Сплетение теней (ЛП) - Мари Аннетт - Страница 55

Эш выхватил меч из ножен. Лунный свет сверкнул на стали, он молниеносно ударил им.

Кровь вылетели из-под капюшона ближайшего жнеца.

Клинок летел дальше по дуге, второй деймон не успел отреагировать, и лезвие пронзило его грудь. Эш довел меч до его плеча, повернул рукоять и вытащил меч. Он стряхнул с клинка кровь, а потом убрал меч в ножны.

Жнецы упали на землю, их оружие выпало из рук.

Непослушание. Измена. Эш будто пробовал вкус этих слов на языке, а потом отмахнулся от них так же легко, как от жизней жнецов.

Он подобрал лук, лежащий возле его ног, сжал его пальцами. Хорошее оружие, которое использовали, о котором заботились. Он повесил его на портупею на спине, а потом повернулся к Лиру и его спутнице-нимфе. Схватив нимфу за повязку на груди, он вытащил ее из чаши и закинул себе на плечо. Он схватил Лира за лямку колчана и вытянул инкуба из фонтана. Вода в чаше плескалась, смешиваясь с кровью.

Он нес нимфу и тащил Лира по парку к лесу. Он замер и повернулся к фонтану, мертвые жнецы и тела окружали его. Медленно вдохнув, Эш поднял руку и сжал кулак.

Сила поднялась в нем, обжигая нервы, потекла по руке и собралась в кулаке. Воздух вокруг Эша шипел.

Он раскрыл пальцы, черный огонь вырвался из его ладони. Темное пламя терзало тротуар, поглощало все на своем пути. Красно-оранжевый огонь вспыхивал там, где его драконье пламя поджигало все, что можно было, и расплавляло остальное.

Он опустил руку и смотрел на трещащий огонь, что очищал место боя и убирал тела. Следы смерти пропадут, а с этим и знак того, что было обрушено нечто ужасное.

Чары, что могли бесконечно расширять свою силу. Стирать магию целой армии деймонов. Которым хватало сил стереть лей-линии.

Некоторую магию было слишком опасно выпускать. Некоторая магия не должна была существовать. И такую силу должно быть невозможно создать.

И она не могла попасть в лапы Аида.

Черный огонь угас, а обычное пламя голодно растекалось по ковру мертвых листьев под деревьями. Эш схватил Лира и поднял его. С инкубом на одном плече и нимфой на другом он отвернулся от горящего парка и ушел в ночь.