Темное зеркало (СИ) - Патни Мэри Джо - Страница 8

— Что мисс Уитон со мной сделала? Это было ужасно.

— Говорят, магия не работает в Лэкленде, но это не совсем так, — сказала девушка. — Люди с очень сильной магией сохраняют немного, и мисс Уитон блокирует это. У тебя было много магии, раз ты это так ощутила.

Тори прикусила губу, не желая верить, что была так сильна.

— Раз теперь у меня нет магии, я исцелена? Я могу вернуться домой?

Элспет покачала головой.

— Ты не исцелена. Если ты покинешь земли аббатства, почти вся твоя сила вернется сразу же, и подавляющие чары мисс Уитон скоро пропадут.

Тори растерянно сказала:

— Она должна быть очень сильной, чтобы подавлять магию учеников, когда аббатство блокирует магию.

— Она может сопротивляться приглушающему эффекту Лэкленда, — объяснила Элспет. — Ей нужно это, чтобы оценивать учеников и учить управлению магией.

— А у мальчиков есть такой учитель, как она?

Элспет кивнула и открыла дверь в конце коридора.

— Да. Мистер Стефенс. Он и мисс Уитон были учениками Лэкленда. Они решили остаться и помогать исцелять других. Очень благородно, — в ее голосе был неприкрытый сарказм.

Они остановились у сада. Крытые проходы окружали двор со всех сторон, чтобы ученики были защищены в дождливую погоду.

— Это центр школы девочек, — сказала Элспет. — У мальчиков все так же.

Тори смотрела на древние каменные стены. Яркие клумбы цветов и тихо журчащий фонтан в центре двора складывались в милый и спокойный сад.

Но все в этой школе были тут против своей воли. Все были в плену, пытались найти выход. От этого она сильнее ощущала давление.

— Как ты это терпишь? — выпалила она. — Я прибыла меньше часа назад, но уже хочу уйти.

Элспет вздохнула.

— Вытерпеть можно почти все. Даже Лэкленд, — она указала налево. — В той стороне классы, а жилые комнаты справа. Учителя живут в другом здании. В секции напротив общие комнаты для учеников — столовая, библиотека и кухни.

— Каким предметам учат, кроме управления магией? — спросила Тори, пока они шли по саду.

— Тут есть разные курсы. Зависит от образования прибывшей девушки, — глаза Элспет заблестели. — А еще будут оценивать по дамским «достижениям», вроде музыки, рисования и вышивания.

— Все, что делает девушку более пригодной для брака, полезно, — согласилась Тори. — Особенно, когда магия делает нас менее желанными.

— Брак — не единственный путь для женщины, — спокойно сказала Элспет.

Тори смотрела на нее так потрясенно, что не знала, что ответить. Брак был целью всех нормальных женщин, хоть это не всегда достигалось.

Конечно, Элспет не была нормальной. Многие назвали бы так и Тори.

— Почему ты тут так долго?

— Хочешь узнать, чтобы не повторить мои ошибки? — спросила Элспет с мимолетной улыбкой.

— Точно, — Тори не улыбалась.

— Миссис Грайс говорит, что я несговорчивая, — бледно-зеленые глаза Элспет сузились, как у кошки. — Она права. Но они не смогут держать меня тут, когда мне исполнится двадцать один. Это не тюрьма. Не совсем.

Смех донесся сверху, вниз что-то полетело. Тори отскочила.

— Осторожно!

Элспет быстро подняла руку. Предметы были отражены и упали на траву в ярде от нее. Они оказались шестью яйцами, которые теперь были разбиты.

Тори никогда не видела магию в действии, и ей было не по себе. Конечно, все на ярмарке боялись того, что она сделала.

— Почему в нас бросают яйцами?

— Не переживай, не в тебя, — сказала спокойно Элспет. — Меня любят не во всех частях школы.

— Ты защитила нас магией, — Тори задумалась, могла ли она так же. Ей нужно…

Нет! Ей нельзя о таком думать.

— Ты, наверное, очень сильный маг, раз используешь тут магию.

— Да, — Элспет провела пальцами по воде, проходя мимо фонтана. — Моя сила тут уменьшена, но от летящих яиц я защититься могу.

— С тобой могут сделать что-то хуже?

— Они не посмеют. — Элспет шла дальше по саду.

