Жаждущая против бесчувственного. Как стать счастливой! (СИ) - Казакова Мария - Страница 3

— Научите меня.

Я застыла. Стала смотреть на его высокий лоб, нос с горбинкой, сжатые в тонкую полоску губы. Встретилась с каким-то раздражением, завистью и…бессилием в его взгляде.

Мне срочно нужно было к лекарю, чтобы проверить слух, потому что я никак не могла понять это существо, которое ломало мое сознание минуту за минутой своим странным поведением.

— Вас? — уточнила я. Его быстрый и резкий кивок. — Чему? — я оглядела стол, лист бумаги, перо, чернила.

И тут меня поразила догадка! Он не умеет писать!

Не знаю, что отразилось на моем лице, потому что я топнула пару раз ногой, прикусила губу и прищурила глаза, чтобы не дай Творец не рассмеяться! Они оказывается неграмотные, причем если даже сам повелитель, то остальные и подавно!

Окаменелый окинул меня спокойным взглядом вспыхнувших глаз, а я вдруг стала задыхаться.

— О чем ты думала? — прошептал тот, кто «похищал» моё дыхание. — Что так впечатлило тебя?

Он подошел ко мне, наклонился совсем близко. Так, что его волосы коснулись моих плеч, а меня обдало холодной волной.

Я жадно глотнула воздуха, но он не попал в легкие. Скрючившись над письменным столом, мысленно я взмолилась Творцу.

Дура! Я на какой-то миг захотела жить, вспомнив о том, что я еще живая…

***

"Светло, как же светло. А еще тепло и мягко! Не хочется открывать глаза, не хочется думать, а хоч…"

Я резко села на своей кровати. Точнее на кровати, которую мне выделили в замке, и схватилась за шею. Дышала я свободно и легко, но от воспоминаний удушья я поежилась и закуталась в одеяло, которое кто-то на меня накинул.

Я забылась! Как же глупо забылась. Конечно, когда общаешься с человеком, твои эмоции поглощают тебя, но он не человек. И если бы я просто писала под диктовку его слова, все было бы проще. Но нет, он разговаривал со мной, требуя ответы на свои вопросы. Зачем?

Тут я вспомнила про то, что он хотел научиться писать. Как странно! Великие существа, могущественные и не умеют писать! Какой конфуз! Я позволила себе задорно улыбнуться. Интересно, а читать они умеют на нашем языке?

Но поразмышлять об этом я не успела, мой желудок проявил признаки жизни и потребовал чего-нибудь перекусить.

А кормить меня сегодня положено?

Без обеда я не осталась, кто-то принес поднос с едой в мою комнату. И хотя аппетит у меня пропал, живот сводило от голода. Забравшись на постель, согревая босые ноги, я ковыряла в тарелке и думала о том, что же мне делать с обувью. Мои ботинки забрали еще в первый день, а обувать туфли я не собиралась, даже под страхом смерти! Тем более каблуков они лишились, после моих забегов по лестнице и коридорам. Значит, нужно было найти того, кто смог бы помочь мне с этим вопросом.

«Готовят здесь вкусно», — подумала я, облизав ложку, и держа в руках пустую посуду. Что ж, спасибо, я наелась. «Какое маленькое и глупое счастье», — усмехнулась я, и устало откинувшись на подушку, задремала…

Работа для писаря

На этот раз я все же решила надеть те жуткие туфли, которые мне принесли еще вчера. Нужно было прогуляться по замку и разведать обстановку, а босиком этого не сделаешь.

Выглянув в окно, прикинула, что меня разместили в дальнем крыле, так как окна выходили на чудесный, цветущий сад по другую сторону от главных ворот замка. Вид был просто очаровательным, он мысленно связывал меня с внешним, живым миром. Эта мысль подняла мое настроение и боевой дух.

Солнце светит, птицы поют, я все еще жива…!

Подойдя к двери, я глубоко вздохнула и, стараясь не думать о желании поскорее пообедать и сбежать отсюда подальше, покинула свою комнату. В коридоре никого не было. Темные стены, арочного типа огромные окна и царство света.

Интересно.

Справа я увидела лестницу, убегающую вниз. Как же это было волнительно спускаться! И, несомненно, страшно.

Две, три, семь, десять…

Творец! Как же больно. Мерзкие туфли, в которых я не чувствовала ног, крутая лестница, с которой я очень боялась слететь, и мои ноющие мышцы.

