Сплетение теней (ЛП) - Мари Аннетт - Страница 20

Он не этого ожидал.

— Мне? — его голос дрогнул.

Клио сжалась над растением, щеки пылали.

— Я думала… я не знаю, как у тебя все сложится после… но ты, наверное, будешь вот так жить в городах, а они гадкие, без травы или деревьев, так что… оно лечебное, им можно обрабатывать порезы, и оно крепкое, так что небе не придется переживать, что оно зачахнет, и оно маленькое, так что ты сможешь взять его с собой и… и я подумала, что тебе придется часто менять места в поисках решений, и было бы приятно брать с собой что-нибудь знакомое… что-то, что добавит жизни в… новое…

Дождь все лился, журчание заполняло тишину между ними. Он смотрел на нее, лишенный дара речи, не мог подобрать слова. Не мог ответить. Он не знал, что сказать.

Не знал, что чувствовать.

Она взглянула на него и сжалась еще сильнее.

— Знаю, это глупо. У тебя будет достаточно важных проблем, и носить с собой растение будет неудобно. Это было глупо…

— Ты выбрала его для меня? — он не хотел перебивать ее. Вопрос вылетел сам, в голосе звучали смятение и потрясение.

Она посмотрела на него, хмурясь.

— Да?

Он посмотрел на маленькую лозу, будто впервые. Ее стебелек изящно изгибался вокруг столбика, острые зеленые листики блестели синим в тусклом свете. Маленькое, простое, но с тихой красотой.

Он не мог толком вдохнуть. Почему так болела грудь? Что за вес давил на него? Она выбрала для него растение. Пустяк. Просто растение — живой сувенир, немного тепла и жизни, чтобы это было при нем, куда бы он ни пошел. Это было важно для нее, и она надеялась, что он сбережет подарок.

Но она убедила себя, что он не захочет это, и смотрела на него с уязвимостью во взгляде и морщиной на лбу, ожидая отказ.

Все его силы уходили, чтобы не шевелиться, держать руки по бокам, не тянуться к ней. Потому что он не знал, что сделает, если коснется ее. Потому что он хотел дотронуться до нее больше всего в жизни.

Он хотел коснуться ее, но не ради его или ее наслаждения. Он хотел коснуться ее, потому что что-то горячее и болезненное сдавило его грудь и мешало дышать. Он хотел поцеловать ее медленно и нежно, пробовать ее, познавать ее, создавать связь между ними, чтобы понять эту странную боль. Он хотел держать ее и никогда не отпускать.

Лир хотел ее так сильно, но еще ни разу не ощущал эту сторону желания. И он боялся.

Не думая, он поднял руку, словно ею управляла невидимая сила, словно у Клио была афродизия, и она влекла его к себе.

Его пальцы задели ее нежную щеку, ее кожа была теплой от ее румянца и в каплях дождя. Он нежно провел пальцами к ее шее, его ладонь обхватила ее шею. Он провел большим пальцем от ее челюсти до уголка рта.

Лир собирался поцеловать ее. Хоть он знал, что не должен. Хоть это было глупо и опасно для них обоих. Он не мог удержаться.

Лир не успел склониться и поймать ее губы своими, холодная дрожь пробежала по его спине, стала осколками льда. Он напрягся, инстинкты кричали на него.

Они были не одни.

Не убирая ладонь с шеи Клио, Лир прислушался. Темная улица тянулась в стороны от них, скрытая ливнем, свет редких фонарей отражался от луж и не помогал видеть.

— Лир? — прошептала Клио с тревогой.

Он искал угрозу и молчал. Страх пронизывал его все сильнее, граничил с паникой. Он снова осмотрел улицу, искал источник опасности.

И увидел его. Не скрытый, а на виду. Следящий. Ждущий.

В конце улицы, в пределах его ограниченного поля зрения, стояла темная фигура. Ноги широко расставлены, оружие выпирало на силуэте, руки были скрещены. Дождь лился вокруг наблюдателя, но он не вздрагивал. Ждал.

Ждал, пока его заметят.

Сердце Лира колотилось о ребра. Он знал этот силуэт, как и ледяной холод в теле.

Эш.

Эш нашел их.

Когда Лир посмотрел на него, дракониан пошевелился. Он вытащил из-за плеча длинный изогнутый меч. Свет тускло сиял на клинке, деймон поднял его в позиции готовности. И ждал.

Страх Лира рассыпался, включились инстинкты выживания.

