполезном заблуждении относительно наличия у нас некоего мифического секрета долголетия, которым мы не хотим делиться?

Родни пожал плечами и развел руками:

— Ну, ладно… Ведь теперь вам нет нужды ничего скрывать. Мы сами смогли достигнуть тех же результатов.

В разговор вмешался Кинг:

— Минутку. Ральф Шульц! Действительно ли Федерация до сих пор считает, что наше долголетие основано на каком-то «секрете»?! Разве вы не объяснили?..

— Да это же просто смешно! — отмахнулся Шульц. — Об этом и речи не было! Они добились успехов в продлении человеческой жизни, и мы их в этом смысле больше не интересуем. Да, до сего момента считалось, что наше долголетие — результат каких-то манипуляций, а не наследственности, но я постарался рассеять эти заблуждения.

— Судя по словам Майлса Родни, не слишком-то вы старались!

— Ну, верно… Но это просто не нужно! Семьи Говарда со своим долголетием сейчас никого на Земле не интересуют! Интерес общественности и властей в данный момент вызывает факт удачно совершенного нами межзвездного перелета.