Инструкция: перевоспитать бабника (СИ) - Светлая Лана - Страница 26

Глеб, словно нехотя, посмотрел на Пашу. Обвёл того взглядом, полным превосходства, которое он даже не пытался скрыть.

— Мы, помнится, уже встречались с вами, молодой человек, у квартиры Жанны, — с ленцой в голосе первый из мужчин заговорил Глеб. Презрительное «молодой человек» даже мне не понравилось — даже не могу представить, что чувствует сейчас Паша!

Как бы я не относилась к своему бывшему молодому человеку, но такого он точно не заслуживал со стороны Глеба. Одно дело — показать тому, кто сейчас занимает главное место в моей жизни, и совершенно другое — ещё и унижать при этом парня.

Пора заканчивать этот балаган, который демонстрирует тут мой нынешний парень!

— Милый, — обратилась с улыбкой к Глебу. — Подождешь меня в клубе? А мы сейчас договорим с…Пашулей, — кислое выражение лица при имени соперника Глеб даже не пытался скрыть. — И я присоединюсь к тебе. Ты же не против?!

Свой последний вопрос я посчитала риторическим, так как была полностью уверена в том, что Глеб согласится с моим предложением. Поэтому со спокойной душой и вполне себе так уверенно стала поворачиваться к Паше, отстраняясь от Глеба.

Полным шоком стало то, что меня притянули назад — и притом, ещё крепче — со словами, произнесенными спокойным, но очень твёрдым голосом:

— Очень даже против.

— В каком смысле? — довольно растерянно произнесла я.

Согласна — вопрос тупой, но ничего более умного мой мозг в тот момент не мог выдать. Мне-то казалось, что реакцию Глеба на то или иное событие я могу предугадать с точностью до девяносто девяти процентов.

И то, что он реагировал иногда совершенно не так, как я предполагала в своей голове — вводило меня в небольшой ступор.

Да что там в ступор — я начинала сомневаться уже в том, что я, вообще, понимаю этого мужчину.

Это напрягало! Сильно!

— В самом прямом, — довольно меланхолично ответил мне Глеб. Посмотрел мне в глаза — во взгляде всё такое же спокойствие, что и в голосе, но решимость, которую я там тоже видела, подсказывало, что не будет по-моему.

— Глеееб, мне нужна одна минутка наедине с Пашей, — сделала я ещё одну попытку. — А потом я…

— Нет! — перебил меня Глеб, даже не дослушав. — У тебя же нет от своего молодого человека — то бишь меня — каких-то секретов?! Можете при мне договаривать всё, что вы там хотели друг другу сказать. Обещаю, я буду нем, как рыба.

И этот засранец, как ни в чём не бывало, отвернулся от меня и от Паши, и стал рассматривать что-то за спиной бывшего. И вид-то при этом был такой — казалось, он ничего более интересного до этого в своей жизни не видел. Позёр хре…

Таак…ладно! Не хочешь по-хорошему, Глебушка, будет по-плох…по-моему, короче, будет!

— Паш, — я смущенно улыбнулась, словно извиняясь за Глеба. — Давай я тебе перезвоню на днях и мы договорим, хорошо? Надеюсь, хоть ты-то не против?

Тело Глеба при моих словах напряглось, а лицо застыло, словно маска. В отличии от Паши, который ехидно заулыбался и практически торжествующе посмотрел на Глеба.

Понимаю, что сейчас веду себя не как взрослая женщина двадцати пяти лет, да и надежду какую-никакую Пашуле невольно даю, но злость на Глеба была слишком сильной, чтобы что-то сейчас переигрывать во всей этой ситуации.

Я представила, как мне это может аукнуться в наших с Глебом отношениях в целом, и даже это не заставило меня отказаться от своих слов.

— Нет, не против. Буду ждать от тебя звонка, — кивнув мне на прощание и проигнорировав Глеба, Паша ушел.

Только тогда меня соизволили выпустить из объятий со словами, сказанными довольно зловещим тоном:

— Милая, это что сейчас было, я не понял?!

— Вот и я хотела бы знать — что сейчас произошло! Тебе было сложно подождать меня в клубе, пока я говорю с Пашей?!

— То, что не Пашуля, уже радует! — съязвил Глеб, прожигая меня взглядом. — Ты даже представить себе не можешь — в какой сейчас я ярости!

— О-о-о, вполне себе могу! Сама в таком же состоянии!

