Веридор. Одержимый принц (СИ) - Литвинова Ирина А. - Страница 75

— Смерть — это перспективно! — и не думал замолкать Его Светлость. — В твоей власти умереть и воскреснуть, приукрасив сие феноменальное событие сопутствующими явлениями различной невероятности. Можешь возродиться хоть Богом, хоть пророком! Более того, смерть — это прибыльно! С официально значащихся трупов не взимают ни пошлин, ни налогов, ни совести. Даже под законы не подпадаешь, а к благам в виде собственности никто из многочисленной родни из породы "седьмая вода на киселе" не потянет свои загребущие ручонки, стоит тебе заявиться к ним в качестве воскресшего на духа и как следует припугнуть. А еще смерть — это козырно! Более неожиданного, сбивающего с толку хода не придумать! Будь ты придворный, торгаш или рогатый супруг, твоя смерть усыпляет бдительность заговорщиков, конкурентов и предателей, обнажает души твоих близких и дает тебе свободу действий…

Маг Смерти заливался соловьем, восхваляя свою стихию, до самого кладбища, не повторившись ни разу! И не устает ведь язык Его Светлости от трепа! После очередного вопроса, на этот раз заключающегося в том, не в его ли, лорда Дива, честь названо Дивное кладбище, терпение министра лопнуло:

— Вы затыкаетесь хоть когда-нибудь, лорд Джанговир?! Допустим, что нет. В таком случае мелите языком хотя бы по делу. Вы собирались поведать мне о том, что за балаган вы вчера развели на пару с принцессой.

— Обождите несколько минут, лорд Див, до кладбища осталось не более двухсот метров. Глядите, вон там уже ограда виднеется. Кстати, — скосил на собеседника лукавый взгляд кронгерцог, — раз уж у нас сегодняночь откровений… Вы, лорд Див, благодаря своей должности первого министра и, соответственно, ответственности за государственную казну наверняка наверняка замечали, что на обслуживание моих покоев тратится больше средств, чем на другие жилые комнаты.

— Конечно! — фыркнул демон. — Вы же спите исключительно по утрам и ночи напролет жжете свечи!

— Открою вам большой секрет: я не гашу свечи в темное время суток даже в своей каюте на корабле, хотя, казалось бы, что вспыхнет от шальной искры быстрее, чем сплошь деревянное судно. И причина моей привычки проста и одновременна сложна, как жизнь: я банально боюсь темноты. С рождения. Отчасти благодаря этому у меня такое своеобразное время сна: с юных лет я не мог сомкнуть глаз в пустой темной комнате и ночами напролет читал, напевал песни под нос, разговаривал сам с собой, сбегал спать к кормилице, да все, что угодно, лишь бы не оставаться один на один со своим стахом. Я слыву бывалым морским волком и отважным покорителем водных просторов, однако с этим давним наваждением не справился до сих пор и, думается мне, не справлюсь до конца дней своих. Поэтому-то я и несу всякую ахинею, пока иду один впереди и не вижу вас. Исключительно чтобы заглушить страх оставаться одному в темноте, — тут Джанго весело усмехнулся и наигранно серьезно закончл. — Надеюсь, вы понимаете, что на кону моя репутация владыки морей и бесстрашного воина и вы, как честный демон, просто обязаны сохранить все в тайне.

— Уж не из-за ваших ли… хм… особенностей вы позвали меня с собой?

— Отчасти, — неопределенно качнул головой кронгерцог. — Но истинная причина другая. Я просто считаю, что нам уже давно пора поговорить откровенно.

— Что ж, я только за, — настороженно проговорил лорд Див, прекрасно понимая, что Джанго подразумевает обоюдную откровенность, а своими планами и мотивами демон ой как не любил делиться. Хотя, если Его Светлость первый раскроет все свои карты, он последует его примеру. Честный равноценный обмен уважали даже в Хаосе.

Идти им и впрямь оставалось недолго, однако, вопреки предположениям лорда Дива, они не сразу же направились тревожить души усопших Веридорских и вытаскивать того, кто покоился в только сегодняпоявившемся саркофаге, предназначенном для Его Высочества принца Веридора Эзраэля Гневного, они забрались вовсе не в фамильный склеп королевской семьи, а НА него. Откровенно говоря, не ожидал такой прыти от Его Светлости. Конечно, кронгерцог-пират должен был ловко карабкаться по мачтам и ходить по реям, но лорд Джанговир просто таки поражал своими залезательными способностями. Повторить за ним в человеческой форме лорд Див никак е мог, так что пришлось скидывать камзол и рубашку и, выпустив крылья, взлетать. Джанго же времени зря не терял: вынул из пространственного кармана шесть бутылок доброго вина, позаимствованного из дворцовых погребов, и теперь расставлял эту батарею на крыше склепа.

