Пришелец в семье (ЛП) - Кох Джини - Страница 64

— Да, это гуляш. Джеймс, ты меня слышал?

— Да, ты знаешь, что происходит. Заполняй тарелку, садись и съешь все, что наберешь. Голодная ты нам не нужна. Я хочу, чтоб ты и остальные наелись до отвала прежде, чем начнешь объяснять, что на самом деле происходит, потому что, опираясь на опыт, как только мы услышим твое объяснение, еда с отдыхом уйдут в далекое прошлое.

— Прекрасно, — не могу спорить, потому что это правда.

Наполнив тарелки, втиснулись за столик, куда смогли поставить тарелки. Одну из трех котлет по-киевски сунула перебравшимся под стол пуфам, пусть тоже перекусят. Судя по донесшемуся мурлыканью, им понравилось. Обернувшись, увидела маму за другим столиком. Рядом с ней теперь папа, и мама выглядит намного лучше. Внутри появилось теплое чувство — центаврицы не единственные, кто сходится на всю оставшуюся жизнь.

К нам присоединились Джефф с Кристофером и Гауэром, так что мне пришлось пересесть на колени Джеффа, но я не возражала. Каждый принес кусочек чего-нибудь мясного для пуфов, что хорошо, потому что они съедали свои порции мгновенно. Подошел Чаки с тарелкой, наполненной сырой курицей и та тоже ушла пуфам. Самому Чаки пришлось кушать стоя.

— Я знаю, что происходит, — сказала я ему, прожевывая голубцы. В ресторане «Красная площадь» нашлось кое-что, что я бы назвала «обычной хорошей едой», но они предоставили на блюда русской кухни, и эти блюда оказались отличными.

— Хорошо, — Чаки забрал мою пустую тарелку, ушел и вернулся с уже снова заполненной. И там было все, что мне понравилось. Джефф немного поворчал, но быстро успокоился.

— Кажется, никого не волнует тот факт, что я знаю, что происходит.

— Малышка, мы все проголодались и у нас еще куча времени. Будешь доедать котлету?

— Да, но все равно, забирай, — он быстро ткнул в нее вилкой и котлета исчезла еще быстрее. Джефф редко использует гипер-скорость за едой — все центарийцы с рождения учатся выполнять земные штуки не спеша, медленно, так что, как можно догадаться, он чертовски проголодался. И впрямь, несколько часов подряд мы были удивительно активны. Я переложила на его тарелку последний голубец.

Чаки усмехнулся, ушел с пустой тарелкой, вернулся уже с загруженной, поставил в центр стола.

— На всех.

Голубцы быстро исчезли, и Чаки помахал кому-то в стороне. К нам подошел официант, сумел-таки пробраться.

— Можно сюда принести побольше основных блюд?

— Да, сэр, — кивнул официант и умчался прочь.

— Приятно иметь кого-то в своем распоряжении, — сказал Райдер.

— Заплати за место и время для вечеринки, закажи шеф-повару кучу блюд, чтобы без перерыва поставлял гостям еду и напитки, дабы в любой момент они могли иметь возможность добраться до любого блюда, добавь к этому, что деньги не имеют значения. И все, они исполнят любой ваш каприз, — Чаки украл для меня последний голубец с общей тарелки. — Что-то большое приближается, а я как раз больше тебя, — со смехом сказал он.

— Где Кевин? Спорю, он тоже хочет узнать, что происходит.

— Он рядом с твоими родителями, — сказал Чаки. — Правда вот интересно, куда делась та часть, где мы окружены твоими родственниками на твоей же вечеринке по случаю твоей помолвки?

— Моей неожиданной помолвки.

— Понтифик Уайт, — улыбнулся Чаки, — мистер Мартини старший и я подумали, что это будет уместно. И, опять же, отличное прикрытие. Твоя мама тоже посчитала, что вечеринка облегчит работу ей, так что нас одобрили на президентском уровне.

Я впечатлилась важностью, но тут прибыл официант сразу с четырьмя нагруженными тарелками, и я оказалась слишком занята добычей еды, чтобы задуматься над этим. Парни разобрали все по своим тарелкам прежде, чем официант успел поставить принесенное на стол. Мне удалось уронить на свою тарелку пару голубцов прежде, чем все исчезло, но с картошкой и гуляшом произошла заминка.

— Ты знал об этом? — обратилась к Джеффу.

— Нет. Гуляш будешь?

