Ты ненадолго уснешь... - Головань Марина Владиславовна "Voloma" - Страница 56

   - Вот, как и обещала!

   - Спасибо, - выдохнул мальчик с блестящими от восторга глазами впившись в махину вертолета. На окрестности ему было глубоко наплевать, пока что.

   - Нравится?

   - Вот бы на нем полетать! Здорово наверное.

   - У тебя все еще впереди, обязательно полетаешь и меня еще позовешь!

Робкая, довольная улыбка слишком быстро промелькнула на лице мальчика, который забыл, что комплексовал по поводу каталки и смешного наряда. Каккое-то время он сидел неподвижно, а потом осторожно поднялся и без возражений позволил Хоуп придержать себя за локоть.

Находиться на свежем воздухе было упоительно, но эта духота...

Впитывая перемену эмоций на лице Сэма, Хоуп догадалась, что он формирует вопрос и кажется, весьма своеобразный.

   - Отец Луис приходил к тому мальчику, потому тот умирает? - вот прогремел вопрос, от которого Хоуп поморщилась.

    - Да.

   - Он просил Бога, чтобы тот его быстрей забрал или просто встретил, когда тот умрет?

   - Ты же знаешь, что я не верю... в Бога.

   - По-твоему это выдумка?

   - Нет, не так. Я верю немного по-другому.

  - Это как?

  - По-научному. Вот скажем, есть у нас мысли и чувства. Ты скажешь их нельза увидеть и потрогать, так?

   - Так.

   - А я скажу, что можно.

   - Да ладно?!

   - Ну, не потрогать, но увидеть не так как ты себе это представляешь. Наше тело содержит в себе вполне настоящее электричество. Мы его называет энергией и сами вырабатывает, пока живем. Оно заключено в нервной системе и проносится по ней каждую секунду словно по проводам.

   - А как это можно увидеть?

   - Нервные импульсы похожи на вспышки молний, но это нужно специальное оборудование, которое помогает диагностировать проводимость нервных окончаний. И когда человек умирает, эта энергия улетучивается, но она имеет свой вес, потому что все, что существует во вселенной состоит из крохотных частиц — атомов. Ничтожная масса, которую неимоверно трудно измерить, но она продолжает жить и это я называю душой. Как видишь плохая, или хорошая, но вера.

   - То есть мы не умирает полностью?

   - По-моему нет.

   - А как же Бог? Кто-то же должен был создать эти атомы? Ничего из ниоткуда не появится.

   - Это хороший вопрос. Бог это слово, которое объединяет в себе чувства определяющие направленность нашей энергии, нашей души. Во что мы верим, то с нами потом и случается после смерти. Позитивный заряд совокупности мыслительного процесса это тебе не хухры-мухры. Говорят же, что надо думать о хорошем. И это утверждение не безосновательно! Но что, за вопросы на ночь глядя?

   - А вдруг и я скоро умру?

   - Я бы тогда не взяла тебя на операцию. Безнадежные случаи меня не интересует, я для этого слишком честолюбива, - не моргнув глазом выдала Хоуп.

  - Ох и утешила! Но я про другое, когда я умру, я же встречу свою маму.

   - Вполне возможно.

   - А ты свою...

Улыбка Хоуп погасла и медленно сползла с лица, ком подступил к горлу.

   - Она тебе снится?

   - Нет. Ни разу, - отозвался глухой голос.

   - Мне моя тоже. Мне, вообще, ничего не снится. Только...

Мальчик осекся и быстро отвел пытливый взгляд.

    - Только что?

   - Не знаю, сегодня что-то точно приснилось, а что не помню.

   - Это нормально, - Хоуп приобняла Сэма и похлопала его по плечу. - Кстати, как тебе моя музыка?

  -  Подборка отличная.

   - Что-нибудь особо понравилось?

   - Да! - мальчик наконец-тот обратил внимание на вид и восторженно крутил головой по сторонам. - «Стармен» Дэвида Боуи. Я смотрел «Инопланетянина». Классный фильм.

   - Я тоже после него на эту песню «подсела».

  - Сколько раз ты ее слушала?

   - Не помню. Много... Я давно уже музыку не слушала, хотя в университете не могла расстаться с наушниками.

   - Сейчас некогда?

В виду своего возраста Сэм пропустил мимо ушей грустные нотки в голове Хоуп.

   -   А еще «Буги вандерленд» понравилось! - продолжил он.

   - У тебя отличный вкус, Сэм!

