Нечужие объятия (СИ) - Воронина Алена - Страница 8

— Да, слушаю.

— Злата, добрый вечер.

Я вся покрылась мурашками. У этого московского… мужа Ларисы в роду явно были цыгане. А что? Серьезно! Не то чтобы я верила в гипноз, но это на него смахивает.

— Ярослав… Э…

— Прошу, давайте без формальностей.

Да, тут вы ходите по тонкому льду, господин Алдонин. Ведь если бы я согласилась с вами работать, вы стали бы для меня своеобразным начальниками, а панибратские отношения с руководящим составом никогда и никого до добра не доводили на моей памяти.

— Вы знаете, я тут поразмыслил над вашим случаем. И вынужден признать, что действительно бывают такого рода случаи, когда очень сложно повлиять на ситуацию извне, если она завязана на личных отношениях, и у одной из враждующих сторон более выгодные условия. Мне помнится, какой-то американский журналист говорил, что для успеха любого предприятия необходимы три человека: мечтатель, бизнесмен и сукин сын. Возможно, в ситуации, где роль играет не бизнес, а личный фактор, вам стоит обратиться к последнему?

***

Чайник с неоновой подсветкой весело забулькал и, пискнув, отключился.

Я, зажав телефон между ухом и плечом пыталась насыпать в чашку кофе, не распределив ровным слоем все содержимое банки по столу.

— Артем Сергеевич? Не поздно?

— Злата… Викторовна, — голос у моего собеседника заспанным не был.

Он попытался что-то сказать, но я ему простора для творчества не дала.

— Вы сегодня повели себя некультурно в присутствии клиентов, но я, так и быть, спишу это на то, что вы находитесь в крайне неприятной ситуации. Конечно, я не владею всей информацией по «Норд-Алу», но вы-то имеете к ней доступ в полном объеме и сможете принять верное решение. Возможно, у компании есть два варианта. Первый — сменить место дислокации на область. Там поставщик ресурса будет иным. Либо уйти под крыло одно из крупных местных ваших заказчиков, с которым бодаться сбытовой компании из-за упущенной выгоды и прочих издержек будет гораздо сложнее. Есть еще вариант — сменить собственника объекта недвижимости, которому отказывают в подключении — если никто не будет разбираться, полагаю, это может и «прокатить». Хотя тут все зависит от того, кто кому и что доносит. Возможно, если вы тем самым сохраните жизнь «Норд-Алу» вас рассмотрят, как потенциального кандидата на то, чтобы попасть из черного списка в белый.

В трубке повисло молчание.

— Кхм, Злава Викторовна, а вы… читали то, что я вам принес?

— Эм… Нет. Прошу прощения, закопала где-то в бумагах.

— Твою мать… — выругался мужчина.

— Простите? — удивленно переспросила я. — Секунду, вторая линия. Геннадий Дмитриевич, добрый вечер!

— Какой… вечер!

Трубку от уха пришлось отодвинуть, ибо матюги шефа превысили все допустимые для слуха децибелы.

— Какого у вас там происходит! С какой стати имя Власова склоняют все, кому не лень! Кто посмел согласовать подобного рода действия?! Я спрашиваю, кто?!

— Я не совсем понимаю…

— Плохо, Златушка! Очень плохо, что ты не понимаешь! Это, так сказать, фиаско, братан!

Телефон пискнул, принимая сообщение, с учетом того, что оно пришло от шефа, я посчитала возможным переключиться на него.

Слава богу чашку в руках не держала, а то бы конец ей пришел. Ссылка вела к статье…

«Современные реалии: секс губит науку»

Глава 5

Я думала, что инфаркт заработаю, но нет, внутренние резервы организма сделали меня удивительно спокойной, злой, но спокойной.

На работу на следующий день я приехала очень рано. Еще даже уборщицы не пришли. Гулкий перестук каблуков по мраморному полу — единственный звук, который пока правил в золотых с коричневым интерьерах. Дверь мягко распахнулась, представив взгляду мой кабинет: бежевые кресла, светлые стеллажи для бумаг, светлый ковер. Тут только я ныне была темным пятном, как в книжках про знаменитого волшебника — обскуром.

Стол был завален бумагами, и я, повесив сумку на спинку кресла, начала с самого краешка разбирать то, что оставила вчера впопыхах, тщательно изучая каждый лист.

