Веридор. Одержимый принц (СИ) - Литвинова Ирина А. - Страница 48

— Так, давайте пойдем по старшинству, — эхом разнесся по гроту голос Джанго. — Рай.

Одержимый принц уверенной походкой направился к магическому кристаллу, привычно чеканя солдатский шаг. "Совсем как отец," — пролетела мысль у Кандиды. Кандор Х был воплощением идеала для дочки, лучшего просто не было на свете. Рай не был абсолютной копией Кандора, как Лихой, однако он был прекрасен по-своему. Король рассказывал ей, что в юности не любил свою внешность и всей душой хотел стать выше хотя бы на полголовы, шире в плечах и в общем не таким худым. Что ж, в этом плане сын целиком и полностью воплотил в жизнь мечты отца. Еще Одержимый принц был смугл, совсем как корсар, что, несомненно, красило его. Черты лица Рая, более мягкие, чем отцовские, на взгляд Конды, были привлекательны. Мигом вспыхнули воспоминания о его объятиях, таких крепких и властных, из которых не вырваться против воли демона. А она, Конда, все равно вырвалась!

Рука принца легла на гладкую сверкающую поверхность, и кристалл тут же подернулся темно-серой дымкой. По всему гроту заплясали серебристые огоньки, местами превращаясь в белое сияние, а кое-где и темнея практически до черноты. Казалось, на стенах проступили причудливые узоры, перетекающие из тона в тон, и теперь текли покругу, от чего волшебство ощущалось почти физически.

Рай шумно выдохнул. Да, Дар Воина до сих пор с ним. Не магия, конечно, в традиционном её смысле, зато гарант непобедимого оружия и удачи в бою. Эх, побился бы он с папой и, видя Боги, с огромным удовольствием, выбил клинок из рук самого Жестокого короля!…

— Ад, — отвлек его от мечтаний голос дяди.

Брат, в отличие от Рая, шел медленно, будто оттягивая неизбежное, однако дольше минуты тянуть не смог. Принц заметил, как его пальцы чуть подрагивали, когда Синдбад протягивал из к кристаллу. По правде говоря, Эзраэлю было до жути интересно, что же покажет индикатор. По всему выходило, что Ад — очень слабый маг. Что же будет? Кристалл не изменит цвет? Или отражение магии просто будет очень бледным? Есть ли у Ада Дар? С одной стороны, брат великолепный зельевар, но он всегда готовил с минимальным применением магической составляющей, так что это вполне может оказаться простой врожденной наклонностью, а не видом силы. А что будет ели у Ада все же нет Дара?…

Увиденное поразило всех: пещера взорвалась сиянием, причем сверкал не только белоснежный свет, но и кромешная тьма! У Ада не было Дара Зельевара. В кристалле смешались Жизнь и Смерть!

— Хаос меня забери… — растерянно пробормотал бастард, уставившись на два источающих силу королевских Дара.

Джанго тоже неотрывно смотрел на кристалл… и не мог поверить тому, что видел: фамильная печать Веридорских сковала вместе Жизнь и Смерть, не давая одной поглотить другую и одновременно изолируя из от владельца, и, судя по всему, разглядеть её мог только он один. В памяти всплыла глава книги, прочитанная много лет назад, о печати магической династии, которую мог наложить только старший в роду на членов своей семьи, причем мог сковать вне зависимости от силы любой Дар, кроме идентичного своему собственному. Раньше это был способ воздействовать на род и поддерживать авторитет. Но как, демоны её забери, эта печать оказалась на его племяннике?! Критерием старшего в роду был исключительно возраст, а так как Джанго, со дня своего сожжения и до недавнего времени был изгнан из рода, старшим считался Кандор. Но брат не мог запечатать Дар Жизни, потому что у него такой же! Да и не стал бы Кандор, зачем? Вариант был всего один: где-то проглядели кого-то из Веридорских. Ну, все Монруа отпадают, среди родственников правящей династии по крови нет и уже лет двадцать точно не было тех, кто старше Кандора, к тому же у них своя собственная печать, Веридорскую они вряд ли в силах поставить. Да и кто такой взялся из королевской семьи, но без королевского Дара? От вопросов уже пухла голова, а впереди была еще Конда, и что-то подсказывало Джанго, что и племянница пеподнесет сюрприз.