— Я так понимаю, это наша первая крупная ссора в статусе пары! И что-то мне подсказывает, что она будет долгой и громкой, так что предлагаю найти спокойное и безлюдное место в клубе, чтобы нам никто не мешал!

Он прав, как ни крути! Разборки, как я поняла, предстояли «веселенькие» — можно сказать, с песнями и плясками — поэтому обойдёмся без свидетелей, которые у нас точно появятся, если мы останемся тут, на улице.

— Отлично! — гордо задрав голову, я покрепче прижала к себе букет от бывшего и направилась к двери в клуб.

Когда я поняла, что Глеб направляется в клубе в сторону кабинета моего начальника, даже не удивилась.

Шла за ним, обдумывая и выстраивая план нашего разговора. Одновременно, пыталась успокоиться.

Получалось так себе, если честно!

— А, чёрт! — раздалось рычание Глеба, который замедлил шаг. Что чуть не привело к тому, что я практически впечаталась ему в спину.

Недоумевая, что могло случиться, я выглянула из-за его спины, пытаясь понять, что его так разозлило.

Увиденное чуть не заставило меня рассмеяться — возле кабинета Демона стояли пять или шесть девушек. Я так понимаю — соискательницы работы в клубе, которые были найдены и направлены на собеседование именно благодаря моему парню!

— Здесь можно где-нибудь спокойно поговорить, чтобы нам не помешали? — останавливаясь и поворачиваясь лицом ко мне, спросил Глеб.

Даже не удосуживаясь ответить, я направляюсь в сторону кабинета Славика — именно туда, где мы переспали в первый раз. В это время, я точно знала, он тут не появляется — находится в нашей гримерке и следит за приготовлениями.

— С чего начнем? — спокойно начала я «разбор полётов», когда мы зашли в вотчину нашего администратора.

Дошла до стола и повернулась к Глебу лицом. Прислонилась к тому, практически усаживаясь своей пятой точкой на него.

— С того, что ты сейчас же выкинешь этот веник, и с того, что пообещаешь — никаких звонков ни завтра, ни послезавтра, ни когда-нибудь ещё в будущем…Пашуле! — Глеб приблизился ко мне вплотную.

— А не фиг было вести себя, как…как… — не могла подобрать я слов его поведению. Спокойно и аккуратно кладу букет на край стола. — Может ты мне объяснишь, что это сейчас там было?!

— Что было?! — довольно зловеще проговорил Глеб, понижая голос. — Что было?! Жажда закатать его в асфальт прямо там — вот что это было!

— А что так? — с иронией в голосе спросила я, приподнимая брови, якобы, в недоумении. — Знаешь, очень это на ревность смахивает. Тебе не кажется?

— Кажется! Ещё как, кажется! — прорычал Глеб, прежде чем рвануть ко мне ещё ближе. Хотя, куда уж ближе!

Я впечатана в его тело. Быстро и сильно.

Мои губы начинают гореть от его действий — укусов и посасываний. Пальцы Глеба, казалось, прожигают одежду, оставляя ожоги на коже, которые горят и ноют.

В крови бушует жажда, которую хочется утолить. А как это будет — быстро или медленно — уже неважно.

Меня подхватывают под попку и усаживают на стол, вклиниваясь между ног — раздвигая их настолько широко, что их сводит судорогой.

Вот только, мне всё равно. Адреналин, бушующий в крови, заставляет не обращать внимание на такие мелочи, как неудобство и боль.

Никогда не думала, что могу завестись так быстро. Без всякой там прелюдии в виде ласк и поцелуев.

Нет никакой прелюдии, да она нам, впрочем, и не нужна.

Глеб, не снимая ни одной части одежды на мне, задирает платье и отодвигает в сторону полоску моих трусиков. Два пальца без всякой подготовки входят в меня на всю длину, заставляя застонать и впиться пальцами ему в плечи. И их, от следов моих когтей, спасает только то, что на нём тоже вся одежда на месте.

Пальцы Глеба внутри меня двигаются во мне всего лишь несколько секунд, словно подготавливая к чему-то большему.

Вот только, мне не нужна подготовка — всё уже готово!

Звук расстегивающейся молнии на джинсах Глеба перекрывает все остальные звуки, заставляя меня прикусить его нижнюю губу до крови, от нетерпения и понимания, чем именно сейчас сменяться пальцы.