Пришелец в семье (ЛП) - Кох Джини - Страница 95

— Ага.

— Только что почувствовал себя обделенным и глупым, — сухо сказал Джефф.

— Могу предположить, что у Наоми и Эбигейл Гауэр есть сила, о которых никто никому пока не рассказывал. Правильно?

— Правильно, — Кристофер осмотрелся. Я тоже. Никто на нас не обращал особого внимания.

— У Наоми есть талант, как у Пола, но он существенно отличатся. Так же, как талант Серин визуалиста с расширенными возможностями. Наоми не только умеет читать сны и воспоминания, она также может менять их.

— Ничего себе. Это же страшный талант.

— Если позволить развиваться ему бесконтрольно, да.

— А у Эбигейл мутация... есть? — взволнованно поинтересовался Джефф.

— Джефф, мы же не Люди Икс.

— Чем дальше, тем больше похоже, — сказал подошедший к нам Чаки. — Не то, чтобы я возражал.

— Да, знаем, — вздохнул Кристофер. — Великий день для ЦРУ.

— Эбигейл? — командирским голосом спросил Джефф.

— Ей не нужен имплант для воздействия на газ. Комбинация сновидение-визуализация. Она просто оперирует ими без посторонней помощи. Еще она может воспринимать мысли, но чувствует их как эмоции, эмпатию, но не совсем точно. Она может уловить гневную мысль, потому что сама почувствует гнев, если будет находиться рядом с таким человеком, — немного обеспокоенно рассказывал Кристофер.

— Наверное, в период полового созревания им было весело.

— Их контролировали, — еще более обеспокоенно ответил Кристофер.

— Кто?

— Они понятия не имеют, — Кристофер покачал головой. — Они только знают, что когда были маленькими девочками, им кто-то помогал. Кто точно, они не знают, никогда этого человека не встречали, но думают, что это был мужчина. Хотя не уверены.

— Готова поспорить, если спросим у Серин, узнаем то же самое.

— Наверняка, — с живостью в голосе откликнулся Джефф. — Значит, Эбигейл меняет все, что друзья и родственники Китти увидели и еще увидят?

— В каком-то смысле, — пожал плечами Кристофер. — Если Эбигейл замечает человека, который боится, злится и все такое, Наоми меняет его воспоминания. Девочки хорошо работают на пару.

— И как долго ты их проверял и мне не говорил? — счастливым сейчас Джефф не выглядит.

— Пару месяцев, — Кристофер пожал плечами. — Джефф, ты был слишком отвлечен.

— Чем же?

— Женитьбой на Китти, — кашлянув, сказал Кристофер.

— Ох.

— Мы хотим провести несколько тестов, — сказал Чаки. — Стандартных тестов на эмоциональную и умственную устойчивость и долговременное воздействие как на них самих, так и на людей с измененной памятью.

— Подожди, — сказала я, — получается, мы до сих пор не знаем результатов? Ты хочешь использовать членов моей семьи в качестве части какого-то эксперимента?

— И да, и нет, — Чаки устало прикрыл глаза. — У тебя есть выбор: мы можем позволить девчонкам Гауэр делать свое дело или можем нарушить правила безопасности, из-за чего мы вчетвером вместе с твоей мамой явно не будем в восторге. Судя по тому, что мне рассказал Уайт, тесты, которые они уже прошли, были довольно всеобъемлющи, мы просто хотим быть уверенными.

— ЦРУ не имеет права испытывать в чем-либо ни одного нашего человека, — Джефф сказал это так, словно собрался вот-вот разозлиться и остановиться на яростной отметке.

— Слушай, — Чаки предупреждающе поднял руку. — Это уже обсуждалось прежде, чем мне пришлось взять под свой контроль «Центуарион». Устроить скандал, начать кричать по всем каналам? Мое начальство устроит так, чтобы я продолжал держать «Центуарион» под контролем. Так что заткнись и позволь нам, с твоего разрешения, продолжать проводить тесты с твоими людьми. Все останутся довольны и уверены, что «Центурион» умеет крутить другими людьми так, что никто не заметит, как контроль вернется в твои руки.

— Мы тебе не доверяем, — покачал головой Джефф.

— Джефф, он хоть раз соврал тебе в чем-нибудь? Можешь не доверять ЦРУ. С этим я могу согласиться. Но не доверять Чаки больше похоже на то, чтобы пинать парня, который не сделал тебе ничего плохого, только из-за того, что ты это можешь. Конечно, если он на самом деле злюка, а мы с мамой уже пятнадцать лет как не можем этого заметить, мы бы с тобой не смогли отправиться в медовый месяц, а ты не мог бы сейчас противостоять ЦРУ.