Почему Эш ждал? Зачем раскрыл себя? Почему пожертвовал элементом неожиданности? Если бы он сразу напал, мог бы убить Лира и Клио одним ударом, не рискуя собой.

«Почему, Эш?» — ему хотелось кричать эти слова в расстояние между ними. Он знал, что переговоров не будет — меч ясно это показал. Он раскрыл себя не просто так, и это была не доброта — напасть на Лира открыто, не убив его из засады.

Справедливого боя между теми, кто учился биться на тренировочных землях Аида, быть не могло. Но что тогда?

— Лир? — снова прошептала Клио и начала поворачиваться.

Меч Эша двигался, свет вспыхивал на клинке.

Лир сжал ладонь на Клио, удерживая ее, и холодное осознание наполнило его.

— Зачем тебе нужно найти ее?

— Все тут гадкое. Этот город. Деймоны в нем. Мы. Мы черные от грязи этого места. Она — нет. И я не дам им испортить ее. Я не хочу, чтобы она закончила как мы.

Лир вспоминал темную крышу, где они обменялись этими словами пару дней назад. Он помнил каждое слово, каждый миг, так что помнил и Эш.

Их с Эшем души были черными от тьмы Асфодели. Но у Клио — нет.

Лир сжал Клио и приготовился к предательству. У него не было выбора. Он не упустит шанс, что Эш дал ему. Он отогнал слабые эмоции и выпустил инстинкты. Резкая агрессия пронзила его.

Он сбросил морок.

По телу пробежало мерцание. Клио охнула. Лир поймал ее лицо ладонями, прижав их к щекам. Прикоснулся.

Он посмотрел ей в глаза. Поймал ее взглядом.

— Клио, — проворковал он, используя гипнотизирующие тона полного облика инкуба. Голос.

И он обрушил на нее заряд магии соблазнения.

Клио выгнулась, рот раскрылся, зрачки расширились. Прикосновение, взгляд, голос — три условия, что усиливали силу афродизии до максимума. Его магия смела ее волю, оставила ее беспомощной.

— Беги, — приказал он, сила гудела в голосе, взгляде, прикосновении. — Беги к станции метро. Не останавливайся. Не возвращайся.

Она смотрела на него пустыми глазами, дрожала от его магии.

Лир отпустил ее и отпрянул на шаг.

— Иди!

Горшок выпал из ее рук и разбился об асфальт. Она сломя голову побежала по улице. Клио не замирала, не оглядывалась, быстро пропала за углом, направляясь к станции метро и относительной безопасности рынка надземников.

Лир медленно выдохнул. Он говорил Клио, что Эш не знал пощады, но это… это была его пощада. Он дал Лиру шанс спасти Клио.

Лир взглянул на лозу, примятую дождем, осколки горшка валялись на тротуаре, и ливень уже смывал землю. Он не позволял себе чувствовать, сожалеть, страдать. Он не давал себе думать, простит ли его Клио.

Скорее всего, он будет мертв раньше, чем его афродизия рассеется вокруг нее и даст ей понять, что он сделал… и почему.

Глава одиннадцатая

Лир сошел с крыльца и активировал чары защиты в цепочке на шее: одни для магической защиты, другие — для физической. При этом он вытащил из-за пояса перчатку лучника с тремя пальцами и надел ее.

Дождь лил стеной, Лир повернулся к темной улице, где стоял Эш… но улица была пустой.

«Проклятие».

Он снял лук с плеча и вытащил три стрелы из колчана. Он вложил первую, паника ударила его, как волна океана. Ужас терзал его разум, замораживал тело, словно цепи льда сковали его конечности.

Если бы он впервые столкнулся с паникой, вызванной драконианом, он бы тут же умер.

Он вырвался из паралича и развернулся, поднял лук. Из дождя и тьмы развернулись широкие крылья, Эш падал с неба.

Лир выпустил стрелу, их разделяли дюжина футов. Эш повернулся, стрела пронеслась мимо его горла, не попав лишь на дюйм. Он рухнул рядом с Лиром, чудовищный клинок в руке уже кружился. Лир отскочил от него и вложил вторую стрелу.

Все противники Лира, столкнувшись с лучником, обычно быстро отступали.

Эш вместо этого бросился вперед. Он схватил лук, наконечник стрелы гремел о броню на его перчатке. Он толкнул лук вверх, заставляя Лира открыть защиту. Эш взмахнул жутким мечом, клинок сиял в дожде.