Оба вдруг замолчали, понимая, что разбавлять словами такую красоту, которая застилала глаза, было чистым кощунством.

   - Как будто мы пришли на концерт и стоим на сцене, а эти огни, это зрители, - выдал Сэм.

Фантазия мальчика была развитой не по годам, хотя чему еще развиваться в стенах больницы, где грезы являются самым действенным способом сбежать из серой реальности.

   - Хоуп, а Лулу поправится?

Вопрос был ожидаем, Хоутя вперед него она думала, что Сэм закидает ее вопросами по поводу мальчика, у которого «выпал» глаз.

   - Мы вовремя спохватились, так что думаю да.

   - У детей же быстрее идет восстановление здоровья? Ну, мы же растем быстрее, чем взрослые.

Неумелые объяснения развеселили доктора Ванмеер, но она поразилась тому, что Сэм выдал одну из неоспоримых истин — дети ввиду более ускоренного роста подвержены более интенсивной регенерации, в частности, в случае с Лулу — печень девочки удалось спасти хоть и чудом, но через несколько дней показатели должны будут стабилизироваться.

   - И кого ты уже успел помучить вопросами?

   - Про самовосстановлении клеток печени мне рассказал Бенедикт, а еще он сказал, что выпадение глаза у человека называется проптозом. Купер очень умный, почти как ты! Кстати, с тем мальчиком теперь все хорошо будет? Он же к тебе попал!

Ошарашенно переваривая выданную информацию, Хоуп почти поддалась панике от неожиданности. С какой стати Бенедикт Купер владеет столь узкоспециализированной терминологией? Не проще ли было отмахнуться от назойливых вопросов Сэма и спокойно отбывать часы общественных работ?

   - Глаз спасти не удалось, но радует, что опухоль не успела поразить второе глазное яблоко. Пятидесяти процентная слепота лучше, чем кромешная тьма, да еще и с самого детства. Не так ли?

   - Наверное, - промямлил Сэм всерьез задумавшись над сказанным. - А согласись! Все таки Бенедикт очень умный.

Выражая всем своим видом недовольство, Хоуп промолчала.

   - Что ж, нам пора обратно. Иначе тебя потеряют, я не всесильна.

   - Ладно, - Сэм плотно сжал губы и бросил еще один взгляд на вертолет.

До палаты эти двое добрались, храня полное молчание, на их лицах сияли похожие улыбки заговорщиков. Самочувствие Сэма заметно улучшилось и подключенные обратно датчики зафиксировали возросшее, практически, до нормы давление.

   - Вот видишь! - довольно поддакнул маленький пациент. - Чаще меня выгуливать надо.

Это не была детская наигранность. Теперь Хоуп с охотой поверила бы в то, что у Сэма ничего не болит. Легкий румянец на щеках был слишком ярким доказательством положительного эффекта. Промокнув чистой салфеткой взмокший от жары, лоб ребенка, Хоуп устроилась рядом с его кроватью, предложив почитать ему на ночь, но Сэм отказался и довольно закрыл глаза.

   - Лучше спой колыбельную, ту, что Тео сочинил. Он так редко ее нам поет.

   - Доктор Хантер не любит, когда ее частоту кто-нибудь занимает.

Все палаты были снабжены приборчиками, которые были подключены к системе общего оповещения. Ими редко пользовались и Брайель предложил устроить новую традицию и иногда устраивал сеанс «всеобщей колыбельной» не позже половины десятого вечера, о чем предупреждал заранее, чтобы те кто не признает его творчества, отключили звук своих приемников.

Разумеется эти предосторожности были излишними. Дети, как заговоренные засыпали до самого утра, что многие врачи объясняли эффектом плацебо и даже Кэрол Хантер на подобные вольности закрывала глаза.

   - Надо тебя психологу показать..., - Хоуп нахмурилась и всем своим видом показывала, что идя Сэма ее не обрадовала. - Моим голосом только мертвых поднимать.

   - Есть немного, но мне нравится. Пожалуйста.

Мальчик с закрытыми глазами довольно улыбнулся, понимая, что ему просто не могут отказать.

Тихий голос, неровно выводил чудесный мотив, в большой палате, которая внезапно казалось такой пустой, после того, как Лулу перевели в интенсивную терапию. Эту колыбельную Тео написал на одном дыхании, тайком отрепетировал и в первое время многие из женщин, на утро выходили в коридор с опухшими от слез глазами. Слова песни трогали до глубины души и вмещали в себя, помимо прямого смысла такой глубины подтекст, что каждый находил в них для себя утешение.