— У меня есть работа, — глубоко вздохнул Джефф.

— Да, Джефф, есть. И сейчас она в том, чтобы ты женился на Китти и отправился в свадебное путешествие. Моя же работа в том, чтобы прикрывать твою, когда ты в отпуске или занят другими делами, помнишь? — несколько раздраженно, но не так, чтобы очень, высказался Кристофер.

— О, прекрасно, — проворчал Джефф. — Мог бы поделиться этим наблюдением в любое другое время, но не сейчас.

— Потому что это важно прямо сейчас, — отрезал Кристофер и взглянул на меня. — Так что не волнуйся, что у друзей и родственников вдруг окажутся разные воспоминания. У всех будет одно и тоже: как они поздравляли тебя, удачно выходящую замуж за отпрыска Мартини и Росси. У остальных будет стоять установка не говорить ничего лишнего о семье Джеффа, кроме как приятное в неопределенных, земных терминах.

— Надеюсь, сработает. Клаудия с Лоррейн уже разболтали сестренкам из женского клуба, что я женюсь на целой королевской семье.

— Если они поверили и довольны такой историей, — Кристофер пожал плечами, — Наоми с Эбигейл узнают. Если нет, всегда остаются Мартини и Росси.

— Ненавижу быть королевским отпрыском, — проворчал Джефф.

— Прикрытие лучше, чем пришелец из космоса, — сказал Чаки. — И с политической и по здравому размышлению.

Джефф уставился на Чаки. Я вздохнула.

— Чаки прав. Джефф, ты уже закончил дуться, топать ногами и пытаться испортить мой классный девичник?

— Полагаю, да.

— Ты должна продолжать вечеринку, — кивнул Кристофер. — А мне предстоит провести с Джеффом всю ночь.

— Готова поменяться.

— Как будто Джеймс допустит такое, — фыркнул Кристофер и оглянулся. — Где, кстати, наш сержант?

— Руководит фотографами, — Чаки, похоже, еле удерживается, чтобы не рассмеяться.

— Какими такими фотографами? — я за все это время не увидела ни одной вспышки.

— Ты была слишком увлечена концертом и поцелуями, чтобы их заметить, — теперь уже не сдерживаясь, засмеялся Чаки. — Ох, как здорово быть рок-звездой в любом возрасте. Выходишь на сцену с гитарой и смотришь, как женщины падают в обморок.

— Нас фотографировали целующимися?

— Да, — с широкой улыбкой ответил Кристофер. — Довольный Джефф все это время носил тебя, а ты слишком долго демонстрировала открытые ноги.

— Слишком долго, — кивнул Чаки с еще большей ухмылкой.

— Мои руки прикрывали все, что вам нельзя видеть, — пожал плечами Джефф.

— Надеюсь.

— Вся правда вылезет наружу в фотолаборатории, — подмигнул Чаки. — Я заплатил фотографам.

— О, великолепно, — я пристально всмотрелась в хитрое лицо Чаки. Он определенно упивается своей шуткой. — Ох. Ни за что. Это тот самый фотограф, о котором я подумала?

— Да, — вновь широко ухмыльнулся Чаки. — Мы хотели, чтобы хотя б один сумел избежать твоего внимания и, одновременно, смог тебя фотографировать.

— Вы с Джеймсом, случаем, сейчас не под кайфом?

— Нет, — засмеялся Чаки. — Мы дали эксклюзив «Еженедельным мировым новостям». Команда Уайта кое-что в фотографиях поменяет, остальные папарацци сюда не допускаются, потому что их сюда уже не пускают люди из «ЕМН» и здесь не происходит ничего такого, что даст кому-нибудь повод думать, что центаврийцы что-то совершенно другое, чем то, о чем мы утверждаем.

— Я могу оценить великолепие выбора одного набора папарацци, чтобы не пускать сюда остальных, но мистер Джоэл Оливер, как всем известно, фотожурналист. Как мы гарантируем, чтобы его журналистская часть не вышла из-под контроля?

— Никто ему не верит, Китти, — пожал плечами Кристофер. — И, честно сказать, безопаснее держать его рядом, потому как можем следить, что он фотографирует и с кем разговаривает, — он поморщился. — Мы с Рейнольдсом и Джеймсом пошли на риск с фотографом по тем же причинам, по которым наши родители пошли на риск, рассказав всем, собравшимся на свадьбу, кто и что мы на самом деле.