— Забирай, — я занялась голубцами, посмотрела с оттенком ностальгии на ледяной бар. Именно вот бар, сделанный изо льда, чтобы там в морозе хранились мартини и водка. Мы с Чаки, когда зависли тогда на неделю в Вегасе, приходили сюда каждый день.

— Ненавижу вои мысли, — проворчал Джефф, уводя с моей тарелки картошку.

— Просто иногда хочется пропустить рюмочку.

— Так пропусти.

— Ну, конечно. Думаешь, хочется рисковать убить тебя? Или, что еще хуже, утратить способность тебя целовать?

— Ладно, — он улыбнулся, — обожаю твои мысли, — он поцеловал меня, после чего мигом покончил с моей порцией картошки.

Я немного огляделась.

— Чаки, как моя семья оказалась здесь? В смысле, здесь все мои кузены, а не только тети, дяди и бабушки с дедушками. Не хватает только детей до восемнадцати, потому вижу всех, кто старше. В баре. Пьют, — им повезло. Хотела бы поговорить с теми, кому меньше двадцати одного, но ведь они знают, это из-за того, что я сама не пью, а потому запросто пропустят мои нотации мимо ушей.

— Кажется, их позвали бабушки с дедушками, — он пожал плечами. — Наверное, им стало неловко, что не до сих пор не знают никого из семьи Мартини. Но, как только познакомились, убедились, что Альфред с Люсиндой, похоже, верят, что вы двое поженитесь, все превратилось в какой-то снежный ком. Чем больше прибывало людей из твоей семьи, тем больше родственников зазывала и Люсинда.

— Ха, — большая часть моей семьи живет на Западе, потому большинству добраться сюда вообще без проблем, без долгих перелетов и даже долгих поездок. Правда, некоторые, все же, прибыли издалека. — Какой сегодня день?

— Четверг, — Чаки пристально всмотрелся в меня. — Когда ты спала последний раз?

— Понятия не имею, — в мозгу зашумело. — Думаю, знаю остальную часть заговора.

— Прекрасно. Что у нас на десерт? — Джефф закончил с содержимым моей тарелки.

— Да, — Чаки сделал знак и тут же появились два официанта, нагруженные тарелками с пирожными и прочим десертом. Некоторые я даже распознать не успела, потому что мужики их съели прежде, чем мне удалось присмотреться к ним. Прекрасно. Мне понравились пирожные. Я кинула парочку на свою тарелку, прижала к груди.

— Никому нет дела до того, до чего я додумалась, — пожаловалась я кусочку пирожного.

— У нас есть до этого дело. Будешь это есть?

— Нет, Джефф, сохранила его для тебя, — Джефф проигнорировал сарказм и слопал пирожное.

— Спасибо. Рейнольдс, позови официантов, ладно?

— Боже, никогда не видел, чтобы вы, ребята, так ели.

— Китти, мы не ели уже двадцать четыре часа, — терпеливо пояснил Гауэр, снимая пробу с новых блюд, принесенных официантами. — Кстати, Эйс говорит, что очарован тем, о чем ты догадалась и терпеливо ждет, когда мы закончим, чтобы ты смогла поделиться с нами своей находкой.

— Ну, хоть кого-то это волнует.

— Он говорит, что у нас еще есть время плотно поесть, — добавил Гауэр, приступив к чему-то, напоминавшему немецкий шоколадный торт. Понятия не имею, что это на самом деле, эти блюда я даже разглядеть не успевала.

Наконец, мужики, похоже, насытились, и под этим я имею в виду, что начала распознавать некоторые блюда на тарелках прежде, чем они исчезали. А потом услышала то, что мне совершенно не понравилось.

— Внимание всем! — крикнул дедушка Дом. — Мы должны произнести тост!

— О, нет. Пожалуйста, не надо.

Пуфы с едой тоже закончили, я их переложила в сумочку, чтобы можно было сбежать сразу, как только понадобится.

— О, расслабься, — сказала Джефф, доев последний кусок торта и откинувшись на спинку стула. Притянул меня к себе. — Это же интересно.

— Неужели? — я-то знаю, на что похожи тосты в моей семейке. Долго. Подробно. Неловко.

И тут от выяснения, насколько все может быть плохо, меня спас подошедший центавриец. Выглядит знакомо, только я почти уверена, его все это время не было на вечеринке.

— Коммандер Мартини? — голос центаврийца напряжен, и я почувствовала, как мы все перешли с расслабленного состояния к тревожному.