Тори не хотелось делать Элспет врагом.

— Почему тебя не любят некоторые ученицы?

— Потому что мне нравится магия. Может, они боятся, что тоже начнут любить магию, — Элспет вела их по открытому проходу, пересекающему здание напротив. — Башня на другой стороне школы — наша часовня. Каждое утро мы должны ходить на службе, молиться за исцеление от магии.

Служба в холодной часовне не привлекала Тори.

— Молитвы помогают?

— Мне — нет, — ответила Элспет. — Ученики тут делятся на три категории. Многие хотят поскорее исцелиться и вернуться домой, так что слушаются и не приносят проблем. Некоторые так злятся, что их сюда сослали, что срываются на всем вокруг.

— И бросают яйца. А третья группа?

— Такие, как я, принимают свои силы, хоть нас и заставляют сдаться, — Элспет указала направо. — Это аббатство, и столовая тут зовется трапезной. Еда тут не так и плоха.

— Слабая похвала, — Тори подумала об умелом поваре дома. Они прошли в сады за школой. — Как красиво, — сказала она, когда они пошли по мощеной тропе с узором, что вела меж нарядных клумб.

— Сады с фруктами и овощами справа, за этими садами, — указала Элспет. — Слева школа мальчиков. За каменной стеной с железными шипами сверху.

Стена была в дюжину футов высотой. И шипы были острыми. Но, если мы магия Тори тут работала, она могла бы перелететь…

Она тут же подавила мысль.

— Насколько успешно школа держит мальчиков и девочек порознь?

— Не так успешно, как они думают, — Элспет повернула на дорожку, что тянулась вдоль стены с шипами. Вблизи Тори видела, что стена была не ровной, а школу мальчиков было видно сквозь квадратные отверстия размером с ладонь.

Элспет замерла и приподнялась, чтобы заглянуть в брешь.

— Ученики с обеих сторон говорят, когда выпадает шанс.

Тори посмотрела на другую сторону, увидела, что там было поле, где шел футбольный матч. Игроками были и мальчики одиннадцати-двенадцати лет и почти взрослые юноши. Половина была с красными лентами на руке, другая — с синими.

— Если мальчиков и девочек разделяют, почему не заделать эти дыры?

Девушка рассмеялась.

— Одна из очаровательных странностей Лэкленда — то, что в этой стене есть древняя магия, от которой кирпичи выпадают, когда дыры пытаются закрыть. Магия вмешивается во все формы блокирования, как и не дает убрать стену.

— Так мальчики и девочки встречаются и заигрывают, — Тори поджала губы, глядя на толщину стены. — Поцеловаться стена не дает, но пальцами соприкоснуться можно. И передать записки.

— Стена очень романтична, — в голосе Элспет была ирония. — На другой стороне привлекательные ребята, которые тоже прокляты магией. Так близко, а можно лишь соприкоснуться пальцами! Но тут редко заводят отношения, ведь ученики вступают в брак, едва покидают Лэкленд.

Тори посмотрела наверх, шипы уже не казались таким серьезным барьером.

— С такими дырами можно легко забраться по стене. Они как лестница.

— Ах, но магия стены включает невидимую вуаль силы, что вызывает жуткую боль, когда кто-то пытается забраться, — сказала Элспет. — Так мне говорили.

— Это звучит неприятнее шипов, — Тори посмотрела в брешь в стене. Ее внимание привлек высокий юноша с темными волосами и спортивной фигурой. Она ощутила странный трепет внутри, как когда она пыталась взлететь. — Когда ученики уходят, они возвращаются к старым жизням?

— Никто не уходит прежним, — тихие слова Элспет звучали как эпитафия.

— Изменения неизбежны, — с неохотой сказала Тори. — Но что происходит со многими, когда их исцеляют, и они покидают Лэкленд?

— Многие находят место ниже в обществе, чем они были раньше. Мальчики занимаются какой-нибудь профессией, например, идут в армию или флот, иногда изучают закон или становятся священниками. Девочки ищут лучшего мужа, который их примет. Часто выходят за торговца, который хочет связь с семьей аристократов. Если они не могут найти мужей, их семьи прогоняют их, и они становятся гувернантками.

Хоть Тори нравилось учиться, она не хотела проводить жизнь как гувернантка.