Школа на Роковой Горе - Никитина Яна Анатольевна - Страница 122

– А ты уже готов меня взять? - я одарила Пирата изумлённым взглядом.

– Если предложишь что-нибудь получше, я тебя, пожалуй, оставлю, - с задумчивым ехидством изрёк Пират, разглядывая потолок.

Мрачно раздумывая о грядущих перспективах, я добрела до зеркала и бросила мимолетный взгляд на своё отражение. Осталась довольна. Волосы в порядке, немного бледновата, но кружечка грога всё исправит. Наряд, конечно, экзотический, но зато очень гармонирую со спутником. Да где же только этот сапог? Ах, вот и он - на подоконнике.

– Удивляюсь вам, женщинам, - глубокомысленно рассуждал тем временем Пират, - Ни один предмет в жизни так не цените, как зеркало. Хоть неделю не корми, но чтобы зеркало было обязательно.

– Удивляюсь вам, мужчинам, - продолжила я в его тоне, - С которым по счёту знакомлюсь, но ни один так и не научился сапоги ставить на место.

Обменявшись мнениями, мы замолчали. Я дотянулась до сапога, обулась и обернулась к Пирату, готовая отражать любые нападки.

– Может, бросим воевать и отправимся вниз, выпьем по кружечке, новости узнаем? - неожиданно миролюбиво предложил он.

– Давай, - легко согласилась я, и мы спустились в обеденный зал.

Там было нешумно. Хозяин препроводил нас за отдельный уютный столик, а при этом взирал на нас так хитро, что сомнений не оставалось - явно хочет поделиться сплетнями, коих тут немало гуляет.

Пират снисходительно кивнул хозяину, вытащив из-за пазухи увесистый кошелёк (денег у него нет, у шельмы!). Владелец гостиницы учтиво поклонился и присел рядом.

– Говорите, Шорин! - разрешил Пират, - Тут все свои.

– Гхымммм, - начал хозяин, - Новостей много. Ну, про Марго и Генриха я тебе уже рассказывал… Новостей от них больше и нет. А вот про вас узнал много всего хорошего, и не очень. Ко мне (неслыханный случай!) явился школьный домовой - Афанасий. И очень попросил, если я увижу молодую леди с серебристыми волосами передать ей…, - при этом он недоверчиво покосился на Пирата.

– Продолжайте, сударь, - кивнула я. - У меня тоже нет тайн от этого господина.

– Так вот, - продолжил хозяин, - Афанасий просил передать, чтобы Вы были очень осторожны, когда вновь появитесь в Секторах, а лучше и вовсе уехать Вам отсюда. Магистр Дениэл, как узнал, что вы покинули Бастилию, был в страшном гневе и поклялся, что, как только вы объявитесь, вышвырнет Вас из Секторов без права на восстановление.

Наверное, в тот момент я потеряла способность мыслить хладнокровно. Вскочила на ноги, опрокинув со стола все приборы и тарелки. Пират немедленно встал и попытался усадить меня обратно. Безуспешно. Я продолжала бушевать.

– Да что это такое, в конце-то концов! Сначала он оскорбляет меня в разговоре, потом засаживает в Бастилию за то, что я притащила ему в Магистрат опасного преступника, который, как оказалось, заслуживает большего чем я снисхождения. Потом он обещает выставить меня из Секторов. За что? За то, что я сбежала? Так любой бы воспользовался такой возможностью. За то, что я рисковала, используя тёмный артефакт? Так у меня не было выбора… Если Магистр вообще знает о том, что произошло в пещерах! А скорее всего, ему ещё о произошедшем неизвестно. Почему же он так меня ненавидит? Что я такого сделала?!

Гневные выкрики, наверное, продолжались бы еще вечность, если бы я не услышала сквозь собственную возмущенную тираду голос Пирата.

– Мерфи, прекрати. Возможно, ты просто не так его поняла.

– Кого? - изумилась я, прекращая кричать. - Хозяина гостиницы? Афанасия? Молодого Магистра? Я не могу объяснить его поведения иначе. Если ты собираешься выступать защитником, то придумай оправдания его поступкам поубедительней, - и, обращаясь уже не к Пирату, - Гей, хозяин, вина! Да побольше! Да позабористей! Я сегодня погуляю и приглашу синих человечков на танец. Мы дружно напьёмся.

– Это плохая идея, - мрачно констатировал Пират.

– А мне нет до этого дела - я уже пошла вразнос, - сообщила я гордо и непримиримо, - И тебя пущу. Дружно спляшем с марсианами после третьей бутылки. И улетим далеко-далеко!

