Ты мой выигрыш (СИ) - Шварц Катерина - Страница 28

- Почему?

- Меня заказали, Лиз, отец нанял киллера меня убить.

Если раньше я думала, что испытываю страх, то сейчас поняла, то был просто испуг, потому что сейчас действительно наступил страх. Родной отец нанял киллера для сына? Что же ждет нас дальше? А как же Матвей? Я просто не могу теперь сказать Максиму о нем. Если во всем замешан его отец, значит он знает, где мой сын, и может сделать с ним что угодно. Страх внутри растет все сильнее. Я не могу потерять единственную возможность быть рядом с моим ребенком.

- Хорошо, - говорю я дрожащим голосом, - я согласна.

- Прекрасно, любимая.

Он встает и выходит в коридор. Некоторое время его нет. И это ожидание меня напрягает. Куда он ушел? Почему так долго? И самое страшное — неужели киллер до него добрался? Но вот открывается дверь и входит Максим, а за ним доктор, в котором я узнаю его друга.

- Ты сошел с ума, - говорит врач сердито Максу, - она только в себя пришла, без надлежащего ухода она умрет.

- Я все решу, мне нужно ее забрать, - чуть не ругается Максим. - Я тебе все объяснил, Вась. Помоги, друг.

- Хорошо, - отвечает тот, но все еще недоволен. - Я напишу все лекарства, которые она должна пить и какие уколы ей необходимо делать.

- Понял, все будет хорошо.

- Надеюсь, - Вася смотрит на Максима в упор, - ты давай, будь осторожен.

- Переживаешь? - улыбается Макс.

- Конечно, кому я еще буду мозги вправлять.

Они шутят, а мне плохо от страшных мыслей! На смену страху приходит злость. Ух! Время нашли. Доктор уходит, а Максим помогает мне собраться, сама я не могу: во всем теле жуткая слабость. Когда сборы заканчиваются, он берет меня на руки и несет из палаты. В коридоре стоит его друг доктор.

- Держи, - он дает ему какой-то пакет, - здесь список и немного лекарств на пару дней.

- Спасибо, - Макс берет пакет, словно меня нет на его руках, если что — я позвоню.

- Хорошо.

Мы выходим. Меня усаживают на заднее сиденье. Но точнее сказать — меня укладывают. Макс садится за руль.

- Осталось решить, куда тебя отвезти, - говорит он.

- Отвези меня на кладбище.

Эх, мне бы сейчас фотоаппарат, чтобы запечатлеть реакцию Макса на мои слова: удивление, растерянность, гнев. Он даже повернулся ко мне всем телом.

- Ты что несешь, Лиз? - рычит он.

- Поезжай, - отвечаю ему, а сама улыбаюсь, - по дороге расскажу.

Глава 18. Максим

Чувствую себя зверем, которого медленно, но уверенно загоняют в ловушку. Не дамся! Ни за что не сломаюсь! Теперь мне есть, ради чего жить! Правда из уст Лизы не просто ударила по голове, она мне черепную коробку вскрыла, вытащила мозги, прополоскала и на место поставила. Мне пи***ц как дурно стало. Так накрыло, что хоть в петлю лез. Каким конченным уродом я был! Столько лет просто тупо не мог поговорить с любимой мне женщиной. Нужно было найти немного времени и смелости, чтобы все выяснить, а не жить все эти годы, разрушая себя морально и физически.

В этом дерьме виноват только я. И мне его расхлебывать. В голове только одна мысль — как Лизка смогла меня принять после всего этого. То, что она готова снова быть со мной вместе я понял сразу, родная моя.

Вспоминаю о ней, а на губах улыбка. Дурочка, напугала меня этой просьбой, отвезти ее на кладбище, чуть сам не убил. А, оказалось, что у нее есть прекрасное место, где можно спрятаться — домик старушки. Пожилая женщина приютила Лизу. Спасибо ей огромное.

Лизка рассказала, как с ней познакомилась… До сих пор чувствую, как по коже мурашки толпами бегут — Макс, ты моральный урод, ты свою женщину голыми руками почти в землю вогнал живую, тебе нет прощения. Рычу я сам на себя. Как представлю, как она там на могиле лежит и плачет… так готов обратно в прошлое, в армию, чтобы встать в полный рост и под пули чтобы меня маджахеды всего пулями изрешетили, лишь бы боль ее забрать на себя… Это мой грех, мой крест, мне его до самой смерти нести, а после и на том свете искупать…

Я должен исправить жизнь Лизы… Страшная мысль приходит в голову: жизнь Лизки станет лучше, если я исчезну… Нет! Не могу, я же умру без нее. Задохнусь без своего кислорода… Но она будет жить, дышать, ходить! Значит я должен это сделать! Ради нее исчезнуть!