— Дядя, как это? — между тем ошарашенно спросил его Ад.

— Еще сам до конца не понял, — пробормотал в ответ кронгерцог. — Но даю слово, выясню сегодня — завтра и придумаю, что с твоей магией делать. Одно точно, Ад: на данный момент по силе ты — первый маг этого мира. Не знаю, как поведут себя Дары, когда вырвутся. Логично предположить, что один подавит другой, хотя я уж опасаюсь упоминать какую-то логику после того, что увидел. Так, Конда, твоя очередь добивать дядю.

Попросил — получил. Стоило маленькой изящной ладошке лечь на кристалл, как тот снизу окрасился фиолетовым — Дар Чаровницы, а в середине и сверху… о Боги, вы, верно, решили за десять минут сломать картину мира у кронгерцога Веридорского! Кристалл показал двойственный Дар! На прозрачной глади отразилась темно-зеленая Менталистика, и рябью по ней то ту, то там пробегало бирюзовое Обольщение! Джанго ожидал чего угодно: Жизни, Смерти, Артефакторства, Воина… Да даже Року он бы удивился меньше! Однако это не было зрительным обманом пара Даров явственно различалась.

Надо сказать, сыновья Кандора Х спокойно отнеслись к увиденному. Ад — потому что не знал назначения всех цветов и понятия не имел, что бирюза — это не какой-то подвид Менталистики, а отдельный Дар. Рай — потому что, будучи демоном, видел замечательно, но цвета различал плохо, так что для него кристалл был монотонным, зеленым. Конда же благоразумно промолчала, решив не посвящать братьев во все свои магические способности. А Джанго вдруг понял еще кое-что: девушка унаследовала Дар Чаровницы от мамы, однако магии отца, которая была на несколько порядков сильнее, ей не досталось ни всполоха…

На обратном пути Кандида лихорадочно вспоминала легенду о Дочери Хранителя. Персия подчиняла пиратов песней. А ей отец категорически запрещал петь! Очень кстати в голову пришел совет Марианы спеть Гвейну, если кому-то будет угрожать смертельная опасность, и её утверждение, что голос на него не подействует в полную силу, потому что он чернокнижник, но ослабить ментальное воздействие должно. Неужели правда? Обольстительница… С волосами, пахнущими как возбуждающие духи… Соблазняющая одним голосом…

Рай, не успевший перехватить сестру а выходе из грота, теперь шел прямо за ней, готовый поймать, если она оступится в темноте. И вдруг Конда резко остановилась так, что брат чуть не налетел на неё сзади.

— Ты чего, Конни? — заботливо спросил у неё Эзраэль и все-таки подхватил на руки.

Принцесса даже поправлять его не стала или вырываться, настолько её поразила внезапная догадка. А что если она спела Аду или Раю и случайно приворожила братьев?

Глава 4 Об учебнвых процессах, дворцовых должностях и королевских страстях

После мощнейшего выброса магии, опустошившего резерв практически наполовину, Кандор "взялся за свое здоровье и предался одной из самых сильных своих страстей", а по выражению Джанго, наинаглейшим образом скинул с себя все королевские обязанности, которые, видимо, за столько лет правления изрядно надоели, разве что плешь не проели. Его Величество пропустил мимо ушей пламенную речь брата о том, что его, Кандора, Боги справедливо наградили бременем короны, так как из них двоих ярко выраженной ответственностю страдал исключительно младший. Король просто вручил кронгерцогу печать и удалился в тайное убежище под замком. Став Истинным Наследником и получив Дар Артефактора, Кандор временами затворялся в своей личной лаборатории, соседствующей с языческим "святилищем" его жены и с её экспериментальной. Там повелитель кропотливо ваял, паял и выплавлял заготовки под артефакты, а потом, подкопив сил, питал их Жизнью. Кандор мог днями вымерять наилучшею пропорцию веществ для той или иной заготовки и не жалел денег на свои опыты, заказывая самые редкие руды и материалы. Казалось бы, бестолковое расточительство, но стоило окрестным правителям прознать, что Веридорский монарх не прочь продать какой-то из своих уникальных, невероятно мощных артефактов, как их карманы уже были готовы опустеть чуть ли не полностью, лишь бы заполучить такую ценность. А когда Его Величество творил, к нему не подходи.