– Гей, хозяин, оставьте-ка пока вино, - невозмутимо попросил Пират у вернувшегося с заставленным подносом гнома, - Принесите нам лучше чайку с мятой. Грогу горячего, на худой конец. Вот только все эти бутылки уберите подальше…

– Ладно, - отправив гнома за чаем, изрёк Пират, - Пьянка на сегодня отменяется. И зажми свои чудесные нервы в свой чудесный кулачок. Что Фокс, что Дениэл ждут не дождутся, когда мы тут выйдем из нормального состояния. Напьёмся как-нибудь потом.

– Всё вы, мужики, одинаковые, - сердито проворчала я, - Не даёте развернуться чувству праведного гнева! У самих-то, поди, чувства вообще отсутствуют, а мы, женщины - существа тонкие во всех смыслах…

– Порой даже чересчур тонкие, - окинув мою фигуру измеряющим взглядом, согласился Пират. Я укоризненно на него взглянула и продолжила:

– Я о душе говорю, истукан ты несчастный. Так вот - мы тонкие, лиричные и изысканные и…

– Скромные, - закончил Пират, явно пытаясь не засмеяться, но в его глазах все равно зажглись веселые огоньки.

– Именно, - уверенно подтвердила я, - Мы искренне говорим о своих чувствах.

– Дааа? - протянул мой собеседник, деланно удивляясь, - Продолжай, продолжай! Очень интересно…

Я решила, что сегодня мне не суждено донести до него эту высокоидеалогическую мысль. Слишком уж плотоядно он на меня пялился.

– Бездушный ты, в сущности, тип, - заключила я, махнув рукой на эмоции, - Вот ты можешь сказать, что сейчас чувствуешь, а? Есть у тебя душа? Или нет?

– Да что ты можешь знать о скрытых чувствах, лялька! - веско заметил Пират, - Мужчины скрывают свои чувства от женщин по той причине, что за демонстрацию оных можно получить от чутких, тонких и изысканных дам по морде… И иногда даже кулаком.

Он меня порядком заинтересовал.

– Что ты там такое чувствуешь? - подозрительно вопросила я, глядя на него. Хотя понять было несложно. Впрочем, я не обижалась. Привыкла уже, наверное.

В этот момент, деликатно кашлянув, заглянул гном с подносом. По залу разнёсся аромат клубники. Я тут же забыла о Пирате, блаженно промурлыкав:

– С ягодками! Мяуууууууу! Муррррррр!

Пират только усмехнулся. Ему принесли грог, и он не орал столь восторженно. Подумаешь - грог как грог. Без ягод.

В общем, мы долго в этот вечер сидели в зале, я себе ещё и пироженых заказала, потом конфет, потом сахарного слоника на верёвочке, с бантиком на хвосте и смешными ушами, которого съесть мне так и не удалось. Жалко стало. Слоника я подарила дочке гнома. Знаете, как она обрадовалась?

На смену вечеру пришла ночь. Я сказала, чтобы в комнате затопили камин, и, укутавшись в хозяйский плед, направилась наверх. Собиралась укладываться спать (в надежде, что Пират на сей раз не будет претендовать на место на кровати). Когда я добралась, наконец, до комнаты, в камине вовсю отплясывал огонь. Я тут же вспомнила Магистрат. Там такой же камин, с кованой решёткой… Чтоб их всех!!! Со злости на Магистров я швырнула в стену стоявший на столике графин. Брызнули осколки - как же я его здорово хряпнула! Куда до меня Марго…Жаль, что там не стоял Дениэл.

Сон улетучился, как будто его и не бывало. Я пододвинула к камину кресло, залезла в него с ногами и сердито заревела. Одним сильным врагом больше. Подумаешь, невидаль! Ненавижу вас, господин седьмой Магистр. Вон из моих мыслей! Спать хочу!!!

Пока сердилась да ревела, не заметила, как уснула. В это время вернулся Пират. Я буркнула сквозь сон:

– На кровати спать буду я. Я первая пришла.

Впрочем, я не стала бы спорить, а так бы и спала в кресле, но Джеймс на сей раз был настроен более миролюбиво.

– Перебирайся на кровать, если хочешь, - ответил он.

– Не, я пока у камина погреюсь.

Послышался вздох:

– Наши с тобой желания совпадают с потрясающей точностью! Сиди уж, грейся. Я пойду второе кресло займу в соседнем номере… пока там хозяева не вернулись.