Счастье - это теплый звездолет (Сборник) - Типтри-младший Джеймс - Страница 45

На прибрежную тропу вышли еще люди, покрупнее. Мужчины. Шестеро. Как и женщины, голые и опаленные солнцем, вот только шрамов у них было побольше. Все молодые. Самый мелкий был темноволос, у остальных были морковно-рыжие шевелюры и бороды. За ними увязались три собаки с пугливо поджатыми хвостами.

Мужчины с властными криками проследовали по берегу вверх по течению. Женщины вышли из воды и направились за ними. На излучине все забрели в реку и начали шумно плескаться, загоняя рыбу в сети. Младенец заплакал. Двое на утесе напряженно следили за происходящим.

Один из мужчин запустил камнем в псов у сетей. Собаки отбежали, снова подкрались к сетям. Мужчина был крепкий, ладно сложенный, самый крупный из всех. Пока остальные гнали рыбу, здоровяк заметил, что сеть обвисла, выскочил на берег и подтянул ее. На утесе волчьи глаза обернулись к человечьим. Волчьи зубы негромко клацнули.

Рыбины бились в сетях, вздымали пену. Люди стягивали сети, рыба выскакивала из ячей, собаки запрыгивали в реку, разевали пасти. Крики, визг, вопли, столкновение тел. Наконец трепыхающуюся сеть выволокли на берег, кинулись ловить добычу, что норовила ускользнуть в воду. Молодой здоровяк выпрямился, с довольной ухмылкой зажал в руках по рыбине и принялся поочередно откусывать. В спутанной сети у его ног возились дети. Он грозно прикрикнул на них и подбросил рыб в воздух.

Наконец женщины поволокли добычу по тропе к хижинам; река опустела. Девушка и волк потянулись, напряженно замерли. Из-за утеса повеяло дымом. Знойное безветрие окутало скалы. На прибрежном песке блестели рыбьи потроха, над которыми не вились мухи. Безмолвие бухты лишь изредка нарушал детский плач. Солнце клонилось к закату, тени утесов накрыли реку. Ветер унесся вслед за солнцем.

Вскоре в ущелье спустились сумерки, в сиреневом небе сиял месяц. Из бухты поднимался столб дыма. В тишине робко и напевно зазвучали голоса, складываясь в нестройный хор, сопровождаемый глухим ритмичным стуком. Пение то и дело прерывали крики и визг. Столб дыма заколыхался, разбрасывая искры. Гомон усилился. Перешел в невнятное бормотание. Наконец все стихло. В ночном холоде потрескивали камни.

Волк ушел. Девушка, вздохнув, осталась на месте. За поворотом реки завыла собака, взвизгнула и умолкла. Пальцы девичьих ног выводили узоры на песке. Волк вернулся, переступая мокрыми лапами. Девушка и волк поели и напились. С заходом луны они уснули.

Перед самым рассветом они покинули расщелину, перебрались на другой берег, к обвалу, и, пока небо бледнело, несколько раз прошли под утесами. Наконец они присели в зарослях ольхи на берегу, у самой воды. Напротив, за рекой, виднелись хижины.

Как только солнце осветило ущелье, девушка встала и повернулась к волку. Ее запахнутую куртку на талии придерживал пояс, оканчивавшийся широкой петлей. Волк зацепил петлю клыком, дернул — и куртка распахнулась. Надета она была на голое тело. Девушка стояла не шевелясь, пока волк носом расправлял складки, чтобы куртка свисала с плеч, будто накидка.

Плечи девушки оканчивались гладкими желваками над маленькой грудью, розовые соски отвердели от холода. Ветерок чуть шевелил шелковистые пучки волос на месте отсутствующих подмышек.

Волк уложил складки куртки так, будто они прикрывают руки, потом тряхнул головой, вцепился в эластичный пояс девичьих штанов и сдернул их, обнажив живот и бедра. Девушка с улыбкой шевельнулась. Волк негромко зарычал. Ветерок холодил кожу, и девушка прижалась к теплому меху зверя. Они ждали.

Из крытых соломой хижин на берегу донеслись звуки. Люди спускались к реке, вставали или присаживались на корточки у воды. Девушка и волк смотрели на заросли ольхи напротив, у одной из хижин. Затрепетали ветви, из-за деревьев вышел мужчина — тот самый здоровяк. Волк кивнул. Мужчина прошел по песчаному берегу, остановился справить нужду.

Волк осторожно отвел в сторону ветку. Девушка сделала неловкий шажок вперед, подставив обнаженное тело солнечным лучам. Мужчина повернул голову, уставился на девушку, подобрался. Она негромко ахнула, качнулась.

