Жаждущая против бесчувственного. Как стать счастливой! (СИ) - Казакова Мария - Страница 12

Они замерли изваяниями и больше не двигались.

— Дариан? — позвала я. Ледяные локоны, что несколько секунд назад, неподвижно лежали сосульками на плечах окаменелова, резко зашевелились, с тихим звоном пробиваясь сквозь лед.

Медленно обернувшись, Дариан посмотрел на меня остекленевшими глазами.

Творец! Он видит меня?

— Дариан! — я потянулась к его плечу, но как только коснулась его, лед попытался перескочить на меня. Вскрикнув, я отскочила и как раз вовремя, потому что Дариан, сжав кулаки, стал поднимать их у себя над головой, замахиваясь!

— Нет, Дариан! Прошу тебя, не надо! — не смотря на свои же умоляющие слова, я быстро отходила назад и с ужасом наблюдала, словно в замедленном действии, как за секунду до того, как Дариан, припав к полу, резко ударил кулаками об поверхность, та превратилась в лед под моими ногами. И уже после сокрушительного удара, лед треснул. Пол раскололся на тысячи частей, и меня утянуло в ледяную темную бездну, несмотря на все мои попытки ухватиться хоть за что-либо…

Выкарабкалась

Что-то капало мне на лицо. Холодные капли скользили по щекам и шее. Меня передернуло от пронзившего холода, и я тут же застонала от боли в спине.

«Где я?»

Приоткрыв тяжелые веки, сначала подумала, что ослепла, но затем различила небольшой участок света справа от себя. Ноги не двигались, голова была откинута назад, отчего шея затекла.

«Ах, да, я падала. Я где-то под залом архива. Все-таки окаменелые разрушили добрую его часть. Варвары», — мысли текли медленно.

Опять противные капли упали мне на лицо. Это таял лед надо мной. Огромная глыба застряла между стенами и зависла в паре метров надо мной. Еще бы немного, и, пожалуй, она бы меня похоронила. А впрочем, наверное, это она и сделала, потому что из-за нее я не видела ни зала, ни окаменелых, а ведь пол рухнул.

Я с натужным хрипом попыталась подняться на ноги и поняла, что лежала на каком-то возвышении. По ощущениям это был огромный мешок, но чем он был наполнен, я не определила. Видимо, именно он спас меня от перелома позвоночника.

Почти скатившись по нему вниз, я подогнула под себя отбитые ноги и, опершись на колени и встав на четвереньки, выползла из-под глыбы.

И знаете что? Если бы в первый же день продажные соседи не отбили мне ноги, я бы рыдала сейчас в три ручья от невыносимой боли. А так, боль была терпимой.

Чувствуя себя так, словно я потеряла все пятьдесят лет разом, я доковыляла до освещенного участка, хромая на левую ногу и прижимая саднящую руку к груди. Жалкое, наверное, зрелище, вот только мне было все равно. Я хотела поскорее выбраться отсюда и прилечь обратно на любую ровную поверхность.

— Эй! — мой голос был слаб и тих. — Кто-нибудь! — даже эха не было.

«Но они не могли уйти! Верно же?…Очень надеюсь, что они придут за мной. По крайней мере Дариан, которому я еще нужна. А сейчас придеться выбираться самой".

Оглядевшись, я поняла, что подвал, в который я провалилась, находился глубоко под землей. Даже глубже, чем тот, где держали зверей. Может быть, сюда ведет еще одна лестница? Возможно, два помещения были как-то соединены.

Опираясь на стену, я медленно шагала в темноте, пытаясь разглядеть выход, и мне это удалось! Узенькая лестница притаилась в темном углу. Как же долго я по ней поднималась. Нет, лучше сказать ползла, переваливая больную ногу через ступени, задыхаясь от усталости и обливаясь потом от усилий. В конце концов, я не выдержала и, добравшись до последней, так и прилегла на нее, положив тяжелую голову на сложенные руки, потому что надо мной оказалась крышка люка, а поднять ее сил уже не было.

Глупо, наверное, но я вдруг поняла, что хочу, чтобы меня носили на руках. Ведь кроме отца так не делал ни один мужчина в моей жизни. И не важно, даже кто понесет, сейчас мне нужны только сильные, теплые руки. И я даже не была бы против, если бы это был один из окаменелых или даже сам Дариан. Высокий, с широкими плечами и гордой осанкой. Со своими золотыми локонами, что оседают на его плечах.