Двадцать, двадцать пя…Я застыла на последней ступеньке как вкопанная, и судорожно схватилась за перила.

Огромный холл все с теми же холодными стенами, темных тонов. Выразительная напольная мозаика, на которой присутствовали два неукротимых зверя, что раздирают друг другу глотки, но чьи хвосты так тесно сплетаются в пылу сражения. В нашем мире не было таких существ.

Но по-настоящему меня поразили книги, сваленные небрежной кучей и достигающие самого потолка! Целая гора из книг, которая могла снести и похоронить в случае «обрушения» на маленькую меня. Они пестрели своими обложками и знакомыми мне названиями.

Это книги из нашего с отцом архива! Они что их украли?!

Когда я уже потянулась, чтобы поднять одну из них, ту, что находилась ко мне ближе всех, я услышала деликатное покашливание за спиной и, спешно глотнув побольше воздуха, резко развернулась.

— Вам чем-то помочь? — на меня совершенно спокойно, так, как будто меня тут видят каждый день, смотрели карие глаза еще одного каменного чудовища.

— Нннет, — выдохнула я, боясь сказать еще хоть слово.

— Сайлер, оставь девчонку в покое и продолжай работать, — послышался другой голос из коридора, и к нам вышел еще один обитатель замка.

Как бы странно это не звучало, но они были близнецами. Никогда не видела настолько похожих существ, да и не знала, что среди них такое возможно. Короткие волосы пепельного цвета, прямые носы, чуть раскосые глаза, которые были, впрочем, разных оттенков. Если присмотреться, то у того, кто стоял ко мне ближе, и которого, по всей видимости, звали Сайлер, глаза были на тон темнее, чем у другого.

Оба вернулись к работе, словно меня и не было. А именно — они стали выносить книги из холла. Но разве этот коридор не ведет к выходу из замка?

Остолбеневшая от неожиданной встречи, я не сразу пришла в себя. А когда прочитала название книги, которая так и осталась в моих руках, то ужаснулась! Это книга из нашего с отцом архива! Это же священная книга. Да в ней бесценные древнейшие тексты мертвого языка! А она валяется на полу посреди холла?! Оглядевшись, я поняла, что все эти книги были моими и внутренне содрогнулась.

Что они хотят сделать с ними?

— Вы можете мне помочь, — тихо прозвучал мой голос в спину уходящих окаменелых, что успели собрать часть книг и направлялись с ними к выходу.

Оба синхронно обернулись и без всякого выражения уставились на меня.

— Я поняла, чем вы можете мне помочь, — мой голос прозвучал громче и увереннее. — Вы же сами спросили, — напомнила я. — Скажите, куда вы несете эти книги?

— Нам приказали сжечь их, — указало существо на священные рукописи, на древние тексты, на великие собрания книг.

Быть не может. Наше с отцом сокровище. Теперь уже только мое.

Меня затрясло. Затрясло от внезапной ярости. От лютой ненависти, которая была обращена к Дариану. Мои руки сжимались в кулаки, поскольку желание схватить, унести, спрятать, сохранить книги было просто непреодолимое.

— Человек, — протянул тот, кто назывался Сайлером, — Не понимаю людей, — покачал он головой. — Чего они все хотят? Она вся светится от желания.

Он был прав, во мне бурлила адская смесь безысходности, ярости. И чем ярче было моё дикое желание остановить окаменелых, тем ярче загорались глаза у двух существ напротив меня.

Отвлечь. Мне нужно их отвлечь, и погасить свой порыв, успокоиться и поговорить с тем, кто устроил все это.

— Зачем вы хотите их сжечь? — потихоньку отступая, спросила я.

— Мы? — глумливые улыбки озарили их лица, — Мы не хотим их сжигать. Они нам не нужны.

Теперь они смотрели на меня по-другому. Очень странно, гипнотизируя.

Сайлер вдруг сделал мне шаг на встречу и протянул одну из книг, которую держал в руках:

— Ты хочешь эту книгу? — произнес он завораживающим голосом. — Подойти, возьми ее, — почти прошептал он.

Его широко распахнутые глаза светились и манили, как и книга в его руке, которая была мне так дорога. Зрение изменяло мне, показывая безобидного человека, который отдает то, что я хочу, затуманивая действительность. Он виделся расслабленным, дружелюбным и каким-то возвышенным. Но он заманивал меня в ловушку, словно жертву, отдавая желаемое.