Мужчина напряг мышцы ног, пятки взрыли песок. Ольховая ветка с шелестом дрогнула, листва скрыла девушку. Волк поддернул девичьи штаны, запахнул куртку. Девушка и волк бросились прочь с берега, плутая между деревьями, помчались по тропке к ущелью.

Сзади доносился плеск воды — чтобы выбраться на противоположный берег, мужчине надо было обогнуть глубоководье. Девушка ловко, как заяц, взбежала по склону; волк несся за ней. Когда они выбрались из ущелья, волк скрылся в зарослях.

Мужчина достиг вершины холма, увидел девушку, бежавшую по тропе между деревьями, и бросился в погоню, с силой отталкиваясь мускулистыми ногами. Девушка, тоненькая и по-детски проворная, была готова к длительному забегу. После первого рывка мужчина приотстал, а она бежала не останавливаясь, странными, волнообразными движениями тела возмещая отсутствие рук. Взгляд ее безостановочно скользил из стороны в сторону, отмечая сделанные ранее зарубки на древесных стволах.

Внезапно к топоту ног присоединился собачий лай. Девушка поморщилась и ускорила бег. Рядом с ней возникла огромная серая тень; волк, задрав лапу, помечал то одно, то другое дерево. Девушка усмехнулась и замедлила шаг.

Звонкий лай сменился испуганным тявканьем — свора учуяла волчий запах. Мужчина прикрикнул на псов, те завизжали и умолкли.

Девушка трусцой бежала дальше, взбираясь на холм. Солнце приближалось к зениту. До первого условленного места она добралась, запыхавшись, но вовремя заметила серую тень среди деревьев, отпрыгнула в сторону и побежала дальше.

За спиной раздался крик и злобные возгласы — мужчина угодил в глубокую лужу грязи. Девушка прислонилась к пустому термитнику. Здесь, среди редколесья, свежий ветерок развеял ее усталость.

Появился волк, недовольно дернул головой. Девушка повернулась и затрусила вперед. Над вершинами деревьев показалась синяя полоса дальних гор. Бегом, бегом… Мужчина не выпускал девушку из виду, постепенно нагонял ее.

Она еще раз свернула. Хруст веток позади, сердитый выкрик. Она остановилась. Рядом с ней возник волк. Оба прислушались к свисту ветра. Дальше она побежала одна, зная, что от погони не уйти. Настороженный волк остался.

Желтый шар солнца опускался в пыль на дальнем горизонте. Девушка добралась до вершины очередного холма и оглянулась. Здесь оканчивались тропы дикарей. Осмелится ли мужчина пойти дальше? Стояла тишина. К девушке подбежал волк, мотнул головой на залитый солнцем скалистый выступ, подтолкнул ее к нужному месту, распахнул ей куртку. Девушка что-то прокричала нараспев, звонко рассмеялась.

Когда эхо стихло, она бросилась бежать по каменистому склону, мимо валунов, где недавно устраивались на ночлег. Волк, оскалив зубастую пасть, следовал за ней, а потом метнулся в сторону. Дальше девушка бежала одна, пересекая длинные тени скал. Оглянувшись, она заметила вдали, между камнями, коренастую фигуру мужчины. Собаки давно отстали.

Под ногами собирались тени, сумрак обволакивал девичью фигурку, превращаясь в лунный свет. Волк рыскал впереди, высоко задрав хвост, а она следовала за ним по равнине. Здесь некогда был козий выпас; теперь, когда коз не стало, колючий кустарник разросся, молодые плети расползались по сухой земле.

Волк позволил девушке перейти с бега на шаг. Он то и дело замирал, прислушивался к топоту ног вдалеке. На пастбище было тихо.

Наконец они остановились. Волк исчез, безмолвный, как клок тумана, вернулся и повел девушку в заросли колючки. Девушка высвободила ноги из сапог, жадно напилась, поела, снова выпила воды, а волк осмотрел и облизал ее ступни, однако не дал ни отстегнуть нагрудную перевязь, ни распустить волосы. Потом снова надел на нее сапоги и вытащил передатчик.

— Одного заманили. Сильный. Как там Бонз?

Из передатчика послышались вопросы. Волк отключил связь и вжал девушку в сухие ветви колючего кустарника. Затем, отбежав подальше от ее теплого запаха, вскочил на муравейник и улегся мордой в ту сторону, откуда они пришли. Голова, опущенная на скрещенные лапы, чуть заметно подрагивала. Под тяжелым лбом горел желтый глаз. Немного погодя холка дернулась и снова замерла.