— Вор вы, Ваша Светлость, и даже шкура кронгерцога это не скрывает, — поморщился первый министр.

— Я никогда и не давал повода обманываться на свой счет. Да, я вор, причем, заметьте, единственный честный вор в Веридоре, потому как остальные как раз таки старательно прикрывается шкурками советников и министров, а сами таскают "овец" из государственного кошеля или, в лучшем случае, старательно не замечают, как обгладывают казну их собраться по должности и разумению.

— Есть у нас еще один такой честный вор, — пробурчал демон. — Лихим зовется.

— Да что вы говорите? Нет, лорд Див, уж кто-кто, а Лихой не вор.

— А кто ж он?

— Что ж он украл, скажите на милость? Он, напротив, обогащает страну, взвалив на себя охрану всей западной границу! Имейте совесть, лорд Див! Вы выделяете деньги только на северные гарнизоны! А в Пограничье выживают только так, грабя и превосходя в искустве разбоя профессиональных бандитов. А теперь представьте на мгновение, что Лихой не ринулся на запад и не организовал местные шайки. Что бы было? Я вам отвечу — еще одна огромная проблема на границе и соответствующие финансовые затраты.

— Вор вору всегда поможет, — стоял на своем лорд Див. — Знаете, лорд Джанговир, раз уж вы так желаете поговорить откровенно, я вам выскажу все, что накипело, о вас и ваших прихвостнях.

— Извольте, — кивнул кронгерцог, протягивая демону одну из бутылок, — можете запить правду вином, честное слово, даже если оно отравлено, его стоит попробовать.

Министр, конечно, покривился, но бутылку из рук собеседника принял и, безо всякого труда вынув пробку, отхлебнул хмельной рубиновый сок, который действительно был выше всяких похвал. Во дворце других и не водилось.

— Начните, пожалуй, по порядку, — милостиво разрешил кронгерцог. — Опережая ваш вопрос: чтобы проникнуть в склеп, нам придётся подождать, пока «чёрным колпакам» надоест монотонно завывать нечто, именуемое молитвенными заговорами против демонов, у двери в последнее пристанище Одержимого. Не смотрите на меня, как на идиота, лорд Див, не я же, в конце концов, собираюсь отпугивать высшего огненного демона своим невнятным блеянием. Но посланцы Отче там внизу собираются чуть ли не всю ночь провести, завывая между могильных плит, так что времени расспросить меня у вас хватит. Полог тишины я поставил, — отрапортовал Джанго, прикладываясь к своей бутылке, в то время как первый министр косился вниз и действительно углядел шатающиеся между склепами темные фигуры в бесформенных балахонах и чёрных колпаках. — Итак, какие у вас претензии конкретно ко мне и почему вы мне не доверяете? — А разве такому, как вы, можно доверять? — поморщился демон. — Я вообще понять не могу, какого рожна Кандор настолько слеп и — другого слова просто нет, — тупо верит каждому вашему слову. Начать хотя бы с того, что вы стоите ближе всех к венцу наследника и даже к короне правителя, многие при дворе поговаривают, что у вас куда больше прав на трон, чем у короля. Далее: вас осудила инквизиция Отче и приговорила к костру, но вы чудом выжили. На месте Кандора я бы вытряс из вас признание, как вам удалось скрыться оттуда, откуда ещё никому не удавалось сбежать. К тому же многое на вас не сходится, лорд Джанговир: претендентки на корону Веридора и постель короля феноменальным образом обходят сложнейшую защиту и оказываются в его покоях, в то время как допуск им мог дать или сам Кандор, или предыдущий хозяин комнаты, то есть вы. По странному стечению обстоятельств как Светлейшая, так и принцесса Холия в курсе о внутренних делах семьи Веридорских. Более того, Светлейшая прочит вас в свои мужья и наследники престола, и — о, чудо! — принцессе Кандиде подкидывают отравленный гребень, золотому бастарду — проклятый перстень, тщательно изучается пентаграмма по вытягиванию из Эзраэля демонической сущности, Гвейн попадает под приворот, да даже на Лихого устраивают покушение! А вы, Ваша Светлость, целы и невредимы, и виной этому не ваши способности или удача, а то, что вас сознательно никто не трогает. Боятся? Однако Кандор ничуть не слабее вас, а заговоров против него было совершено больше, чем во времена правления любого из Веридорских. — Почему же тогда я, такой великий и ужасный, ни разу не пытался убить брата? — А зачем? Трон может достаться вам бескровно. К тому же ещё не вечер… — многозначительно замолчал первый министр, пристально глядя на кронгерцога. Он до сих пор не верил, что наконец выложил все Джанговиру. Ведь если и правда заговорщик, не скажет ничего.