Выруливаю на пустырь, на котором назначена встреча. В больнице мне пришло сообщение: «Тебя заказали. Встретимся в полдень на пустыре». Я мог бы пропустить это сообщение мимо, но номер, с которого оно мне пришло прекрасно знал.

Владимир Поляев, он же Пуля, был известен многим людям определенного круга, потому что являлся киллером высшего класса. У Вовки был свой кодекс чести, свои правила и законы. Он брался не за все заказы, а только за те, где действительно были виновные. Это многим не нравилось, но с ним считались, иначе… Я пересекался с ним пару раз, но не для того, чтобы нанять его, а просто бывали в одной компании. Если бы он хотел меня убить, сделал бы без предупреждения. Значит что-то не так.

Вовка меня уже ждал. Высокий, молодой, с хорошей спортивной фигурой, он стоял, облокотившись на машину и щелкал орехи. Да, с виду и не скажешь, что это хладнокровный убийца.

- Здорова, будешь? - он протягивает мне орехи.

- Здорова, давай.

Некоторое время мы молчим. Но потом он нарушает тишину.

- Я заказ приму, но убивать тебя не стану, - говорит он.

- С чего такая щедрость? - любопытно же.

- Потому что ты дурак, - отвечает он мне спокойно.

- Я дурак? С чего ты взял? - он меня провоцирует?

- Я тут покопался в грязном белье вашей семьи… Ты что вообще не понимаешь, что твою жизнь разрушил твой же отец?

- Не понимал, - мрачно отвечаю я. - Только теперь дошло.

- Уже хорошо, - с ухмылкой говорит он. - Рад за тебя.

- Это единственная причина? - грублю я.

- Почти. Ты же знаешь — у меня принципы: я не буду убивать детей, заказанных их же родителями, поэтому живы.

- Спасибо.

Вот, б***ь, счастье-то какое! Мне жизнь даровали.

- А сейчас серьезно, Макс, - поворачивается ко мне Поляев и говорит, - времени у тебя мало, так что хватай семью, девушку эту свою и уезжай срочно. Я, конечно, время потяну, но твой отец скоро все поймет. Мне он ничего не сделает, а вот киллера другого точно наймет. И у того не будет принципов, он вас всех поубивает,даже сына твоего. У тебя очень страшный отец.

- Знаю, - от этого слова на зубах скрипит.

- Если помощь с ксивами нужна или еще чем — говори, помогу.

- Не надо, - отмахиваюсь.

- Ну как знаешь.

- Ага, - стою и тупо перевариваю информацию, на душе погано.

Вовка садится в машину и уезжает, а я со всей силы бью по колесу машины ногой. Вот же гадость! Собственный отец меня заказал! Это же бред! Но это не бред, это, сука, суровая реальность. В кармане гудит телефон. Беру трубку.

- Старый, врач у нас, везет ему по нужному адресу, - отчитывается мой начальник службы безопасности.

Хоть одна хорошая новость! Ну что ж, поговорим с «доктором». Еду на заброшенный завод, где меня уже ждут. Доктора никто не трогает. Я сам лично вытрясу с него правду. Мои ребята привязали его к стулу, на голову одели черный мешок. Не смотря на его лицо я понимаю — боится, его всего трясет. Срываю с него черную ткань. Он жмурит глаза, пытаясь привыкнуть к свету. Смотрю на него внимательно. Да его ломает не от страха! Он наркоман! Я таких уже сотни раз видел!

- Закатать ему рукав! - ребята быстро выполняют мой приказ.

Так и есть. Вся мужская рука исколота, на вене живого места нет. Пиз***ц, и это чмо людей лечит? Внутри все закипает волнами. Подхожу к нему вплотную и говорю, глядя в глаза:

- Знаешь меня?

- Нет, - с дрожью в голосе говорит он.

А у меня в голове словно кто-то дергает затвор. Рука сама мгновенно с силой выбрасывается вперед. И, вот уже, это горемыка летит вместе со стулом на бетонный пол. Мои парни поднимают его без приказа — все знают. У этого нарика разбит нос, кровь течет по подбородку, но мне плевать.