Какой ужас. До чего докатилась! А точнее доползла.

Вздохнув, я горестно усмехнулась и подняла голову.

"Ну что же, я не могу сидеть здесь вечно".

Ноги и руки были перемазаны кровью, но в темноте я не могла понять, что именно кровоточит. Все тело ныло, голова раскалывалась, я все-таки сильно приложилась во время падения, но мне нужно было наверх и срочно!

Изо всех сил, которые только Творец мне послал в эту адскую минуту, я уперлась руками в крышку люка и с величайшим удивлением встретилась с сияющими в темноте алыми глазами. И, видимо, я настолько устала, что ничуть не испугалась, а даже очень обрадовалась! Да так, что забыв про боль, вылезла и упрямо двинулась к наблюдателю.

Я действительно оказалась там, куда приходил Ирук в прошлый раз.

«Слава Творцу! Я смогу отсюда выйти! Вот только…»

Звери в клетке не стали рычать на мое приближение, но и дружелюбными со своими оскалами не выглядели.

— Здравствуйте, — вспомнив, что передо мной разумные, да еще и священные для кое-кого существа, выдохнула я. — Я вас выпущу.

Все тот же недоверчивый взгляд у того, кто ближе ко мне, и все тот же тоскливый и жалобный у того, кто дальше. Почему-то мне показалось, что зверь в углу — это девочка. Зверь напротив меня был крупнее, в отличие от другого.

— Там наверху, — я указала рукой на лестницу, — Дариан.

Ничего не изменилось. На меня по-прежнему косились и скалили свои огромные клыки.

«Ну да, конечно! Молодец, Кия! Может, еще спляшешь перед ними. Они многое поймут! Порычать на них что ли, ведь на рык Дариана они ответили!»

Но как только я об этом подумала, сразу представила, как зверь напротив, крутит когтистой лапой у виска. Мол, совсем очумела. Одичала, покалечилась. Сейчас кидаться начнет. Подумает еще, что ему в клетке безопасней будет. Все-таки священное животное как-никак! А я для них просто человек.

Стоять больше я не могла, поэтому опустилась рядом с клеткой и, прикрыв глаза, просто расслабилась…

Меня начинало знобить. Я сидела на холодном полу, обхватив колени руками, и понимала, что у меня ледяные руки, но при этом мне ужасно хотелось распахнуться. Что я и сделала, а когда дернула ворот, и оттуда показался медальон, что дал мне Дариан в лесу для перехода, зверь в клетке словно взбесился, протягивая ко мне через прутья когтистые лапы.

— Это ваше? — спросила я, протягивая зверю медальон, а зверь в ответ одобрительно заворчал.

«Первый шаг к успеху сделан», — слабо улыбнулась я и вновь оказалась на ногах.

— Как мне вас выпустить? Ключ? — зверь покачал головой. — Какой-то механизм? — и снова нет. — Что-то в стене? — наконец-то кивок!

Я метнулась прощупывать стены, и вскоре камень под моей ладонью отъехал, и клетка с жутким скрипом распахнулась.

Выскочившие звери вихрем промчались мимо меня верх по лестнице, а я поняла, что на такое не способна, когда больная нога отозвалась новой резкой болью.

— Дариан, — прошептала я в темноту. — Эраст, Сайлер, Итан. Волчатки? — нервный смех вырвался из меня, но тут же резко прервался, когда я услышала торопливые шаги.

— Кия! — и я все-таки оказалась в объятьях сильных и теплых рук. — Цела? — Дариан подхватил меня на руки и понес наверх. Оказалось, что разумные существа, которых я именовала зверьми, прекрасно знали, как открывается дверь и впустили окаменелых, которые уже прочесывали подвал.

Я глубоко вздохнула и прижалась крепче к груди окаменелого, который быстро оглядывал меня на предмет повреждений и направлялся к небольшому столику с цветами. Усадив меня прямо на столик, он скинул стоящую на нем вазу, задрал мою юбку и обхватил больную ногу.

На приличия мне было глубоко плевать, и я позволила ему это сделать, пока мою ногу не прожгло огнем от боли!

— Полегче!

Я зашипела, и Дариан отступил. В какой-то растерянности он смотрел на меня и, казалось, не мог ничего понять.