Вскоре на моем рабочем месте царил идеальный порядок, все листочки нашли свои папки и файлики, кроме одного. Это была распечатка переговоров Артема Кологривова и журналиста питерского медиа ресурса, достаточно крупного, к слову, и пусть он ходил по грани жёлтой прессы, но все же имел некоторый вес и имел достаточно подписчиков, чтобы запустить волну. А на фоне происходящих событий в политической жизни страны, любая попытка показать с негативной стороны существующую власть лишь приветствовалась. А уж если к этому добавить пару грязных трусов, так вообще красота получится.

«Современные реалии: секс губит науку.

Сколько громких слов слышим мы с трибун о том, что возрождается наука Российская? Сколько заявлений о важных открытиях, которые помогут не только догнать, но и перегнать науку западную? Почему же мы до сих пор в хвосте? Почему как шел отток молодых ученых заграницу, так и продолжает идти. В чем же причина?

Отсутствие должного финансирования, снижение уровня образования выпускников, вследствие того, что уходят представители старой школы, а преподавать в настоящий момент некому. Да мы все знаем об этом. Но есть причины пострашнее. И эти причины, пожалуй, должны пугать нас гораздо больше, потому что говорят о деградации общества в целом.

Одно из важнейших в настоящий момент направлений исследований — алюминий и его сплавы. Вряд ли многие из нас задумывались о том, настолько мы зависим от этого металла. Это авиастроение, космос, металлургия. Это корабли и автомобили, это электроника и медицина.

Совсем не хочется отставать от Японии, США…

И вот в Северной Столице основываясь лишь на голом энтузиазме, появляется компания, сплотившая в своих рядах крупных ученых, молодые дарования, готовые помочь российской науке. Создать сплавы, способные поспорить по своим качествам с зарубежными.

Только до сплавов не дошло.

Монополист не допускает подачу ресурса, необходимого для функционирования предприятия. Вы спросите, что, видимо, не все согласовали, пробьются.

Но как же вы ошибаетесь!

По словам источника — крупной юридической фирмы нашей столицы «Власов и партнёры», сражающейся за существование, кажется, самой российской науки, всему виной весьма печально завершившаяся связь между сыном генерального директора компании-потребителя и дочерью одного из представителей исполнительного органа монополиста.

Вы не поняли?

Что ж! Мы вам расскажем.

Мальчик поматросил и бросил, девочка обиделась… И попросила папу наказать обидчика. Папа решил, что размах в данном случае значения не имеет. И сбытовая компания готова пойти на все, только бы не допустить маленькое НИИ «до провода».

И что же мы имеем в итоге?

Молодая компания простаивает. Кредиторы, решившие вложиться в начинание, вскоре попросят отчета о расходовании средств и о результатах исследований. Предприятие закроется, так и не начав работать. А мы с вами будем еще дальше от передовой мировой науки, зато сможем с гордостью сказать, что нашли самый крепкий сплав — спав глупости и власти!»

Я раз пять прочла статью. И с уверенностью могу сказать, что, если бы не слово «секс» в заголовке, большинство читателей прошли бы мимо.

Артем Кологривов действовал, понятное дело, в интересах фирмы своего отца, напрочь забыв или просто уже «забив» на пункт о неразглашении информации.

Да, конечно, сегодня в адрес медиа ресурса уйдет возражение, требование снять статью с публикации, угроза обращения в суд, потому что никакой официальной бумаги, в том числе и электронной, от фирмы «Власов и партнеры» не поступало. Только те, кому надо, уже прочитали, и размножили, растащив по своим сайтам.

Офис открывается в десять утра, вот где-то в десять пятнадцать нам позвонит и отнюдь не юрист сбытовой компании, а адвокат «папы». И говорить он захочет с тем, кто сейчас «за главного».

Восемь утра. Гулкие хлопки говорят о том, что пришли уборщицы. У меня осталось чуть больше двух часов, чтобы выработать стратегию поведения, подготовить все необходимые документы и собрать вещи. Разумеется, в трудовой не будет и слова о недовольстве начальства тем, как я исполняла свои обязанности, договор расторгнут по соглашению сторон — хорошая формулировка. И Геннадий Дмитриевич, который возможно чуть поостыл за ночь, прекрасно понимает, что я не виновата в произошедшем, но в таком случае летят головы именно промежуточного звена. Верхи верхами так и останутся, а самих преступников и так уже фактически уволили.